Трудности перевода с драконьего - Марина Ефиминюк

категоричной манере владыка объявил, что мы с ним пройдемся по Саду камней. За три недели в Авионе я ни разу не выбиралась из дворца, виды с балконов выучила наизусть и прогуляться под открытым небом хотела. Особенно с Зорном. Всегда приятно поговорить с умным мужчиной, а помолчать иногда еще приятнее.

— Ты зажег факел? — спросила я у Зорна.

— Обошлось без магии, — отозвался он и добавил: — По крайней мере, без моей.

Медленно и чинно вдвоем мы шагали нога в ногу и со стороны, наверное, напоминали супругов с двадцатилетним стажем. Тропинка нырнула в хвойный парк. Между стволами высоких сосен встречались серые, словно растерявшие цвет валуны. Каменные макушки и бока у них затягивал мох, а через мелкие трещины пробивались пожелтевшие от осеннего увядания травинки.

— Они разрушаются и скоро уйдут в пепел, — предвосхитил мой вопрос Зорн.

Парк оборвался внезапно, дорожка потянулась по краю огороженного каменными перилами невысокого обрыва. Внизу, в купели отвесных мраморных стен с четырьмя каменными лестницами, треугольником высились несколько крупных валунов. Судя по всему, эти камни появились здесь с самого зарождения Сада.

Один монолит затянул бурый мох, на верхушке другого — росло тоненькое деревце, а третий выглядел самым крепким, но с одного бока его поело временем. Вокруг них высилось множество башенок из камней.

— Считается, что братья из рода Нейбург выполняют желания, — пояснил Зорн.

Он рассказывал, что во времена огненных войн Авион был разделен на три части, каждой управлял свой владыка. Объединить земли удалось только при Риардах. Кейрим говорил увлеченно, со знанием, и мне нравилось слушать его красивый голос с хрипотцой, но в середине разговора нас прервал личный помощник Эрьян. Тот тихо подошел и вкрадчиво пристроился рядышком.

От тяжелого взгляда кейрима у Эрьяна сделался нездоровый вид. Зорн выгнул брови, гонец покачал головой, давая понять, что и рад бы провалиться под землю, но дело срочное.

Мужчины выразительно повернулись в мою сторону. Возникла глубокая пауза.

— Пойду камни пособираю, — указала я в сторону лестницы. — Со мной все будет в порядке. Обещаю, что не потеряюсь.

Придерживая юбку, я спустилась по высоким ступеням на дно каменной «чаши», уставленной шаткими башенками.

— Господа Нейбурги, говорят, что вы выполняете желания, — тихо проговорила я, обращаясь к окаменелым владыкам. — Мне есть что пожелать!

Я сцепила руки в замок, прикрыла глаза и, чувствуя себя так, словно попала на аттракцион невиданной щедрости, где все желания выполняют исключительно, потому что у меня красивые глаза, быстро пробубнила под нос:

— Хочу получить свое золото, объездить мир, перевести тридцать любовных романов на талусский язык, найти прекрасного мужчину со знанием иноземных языков и по вечерам в кресле-качалке обсуждать с ним особенности родолесской грамматики. Да будет так!

Присев на корточки, я споро собрала симпатичную башню из пяти плоских камней, с довольной улыбкой отряхнула ладони и выпрямилась. Только отступила от пирамиды, как прозвучал переливчатый стук. Оказалось, что башня развалилась. Братья-кейримы разлива огненных войн словно намекали, что мне стоило поумерить аппетит.

С большим неодобрением я покачала головой и продемонстрировала скромность, насколько позволил характер:

— Хочу свое золото и найти достойного мужчину. Наплевать на иноземные языки и кресло-качалку, пусть хотя бы не шепелявит.

Новая башенка горделиво постояла ровно две секунды и завалилась набок.

— Хочу забрать свое золото, — пробормотала я, чувствуя, как от досады сводит скулы.

Пирамида не продержалась нисколько, развалилась сразу, едва последний камень улегся на верхушку.

— Да боже мой! — с раздражением обратилась я к древним валунам. — Можно подумать, вы будете выдавать золото из собственной сокровищницы!

 Я опять взялась собирать башню. Снова и снова. После первой дюжины раз перестала считать. Гладкие камни разъезжались в разные стороны, заваливались и просто рассыпались. Появилось подозрение, что Нейбурги уже были согласны исполнить все, просто ждали, когда я справлюсь со строительным заданием… Но кривые ручки отделяли меня от магических драконьих щедрот!

— Пытаешься договориться с кейримами? — раздался над плечом голос Эмрис.

Подняв голову, я обнаружила, что она с любопытством следила за моим зодческим провалом.

— Говорят, если Нейбурги не хотят выполнять желание, все равно башня стоять не будет.

Странно, почему валуны не превратились в прах от моего возмущенного взора.

— Я же не Авион хочу завоевать! — тихонечко укорила я жадных кейримов.

Ашера долго ждать не пришлось. Эмрис едва успела засучить рукава и начать придирчиво осматривать башенки, как он шустро спустился по каменной лестнице и бросился к супруге. Недовольно цыкнув, та отвернулась и высокомерно спросила у отлученного от семейных ужинов мужа:

— Не мог бы ты меня не преследовать?

— Не мог бы! — ответил он и обратился ко мне, пытаясь втянуть в очередной круг семейных скандалов: — Невестка, рассуди…

— Эмрис права, — немедленно ответила я, отказываясь даже делать вид, будто мне интересны подробности очередной ссоры.

— Да почему? — возмутился Ашер, словно действительно в подробностях рассказал длинную предысторию.

— Женская солидарность, — сухо объяснила я, отряхивая ладони от мелкой серой пыли.

— Ты тоже считаешь, что башня, которую мы вместе строили во имя нашей любви, должна быть разрушена? — Он растерянно повернулся к жене: — Дорогая, вспомни, какие трудности мы преодолели ради желания! Ты оступилась и едва не сломала ногу. Я нес тебя на руках!

— А я говорила, что давай лучше заберусь на спину, так будет легче. — Эмрис яростно потрясла пальцем. Внезапно на внешней стороне ладони у нее блеснула клякса из ярко-красных мелких чешуек, но тут же исчезла.

— Тебе нравилось обнимать меня за шею и смотреть в глаза! — с азартом напомнил Ашер.

— Но ты два раза споткнулся на ступенях, и мы действительно едва не переломали кости! — мстительно напомнила она. — Думаю, уже тогда стало ясно, насколько чудовищно ты ненадежный!

Супруги замолчали и вопросительно повернулись ко мне. Некоторое время мы переглядывались. Понятия не имею, чего оба ждали.

— Что скажешь, невестка? — подсказал Ашер, что мне следовало выступить в роли судьи.

— Вернусь к Зорну, с вашего позволения, — заключила я, развернулась и поняла, что не помню, с какой стороны спустилась.

Сделав несколько шагов, я остановилась, потерла лоб, пытаясь выудить из памяти хоть обрывочное воспоминание, как именно стояли каменные кейримы, и все-таки развернулась в противоположную сторону. Эмрис с Ашером проводили меня озадаченным взглядом, когда с невозмутимым видом прошагала мимо.

— Почему ты