Лайла. Сквозь галактику за счастьем - Магда Макушева

- Что с Адамом? - я слегка встряхнула Энрику за плечи.

Ее губы дрожали, красные, полные слез глаза казались какими-то... неживыми и стеклянными, а бескровные губы были искусаны до ран.

- Его нет, Лайла. Адам умер. Умер! - всхлипнула женщина, заливаясь новой порцией слез.

- Умер... - повторила я тихо. В груди заныло, а все тело сковало холодом.

- Ой... Больно... - жалобно прошептала Энрика и опустила взгляд вниз. Ее комбинезон был запачкан кровью. Пятно расползалось так быстро, что от ужаса у меня подкосились ноги.

Дрожащими руками я набрала на коммуникаторе экстренную команду станционным медикам. На шум выбежали соседи. Сначала ожидаемо госпожа Хурус, затем семья зитарцев из отсека с другой от меня стороны.

- Бегите за медицинским боксом! - прокричала я, стараясь не уронить любовницу мужа, буквально повисшую на мне и вцепившуюся в мою руку мертвой хваткой.

- Мой ребенок... Лайла, помоги мне...

Хоть Энрика и сама является медиком, в этой ситуации, думаю, она вряд ли сможет хоть как-то помочь себе сама. Ее эмоциональное состояние казалось действительно по-настоящему жутким.

“Она действительно любит Адама” - подумала я неожиданно. Ну не стала бы госпожа Болер так убиваться из-за гибели своего временного постельного увлечения.

Сосед притащил бокс с медикаментами. Я уже сидела на корточках у бледнеющей на глазах Энрики, вкалывая ей кровоостанавливающую и поддерживающую инъекции.

- Что это делается, вы посмотрите! - запричитала госпожа Хурус не понятно даже по какому поводу.

- Заткнитесь и идите в свой отсек, раз помочь не можете! - зашипела я на нее, набрасывая на почти потерявшую сознание пассию бывшего мужа термоодеяло.

Секунды таяли, а женщине в моих руках становилось все хуже. Я понимала, что переносить куда-то Энрику не имеет смысла, поэтому просто сидела рядом, слушала ее частое дыхание и мучительные стоны и думала о том, какая нелегкая принесла эту даму ко мне домой и почему надумала сообщить о смерти Адама вот так, лично. Мне. Бывшей жене с которой он очень плохо расстался.

Медики прибыли быстро. Госпожу Болер увезли, и уже позже, из разговоров и сплетен я узнала, что их с бывшим мужем ребенка спасти не удалось. Энрика осталась жива чудом. Думаю, в том числе благодаря тому, что я вовремя вызвала медиков и оказала ей посильную помощь.

Только почему-то этого факта никто ни разу не озвучил, спасибо мне никто не сказал, а вся история обросла нистолько дикими подробностями, словно я чуть ли ни собственными руками почти угробила госпожу Болер прямо на пороге своего дома. Потом уже вспомнили про мои сигойнские корни, и сплетни приобрели по-настоящему мистический оттенок.

На прощальных мероприятиях по расщеплению тела и отправке праха Адама Ориса в космос Энрика по состоянию здоровья не присутствовала. А так как родственников на "Экране" у бывшего супруга не было, а его мать прилететь к сыну не захотела, всеми связанными с прощанием формальностями пришлось заниматься мне и его сослуживцам и друзьям, разумным, которых я прекрасно знала лично много лет и которые исчезли из моего окружения вместе с уходом мужа, а сейчас отводили глаза при моем появлении.

Возможно, кто-то не поймет причин моего поступка, после всего, что Адам мне сделал, но я считала слишком низким и мелким со своей стороны не помочь с организацией его прощания, раз уж так все сложилось, а ближе меня у него так или иначе никого просто нет.

Да, как теперь выяснилось, одного человека можно всем сердцем презирать, но все равно продолжать испытывать к нему привязанность и скорбеть из-за его утраты.

Мне рассказали, что имела место техническая ошибка и несоблюдение техники безопасности, из-за чего Адам погиб в открытом космосе от нехватки кислорода прямо во время выполнения ремонтных обязанностей буквально перед самым окончанием своей рабочей смены. Когда сослуживцы затащили его киборга на станцию, спасать там было уже некого.

После прощания с бывшим мужем и начался нескончаемый поток сплетен и обвинений в мою сторону. Кошмар, который давил на меня, усиливаясь с каждым днем, прожитым на станции.

То, что было потом, вы уже знаете и так.

Глава 8: Перед полетом

Настоящее время. Станция "Экрана". Космопорт.

Лайла Боянова

— ...только сразу предупреждаю, что майор Витлок — мой. Я тебе потом его покажу, чтобы никаких обид между нами не было, договорились?

— Не претендую, — усмехнулась я, следуя за Дафной Маас по длинному, ярко подсвеченному голубоватой иллюминацией коридору верхнего яруса фрегата в сторону медблока. — Но ты же вроде бы говорила про какого-то господина Бишара, младшего советника по торговле.

“Та-а-акой ви-и-дный мужчина!” — с придыханием повторила про себя, копируя голос переводчицы.

Рыжеволосая госпожа Маас, казалось, воспринимала “Невус” как охотничьи угодья для поиска поклонников, коих, я была более чем уверена, она найдет в избытке без особых проблем. Вот кто точно планирует использовать экспедицию для налаживания своей личной жизни.

Меня даже не раздражало, что все время нашего перемещения до жилых отсеков, а потом и обратно наверх, моя сопровождающая трещала практически без умолку, найдя в моем лице подходящие свободные уши, сразу проникнувшись ко мне симпатией, насколько я могла судить и, так сказать, взяв меня под свое крыло. Мне оставалось просто кивать и слушать, мотая услышанное на ус и вычленяя для себя что-то полезное, так как более от меня толком ничего не требовалось.

Дафна завалила меня рассказами о том, что и где находится, кто есть кто, как на “Невусе” все устроено и как проходил полет с Уны на станцию. А еще, подобно де Сильве, жаловалась на запрет посетить “Экрану” и бесконечно повторяла, что ей хочется поскорее добраться в Икелан, потому что она изнывает от безделья, хотя и находит свое участие в миссии безумно интересным опытом.

Мне показалось, что пусть госпожа Маас и чересчур разговорчива и немного зациклена на себе, но беззлобна и искренна, при этом неглупа, остроумна и прямолинейна. Дафну было интересно слушать, хотя к концу нашей своеобразной прогулки я уже немного устала от ее болтовни.

Моя спутница одинаково открыто и тепло улыбалась всем встреченным служащим фрегата, большинство из которых смотрело на нее с неприкрытым восхищением. Мне внимания в такой компании тоже перепало, хотя, будем честны, даже моя довольно яркая и по-сигойнски экзотическая внешность на фоне блистательной, высокой и видной госпожи Маас все же меркла. И да, я скорее