Тень луны - Александр Трапезников

— Все ясно, — сказал Игорь.

— Отпускать нельзя, — согласился Стас. — Чертила замутит в другом месте. Вот уж поистине: избави меня Бог от таких друзей, а с врагами мы сами разберемся. Есть у меня один бывший подрывник-афганец. Но надо, чтобы в бригаде об этом никто не знал…

Это было разумно, поскольку каждому не объяснишь: за что, да почему? Пойдут выяснения, найдутся адвокаты, прокуроры, а здесь не суд присяжных. А потом можно было спугнуть Петровича или вынудить его на ответный ход. Впрочем, так оно и оказалось. Когда через пару дней встретились с Афганцем, втроем, в маленькой забегаловке в Сокольниках, почти конспиративно, и объяснили ему суть проблемы, тот кисло усмехнулся:

— Петровича я знаю, — сказал он. — Еще та падла, и цена ваша меня устраивает. Только вот, Стас, какое кино выходит. Не далее как вчера, этот самый Петрович заявляется ко мне в берлогу. И предлагает мне то же самое. То есть, когда вы поедете на пикник, ты, Игорь, Серж и Мишель, отправить вас всех четверых к чертовой бабушке. И денег обещал на пять штук больше. Видно, не ладно что-то в вашем королевстве, а?

Похоже, он говорил правду, поскольку завтра вечером они действительно собирались на загородную дачу, но об этом знали многие, кто-то мог и проболтаться. А если Афганец врал, то очень искусно, набивая себе цену.

— Я, конечно, не стал его сразу отшивать, хотел сначала с тобой посоветоваться, — добавил подрывник. Тут уж он точно пургу гнал, почувствовав, что можно слупить с обоих клиентов. Вот с такими связываться — опаснее всего, Игорю он сразу не понравился: весь какой-то взвинченный, скользкий, наверняка на игле торчит. Но Хмурый молчал, а у Стаса было свое мнение.

— Пять штук премиальных я тебе, конечно, пришлю, — произнес он. Только ты зря надеялся, что Петрович тебе что-то выдаст, кроме аванса. Остальное бы получил венками.

— А где уверенность, что ты мне цветы не выпишешь?

— Получишь всю сумму сегодня.

Это также было рискованно: Афганец мог пуститься в бега, а держать у него на хвосте кого-нибудь из ребят, Лешу или Рябого — исключалось, никто в бригаде не должен был знать, что происходит. Пикантнейшая ситуация, чем сильнее в нее завязывались, тем больше головной боли. Замкнутый круг.

— Но работу свою выполнишь завтра утром, — добавил Стас.

— Не получится, мало времени. Только к вечеру.

— Ладно.

Теперь оставалось только ждать: в какую сторону подует афганский муссон? А что если он ведет двойную игру и уже обо все договорился с Петровичем? Денежки-то уже у него. Или вообще отправит на тот свет и их, и Петровича, наперегонки? Может быть и такое. Рентгеном его не просветишь.

— Ты ему доверяешь? — спросил Игорь.

— Выбора нет. Конечно, ни на какой пикник мы завтра не тронемся. Вообще, гуляем порознь. Петрович решил расчистить место, но гоняться за двумя сразу не сможет. По крайней мере, у нас в запасе почти сутки, ответил Стас.

Прошел день, наступил вечер. Игорь сидел дома и ждал от Стаса сообщений. В половине девятого он позвонил. Голос звучал глухо, очевидно, он говорил, прикрывая трубку рукой:

— У меня сейчас Серж и Мишка, в карты дуются. Полчаса назад был Петрович, интересовался — где ты, почему на пикник не едем? Я сказал, что попозже, к ночи. Потом он уехал — в «Метелицу». Ты бы смотал туда, понаблюдал за ним издали.

— Хорошо.

