Я не дам тебе упасть - Балнохи

о чём-то разговаривали, итальянец на удивление неплохо разговаривал по-английски.

– Что тут происходит? – стараясь быть более спокойным, спросил Кол, войдя в кухню.

– О, здравствуй! Это Риккардо – наш садовник. Мы тут общаемся, чай пьём, – весело проговорила Калли, улыбаясь от уха до уха. Я бы так не веселился на её месте.

– Риккардо вам, не пора ли домой? – опиравшись о стену в приказном тоне, спросил Кол.

– Вы правы сеньор Майклсон. Мы с вашей дочерью не заметили, как пролетело время, – Дочерью? Вот умора, у Кола чуть ли глаз не выпал. Риккардо улыбаясь, посмотрел в счастливое лицо Каллисты, похоже, паренёк влюбился.

– Дочерью, – проговорил Кол, словно попробовав это слова на вкус. – Что ж нам с дочерью надо кое о чём переговорить и ты тут лишний, – сурово произнёс Кол. Риккардо приподнял вверх руки и пошёл на выход.

– До встречи, детка, – на выходе крикнул Риккардо, на что Калли захихикала и начала убирать со стола посуду. Она не обращала внимания, на Кола, который стоял около холодильника и убивал её взглядом.

– Какого чёрта ты творишь? – на удивление спокойно произнёс Кол.

– Что-то не так? – всё ещё улыбаясь, спросила Калли. Кола бесила её улыбка, ведь она была вызвана не им.

– Что-то не так?! Да, всё не так! Я же просил, что бы ты без меня никого не пускала… – закуривая, закричал Кол.

– Ну, я впустила, и ничего такого не случилось. Он оставил свои номера вам и что-то ещё, я повесила на холодильник, – Кол сорвал лист бумаги с холодильника и поджог его зажигалкой.

– К чёрту Риккардо! Вот ответь мне, он тебе понравился? Он же только и хочет одного от тебя, – встав около Калли, гневался Кол.

– Мне так не показалось, он был очень мил, – прошептала Калли.

– Знаешь что, доченька моя дорогая!? Ты больше с этим идиотом не увидишься! – он вцепился в неё взглядом. Калли не выдержала и развернулась к нему лицом.

– Почему?! У меня, что вообще не может быть друзей? – вот уже и она кричит.

– Потому что я не хочу! Таких, как он не может быть! – она хмыкнула, выбила сигарету у него из рук и пошла прочь в спальню.

– Куда это ты? Я ещё не закончил! – метнулся он за неё.

– Я не хочу вас слушать! – она пробежала в спальню и заперлась там.

– Значит так, да?! – рассвирепел Кол. – Тебе нельзя без моего разрешения ни с кем общаться! Тебе вообще нельзя общаться с мужчинами кроме меня! Я не хочу, чтобы кто-то прикасался к тебе! Я не хочу, чтобы кто-то разговаривал с тобой! Ты моя! – кричал Кол, выбивая дверь, а Каллиста уже сидела в углу, обняв колени, и плакала. Он влетел в комнату и не сразу заметил её.

– Тогда лучше умереть, – сквозь слёзы прошептала она, и Кол это услышал.

– Умереть? Общение с подобными его людишками стоят твоей жизни? Чушь собачья… – садясь напротив нее, проговорил Кол, металл всё ещё отзывался в его голосе. – Чего тебе не хватает?! Я всё делаю для тебя! Что тебе может дать этот деревенщина!? – снова разозлился Кол.

– Доброту. Он добр ко мне. Он разговаривает со мной, как с человеком. Он не кричит на меня и не делает мне больно. Я для него не вещь, – сквозь слёзы кричала Калли.

– А, я к тебе не добр? Разве я не разговариваю с тобой, как с равной? Ты для меня не вещь. Этот человек, только строит из себя идеал, чтобы затащить тебя в постель, – уходя, проговорил Кол.

– Он же в отличие от вас не берёт всё силой… – с упрёком проговорила она.

– Как ты можешь такое говорить, после своего признания? – прошептал Кол, гнева уже не была и следа.

– Какого ещё признания? – подняв голову с колен, спросила Калли.

– Вчера перед сном, ты подошла ко мне и сказала, что любишь, – Калли с большим удивлением смотрела на него.

– Что вы несёте? Не было такого, – Кол опустил голову и пошёл к выходу из спальни…

– Это был всего лишь сон…

Часть 12

Дорогая, мы с тобой уже давно сидим на этих ступенях. У тебя всё ещё есть вопросы, а у меня всегда есть ответы.

Сегодня ты спросила: " Почему жизнь такая сложная?". Тогда я ничего не ответил, а лишь закатил глаза и пошёл перечитывать Хемингуэя. Сейчас ты сидишь такая грустная, и пожалуй, я отвечу на твой вопрос…

Видишь ли, мы сами усложняем свою жизнь, мы сами додумываем то, что нужно оставить. Мы сами развозим полемику из пустоты, сами гонимся за химерой. И, ведь из-за этого не видим главного в жизни, не видим дорогих людей, не видим света перед ногами. Мы гонимся за чем-то, размениваемся на споры и скандалы и не видим главного. В конце концов, по закону подлости мы осознаём всё в тот момент, когда всё, что строилось так кропотливо и бережно – разнесено в прах и не восстановить разрушенного.

Конечно, мы можем обуздать эмоции, подчинить всё разуму. Но, это ли выход? Вовсе нет, мой друг. Если ты подчинишь эмоции, подключишь холодный разум, это будешь уже не ты. Выходит и решение не твоё, не по твоей душе. И, вскоре хладнокровное решение "накрывается медным тазом".

Безусловно, жизнь сложная загадка и чтобы её разгадать мало одной человеческой жизни. Но, знаешь, что я понял? Не нужно ничего отключать, чтобы сделать правильный выбор. Не нужно закрывать глаза и думать, что случившееся ошибка или неправда. Всё сделанное – это только верный путь. Когда предстанет сложный выбор – остановись, не нужно никуда торопиться.

Ты лучше сядь и всё обдумай… Нам некуда спешить…

Кол с кипящей головой от мыслей, ушёл в гостиную, взял со стойки фужер с коньяком и дрожащими руками налил себе половину бокала. " Да, что это вообще со мной? Веду себя, как мальчик-подросток! " – ругал он себя. Каллиста же в спальне несколько минут сидела неподвижно и смотрела на дверь. " О, чём это он? Я признавалась ему в любви? Ну, нет… Не может быть… Что происходит?!" – недоумевала Калли. Кол "опрокинул" несколько бокалов, выкурил пачку сигарет и наконец-то успокоился. Странное поведение, не правда ли? Поведение отвергнутого мужчины, не так ли?

Каллиста недолго мучилась, честно говоря, она вообще не мучилась. Она просто чуток посидела на полу, подумала и легла спать. А, вот бедный мужчина не мог найти себе места. Он понимал, что они давно переступили отношения врача и пациентки, и то куда