Между семьей - Вэнди Джинджелл

должен был издавать никаких звуков, не говоря уже о сигнале отправки сообщения, потому что любой, кто мог бы отправить мне сообщение, уже был в доме и вместо этого мог бы позвать меня на помощь. Я схватила его и уставилась на светящийся экран. Это было не сообщение, а пропущенный вызов. Туату пытался дозвониться до меня три раза за последний час, и все уведомления пришли прямо сейчас. Каждое из них — это и те сообщения, которые я пропустила от него.

Как, блин, они пробились?

Погодьте. Погодьте. Если уведомления о звонках от Детектива Туату каким-то образом дошли, значит ли это, что я могу перезвонить детективу?

Я ухмыльнулась и снова выудила значок из кармана. На что спорим, что частная сеть, которую Маразул создал для нас, всё ещё работает? На что спорим, что телефон Детектива Туату только что соединился с моим и я получила резервные копии уведомлений, которые были отправлены в течение дня?

— Что? — обеспокоенно спросил Кайл или Кевин. — Я ничего не делал, и я расскажу хозяйке, если ты меня побьёшь.

— Не обращай внимания, — сказала я. — Просто мне пришла в голову мысль, вот и всё. Возвращайся вниз, мне нужно позвонить.

Он озадаченно уставился на меня.

— Я думал, мы не можем использовать наши телефоны, чтобы связаться с миром людей, пока мы здесь. Мой не работает.

— Мы не можем, — сказала я. — Вот почему у меня есть идея.

— Всё ещё не понимаю, о чём ты говоришь.

— Ты и не должен, — сказала я ему. — Можешь идти. Мне нужно сделать личный звонок.

— Никто не может позвонить! — бросил он через плечо, упрямый до кончика хвоста.

Однако он ушёл и спустился вниз, предоставив мне возможность разблокировать телефон и на секунду остановиться, прежде чем я смогла заставить себя нажать кнопку вызова детектива. Все инстинкты подсказывали мне поторопиться, пока ещё есть шанс, что я смогу пробиться, в то время как свинцовое чувство в животе подсказывало мне, что я пропустила окно и надеяться на то, что это сработает, бесполезно.

Когда я почувствовала, что у меня подёргивается палец, я поспешно постучала по профилю детектива Туату. Я была так занята, пытаясь унять подёргивание большого пальца, что почти не заметила, как зазвонил телефон — на самом деле зазвонил.

— Блин! — выругалась я, прижимая трубку к уху как раз вовремя, чтобы услышать недовольный голос детектива.

— Привет? Пэт? Я весь день пытался до тебя дозвониться!

— Ой, Туату, — сказала я, сияя от облегчения. Значит, он сохранил значок при себе! Я быстро добавила: — Не выбрасывай этот маленький сетевой чип, который ты получил от нас, что бы ты ни делал!

Туату пробормотал себе под нос что-то довольно грубое.

— Так вот почему мой телефон отключается каждый раз, когда я захожу в эту часть комнаты!

— Ты сейчас в движении?

— Нет, я сижу за своим столом; я бросил чип в вазу с фруктами и забыл о нём.

— Хорошо, только не отходи от него, пока мы разговариваем, ладно? Меня прервут, если ты это сделаешь.

— Пэт, что происходит? Странные вещи происходят с самого утра, и я пытался дозвониться до тебя четыре раза за последние несколько часов.

— Это долгая история.

— Северный только что стала вполне адекватной, и я не знаю, что с ней делать. Я в ужасе.

— Да, она, наверное, знает, что всё вот-вот пойдёт прахом.

— Что значит, она вот-вот пойдёт прахом? Я никогда не видел её такой! Я думаю, её маленькая подружка снова исчезла, и если ей придётся пройти через то, что она пережила в прошлый раз…

— Блин, они и Сару забрали? Мы поищем её здесь. Скажи Северному, чтобы она не беспокоилась.

— Где это здесь?

— Ты не поймёшь: просто скажи Северному, что испытания начались, мы заперты на арене вместе с другими эрлингами, и что мы присмотрим за Сарой. Держу пари, она тоже здесь. Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.

Он громко вздохнул.

— С тобой всё в порядке, Пэт?

— Я жива, и у меня есть Зеро — у нас также есть несколько ликантропов и зомби, так что пока мы выглядим неплохо. По-видимому, это сделка типа «гладиатор», «последний оставшийся в живых», так что — погодь, это не важно. Важно то, что мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.

— Да, извини. Что тебе нужно?

— Мне нужно, чтобы ты отнёс один из этих чипов Джин Ёну, чтобы мы могли с ним поговорить. И мне нужно, чтобы ты нашёл кое-кого для меня.

— Кого? И где я возьму ещё один чип? Остальные люди…

— Мертвы. Ага, я в курсе. Кажется, ты тоже не сможешь вернуться в дом. Как думаешь, у вас в гараже найдутся какие-нибудь из них в качестве улик? Твои ребята собрали улики, не? До того, как всё пошло прахом?

— Я посмотрю. Как зовут человека, которого тебе нужно найти?

— Этого я не знаю. Я знаю, что он владеет определённым участком земли в городе; я пришлю тебе адрес. Однако, чтобы найти этого чувака, может потребоваться некоторое время; я думаю, он будет скрываться за несколькими вымышленными именами и фиктивными компаниями, а также за кучей документов.

— Он тот, за кем вы охотитесь в связи с одним из ваших дел?

— Нет, — ответила я, деловито набирая адрес, пока разговаривала. Я не хотела прервать связь в середине нашего разговора и оставить его ни с чем. — Оу, и тебе нужно быть осторожным, когда начнёшь искать, это может быть опасно. Убедись, что Северный знает, что ты это делаешь, лады?

— Мне не нужна помощь Северного, чтобы оставаться в безопасности.

— Нет, но ты не можешь отрицать, что это приятно, — напомнила я ему.

Он не стал этого отрицать, но спросил:

— Что этот человек тебе сделал?

— Дал мне книгу и прогнал лорда фейри, который пытался вытащить меня на улицу.

— Понимаю, почему ты так беспокоишься по этому поводу: похоже, он опасный человек. Разве ты не должна попросить меня сделать больше, чтобы помочь тебе выпутаться из твоего нынешнего затруднительного положения?

— Не, с этим ты ничего не можешь поделать. Если отбросить сарказм, это может прозвучать не слишком убедительно, но этот чувак знает моё имя — он угрожал мне им, — и я хочу отплатить ему тем же, если смогу.

Туату, возможно, был слегка раздражён.

— Он знает, как тебя зовут, а я нет?

— Вовсе не потому, что я ему сказала! — запротестовала я. — И ты даже не называешь Северному своего имени, так что чья бы корова мычала!

— Это справедливо, — сказал он после короткой