Сага-фэнтези о Синдбаде-мореходе и его друге Ибн-сине - Сергей Гжатский

— Вот это я понимаю — друг! — восхитился учёный.

Прихватив несколько браслетов, бус и сломанных костяных и каменных ножей для коллекций своей и Синдбада, учёный поспе шил вслед за остальными к выходу.

К закату бронзовая статуя была поднята на палубу "Ирбисса". Ко всеобщей радости матросов её привязали к мачте, после чего экипаж получил двойную вечернюю порцию вина. Алкоголь сделал иных настолько раскованными и бесстрашными, что они пустились вокруг богини в пляс, хохоча и делая недвусмысленные телодвиже ния бёдрами и посылая статуе воздушные поцелуи.

Синдбад с другом посмеялись, глядя на забавы экипажа, а за тем спустились в свои апартаменты. Остаток дня они провели за разбором бумаг капитана с корабля мертвецов.

Ничего интересного на взгляд обоих в них не обнаружилось: деловая переписка, договора, подряды на фрахт, контракты с купечес кими домами и перечень цен на те или иные товары в различных пор тах Ойкумены.

— Сейчас это просто макулатура, Синдбад! — заявил Ибн-Сина, — В них нет ничего существенного… Но по прошествии, скажем тысячи лет, этим папирусам цены не будет! Я знаю о чём говорю! Если уда стся сохранить их до той поры, то поверь мне, за всё скопом можно будет сорвать очень неплохой куш на аукционе…

— Ну, так далеко я не заглядывал. — зевнул Синдбад, — Пошёл-ка я лучше спать. Завтра вставать ни свет-ни заря!

ГЛАВА 6. Утреннее происшествие.

Под утро их разбудил Леандр.

— Беда, капитан! Мустафа сбежал!

Синдбад спросонья долго не мог понять, о ком идёт речь, пока проснувшийся следом Ибн-Сина не воскликнул:

— Наш шизик дал дёру? Но как ему это удалось?

Они втроём проследовали в кладовую, расположенную на второй палубе, в которой накануне вечером был заперт связанный безумец. Дверь в небольшое тёмное помещение оказалась выбита сильным ударом и висела на одной ременной петле, на полу валялись обрывки верёвки. Синдбад поднял их, поднёс к глазам.

— Они перерезаны саблей! Эх, зря мы оставили при нём оружие…

— Чего уж теперь… — зевнул Ибн-Сина, — Я ему никогда не доверял. Беглец укрылся где-то на корабле.

— Поднимай экипаж, Леандр, будем искать! — приказал Синдбад.

Искать долго не пришлось!

Едва поисковая команда разбрелась по кораблю, а друзья поднялись на палубу, Синдбад сразу же обнаружил пропажу шлюпки по левому борту и указал на это первому помощнику.

— Он сбежал с корабля! — стал сокрушаться Леандр. — И совсем недавно!

— Но почему никто ничего не видел и не слышал? — возмутился Синдбад, — Чья была вахта?

— Второго помощника.

— Найти и привести ко мне! Пусть расскажет, как нёс службу!

— Не надо никого искать! — воскликнул вдруг Ибн-Сина, — Вон он лежит…

Все посмотрели в указанном направлении. Сквозь клочья поре девшего тумана показались высовывающиеся из-за канатного ящика босые ноги. Туман слался по палубе молочным покрывалом, поэтому труп матроса сразу и не обнаружили.

Синдбад склонился над мертвецом:

— Да, это второй помощник!

— Его зарезали как курёнка! — вторил другу учёный. — Для надёж ности Мустафа раскроил ему череп! Не слишком-то вяжется всё это с его безумием, капитан, ты не находишь?

— Да, весьма профессиональная работа. — ответил Синдбад. — Наш друг, оказывается, не такой уж и сумасшедший. Если только он не действовал в момент просветления…

Все выпрямились и посмотрели в туманную мглу за бортом, надеясь услышать плеск вёсел, но с моря не доносилось ни звука.

— Я полагаю, что он симулировал своё безумие с самого начала. — заявил Ибн-Сина, — Всё было сплошной игрой!

— Но почему он так поступил? — огорчился Синдбад, — Мы же, по сути, спасли ему жизнь!

— Ну, сначала он не знал что мы за люди, и решил подстраховаться. — выдвинул предположение Ибн-Сина, — А потом, когда узнал про наши карты…

— Что?!! — побледнел Синдбад, — Ты полагаешь, что он их украл?

Учёный пожал плечами:

— Лично я так бы и сделал. Но это легко проверить. Давай вернёмся в твой кабинет и посмотрим.

Друзья бегом скатились с палубы в апартаменты Синдбада,

плечом к плечу ввалились в его кабинет. Одного взгляда было доста точно, что бы понять, что в помещении орудовал вор. Шкафы рас крыты, полки перерыты, бумаги, лежащие на столе, стлались по полу. Две серебряные шкатулки, стоящие на нём на виду, бес следно исчезли. Карты, находящиеся в них, естественно — тоже!

— Негодяй узнал, что мы располагаем первой и последней частями карты и решил ими завладеть. Ему это удалось в полной мере. — сказал Ибн-Сина, — Когда все уснули, он освободился от пут, залез в кабинет, стащил шкатулки, поднялся на палубу и стал спускать шлюпку…

— Но ему помешал мой второй помощник и он убил его! — подхватил Синдбад, — …И всё равно уплыл!

— Мы сами во всём виноваты! — прошептал Ибн-Сина, — Никто нас за язык не тянул. Мы обмолвились ему о картах и вот результат. Во истину: язык мой — враг мой!

— Но на что он надеется? — скрипнул зубами Синдбад. — Кругом открытый океан. Туман рассеется и мы отыщем его в два счёта!

— Не забывай, он проделывает этот путь во второй раз. Значит знает, что за туманом появится земля. Более того, я думаю, что беглец уже высадился на берег.

— Ах, друг мой! Ну какой берег! Ты — учёный человек и прекрасно знаешь, что чудес на свете не бывает.

— Кроме тех, которым сам стал свидетелем. А таких случаев у тебя было под завязку.

Учёный взял друга под руку и вывел на палубу. Они прошли на нос судна, где Ибн-Сина указал рукой вглубь сплошной стены из тумана.

— Смотри! Что ты видишь?

— Туман да и только… Хотя постой! — Синдбад вскрикнул от удив ления. Впереди, сквозь белесую завесу стали явно проступать тём ные очертания береговых склонов и на них — неясные сполохи огня. Словно кто-то неведомый развёл на высоком берегу огромный костёр. Тотчас до слуха обоих донёсся глухой шум прибоя и крики просыпающихся чаек.

— Что за шайтан?! Не может быть! Это же змля!!!

— Кажется, я различаю сквозь туман крутые берега и древние руины на нём! — обрадовался Ибн-Сина и ткнул друга в бок. Тот стоял слов но заворожённый.

— Это мираж! Ущипни меня!

— С удовольствием! — учёный с силой оттянул кожу на руке Синдба да, тот застонал в ответ.

— Полегче! Я уже верю!

— Тогда свистай всех на верх!

Стремительно светало. Ночная мгла сползала в океан, обнажая изломы изумрудных береговых линий с прожилками коричневых скальных образований. Лёгкий бриз рвал туман на части, которые гнал прочь от земли и корабля. Незнакомый материк открылся перед путниками во всей своей красе.