Анабиоз - Юлия Шолох

дальше? — Тася устроилась поудобней. — Вы жили с отцом без огорода и всё время тренировались?

— Да, так и было. Всё время.

— И зачем? — Неизвестно кого спросила Тася. — А… и что, получается, вы всегда только вдвоём были? А твоя мама?

— Мамы у меня не было.

— Как так? — Тася с ужасом взглянула на него. — Ты что, иск… искусственный что ли? Ну, в пробирке рождённый?

— Ну у тебя и предположения. — Митяй откашлялся и постучал себя кулаком по груди. — Нет, конечно. Просто она хотела свободы… от всего, ну и отец меня забрал себе. Мама… я встречался с ней, когда вырос. Она немного не от мира сего. Но она человек.

— Ладно, извини. Кто его знает, что в ваше время существует.

— Да ничего. Я понимаю, что для тебя это всё как сказка звучит.

— Ну не всё, но многое. Так что, получается, вы всё твоё детство жили вдвоём? Ты даже людей живых не видел?

— Не совсем. У меня был учитель. Самый искусный воин из всех, кого я когда-либо видел. Лично видел.

— То есть лично? Ты же никого больше и не видел, только отца да его.

— Нет. — Терпению Митяя можно было только позавидовать. — По сети мы часто проводили тренировки с другими бойцами. Лично — это когда ты встречаешься с человеком, пусть даже в виртуальной комнате. Эффект погружения в ней такой, что по сути ты действительно вступаешь с ним во взаимодействие. С человеком, который существует на самом деле, пусть и живёт далеко. Но он живёт, понимаешь? Он не выдумка. Это касается и моего мастера. Легенды и фильмы — это одно, это просто художественный вымысел, а вот видеть такого человека прямо перед собой и знать, что он настоящий — совсем другое дело. Особое достижение — когда ты выходишь с ним на бой. Этого на моей памяти добились только несколько мастеров. Но это всё я потом узнал. А вначале просто слышал про него. После того моего триумфального турнира, он ко мне приехал. Это большая честь. Мне повезло, он не просто приехал на меня посмотреть. Он меня тренировал.

— Да ну! Расскажи.

Митяй молча посмотрел на неё. Тася уже думала — откажет. Но он вдруг кивнул.

— Впервые я его увидел, когда мне было тринадцать. К тому времени я уже выиграл свой первый турнир и был уверен, что крут. Что мне уже нечему учиться. Я и отца тогда уже легко побеждал. В общем, я был о себе высокого мнения.

Тася подняла брови, будто не верила услышанному, но промолчала.

— И вот отец сказал, что к нам придёт сосед. Он вроде как много лет жил неподалёку и практиковал свой боевой стиль, но мы не пересекались. Не знаю, почему. Потом я спрашивал отца — тот отвечал, что такие люди не совсем люди, живут в своём особенном мире и не любят оттуда выныривать.

— Как Саблезуб… — Оживилась Тася. — Он по сути тоже в каком-то своём мире живёт, да? О котором мы понятия не имеем?

— В каком-то смысле да. — Согласился Митяй. — И вот этот мужчина пришёл. Звали его как-то смешно. Фёдор, что ли. Имя стёрлось из памяти. Я давно зову его просто Мастер. А вот как он выглядел, я помню прекрасно. Ему было лет пятьдесят. Невысокий, худой, жилистый. Щёки впали, кожа загорелая, почти чёрная. Ну, я ведь думал, что сильнее всех. И когда он предложил его ударить, я ударил.

— Ударил? — Не удержалась от восклицания Тася.

— Конечно. Чтобы показать, что я не пустое место. Ему же уже полтинник, а во мне энергия бурлила так, что я на месте не мог устоять. Тебе что, тринадцать лет не было?

Тася вспомнила… в тринадцать у неё не было ничего, кроме брата и его чётких инструкций, которые она выполняла. Сказать что-нибудь против… да ей бы и в голову не пришло. И всё же в ней уже просыпалось нечто… протест, вера, что она не такая уж маленькая и слабая, как говорит брат.

— Было. — Уверенно ответила Тася.

— И вот, я ударил… и не попал. Как будто ударил мимо, промахнулся. А такого быть не могло. Я помню это своё удивление, как вчера случилось. Я нахмурился, убедился, что он стоит передо мной, и ударил снова.

— И промазал! — С восторгом воскликнула Тася.

— Да. Снова.

— И потом прыгал вокруг и пытался ударить? И так и не смог?

— Нет, не так. — Митяй улыбнулся. — Я остановился и стал думать. Я не видел, как он двигается. Но он двигался, уходил от моего удара. Вначале я, конечно, подумал, что он не живой. Проекция какая-нибудь. Я протянул руку и пощупал его.

Тася с восторгом ожидала каждого дальнейшего слова.

— Он был живой, тёплый. Рука у него была как камень.

— И потом?

— Потом я спросил, как он это делает. Он кивнул и сказал, что будет меня учить. Потому что я не просто бью, я умею думать. Ну, тогда я не думал, что это честь. Но слушал, конечно, он меня уже, что называется, купил. Он умел то, чего не умел я. И конечно, мастер мне показал, как уходил от удара. Медленно. Просто уплывал. Вся моя сила не имела смысла — он просто уходил от удара, ускользал. Тогда я понял, насколько был глуп.

— И он научил тебя тому, что знал?

— Научил. — С улыбкой кивнул Митяй.

— Покажи! — Тася вскочила и сжала кулаки. — Давай, я буду тебя бить, а ты уклоняйся.

— Ты серьёзно? — У него чуть глаза на лоб не полезли.

— Давай, давай, не трусь. Я не сильно.

Митяй некоторое время смотрел на неё, потом поднялся на ноги и мягко отступил на шаг назад.

Тася не тянула — чего тянуть? Она размахнулась и с громким воплем бросилась вперёд, на Митяя, одновременно размахивая руками, как мельница.

Конечно, ему даже и отходить не понадобилось, просто чуть-чуть отклониться. Если честно, кто угодно успел бы отклониться от подобной атаки.

Но Тася, конечно же, не собиралась так легко сдаваться. Она собиралась показать, что тоже на многое способна! Если не на всё!

И Тася продолжала нападать, с каждым разом она двигалась всё быстрее и била всё резче. Но и это не заставила Митяя хоть как-то напрячься.

В конце концов ему, похоже, надоело. В очередной бросок он не стал уклоняться, а что-то такое сделал… Тася не поняла, что именно, но она вдруг споткнулась и упала ему