Игорь вышел из дома, пошел к своему «мерсу». Но прежде чем сесть за руль, внимательно осмотрел днище, подсвечивая себе фонариком, заглянул в мотор. Не обнаружив ничего подозрительного, включил зажигание, не забыв перекреститься. Нервы не то чтобы пошаливали, но на душе было как-то неспокойно. Уже через полчаса он был возле кафе «Метелица», на Новом Арбате. Загнав машину на платную стоянку, Игорь подхватил одну из девочек при заведении, даже не посмотрев на ее лицо, и пошел внутрь. В полутемном зале под модный шлягер прыгала молодежь, оторвавшись от яств, но Петровича среди них он «срисовал» сразу. Да и его «БМВ» стоял на той же платной стоянке. Выбрав себе столик в укромном уголке, Игорь заказал ужин на двоих, и поместил девицу так, чтобы она загораживала его, но сохраняя простор для обозрения. Петрович был не один — с каком-то бульдогом и двумя подругами. Одного он узнал, это был один тип из бригады Крота, такая же сволочь, как и его хозяин.

— Чего ты такой угрюмый? — спросила девица, у которой оказалась довольно миловидная мордашка. — Не болеешь?

— Болею, — сознался Игорь. — СПИД у меня. Так что не приставай.

— Жаль! — вздохнула путана. — Ну, ничего, я думаю, с презервативом можно. Ты мне нравишься. Меня Галя зовут.

— Угу, — отозвался Хмурый, продолжая наблюдать за Петровичем. Судя по всему, засиживаться они здесь долго не собирались. Вот только куда поедут? И доедут ли вообще? Спустя некоторое время, Игорь поднялся — Петрович и его компашка шла к выходу.

— Ты куда? — спросила Галя. — Мы же еще десерт заказывали.

— Пошли! — бросил он.

В вестибюле Петрович увидел Игоря и очень удивился.

— И ты тут? А мне Стас сказал, что у тебя температура!

— Полегчало. Решил развеяться.

— Ну-ну! — холодно произнес тот. — Тогда — поехали с нами?

— У меня тут своя свадьба, — Игорь кивнул в сторону девицы. — Так что поезжайте сами. Счастливых сновидений.

— И тебе того же.

Петрович с Бульдогом пошли к выходу, а их «грелок» Игорь чуть задержал. Если что и случиться, то не хотелось бы лишней крови.

— Я у них только адресочки возьму, ты не волнуйся! — крикнул он вслед Петровичу. Но тот лишь махнул рукой — такого добра…

Игорь тщательно записывал в блокнот телефоны девушек, искоса поглядывая сквозь стеклянную витрину в сторону стоянки. Петрович и Бульдог подходили к «БМВ».

— А я? — обиженно спросила Галя.

— И ты, лапочка. И вы, милые, все мы скоро на пикник поедем, — любезно пообещал он. Они уже садились в машину, решив, очевидно, подогнать ее ко входу. Взрыв раздался неожиданно, словно кто-то запустил в воздух огромную петарду со снопом искр и фонтаном огня. «БМВ» разнесло на части, витрина и другие стекла разлетелись вдребезги, хорошо еще, что они стояли за колонной. «Грамм триста тротила, не меньше!» — подумал Игорь, сгребая всех трех вопящих девушек в охапку.

— Быстро отсюда! — жестко сказал он. — Я вам обещал пикник? Это лучше, чем разбирательства с милицией.

Поймав возле американского посольства такси, они отправились к Стасу, причем всю дорогу девицы трещали без умолку. Конечно, с живыми лучше, чем с мертвыми.

А все, что осталось от Петровича — погребли с причитающимися ему почестями.

Август 1993 г.

На теплоходе, плывущем в сторону Углича, справляли день рождения Флинта. Поздравить первого авторитета Москвы пришло столько народа, что перегруженная посудина, напоминающая музыкальную шкатулку, натужно фыркала водой, медленно рассекая волны. Здесь можно было встретить представителей всех слоев общества — предпринимателей, банкиров, политиков, лидеров партий и преступных группировок, генералов милиции и ФСК — в штатском, ведущих тележурналистов и писателей, кинорежиссеров, артистов, эстрадных певцов, священнослужителей, эмигрантов и многих-многих других. На верхней палубе вживую играл оркестр — один из лучших в столице, на нижней — выписанная из Екатеринбурга модная рок-группа. Услужливые официанты разносили на подносах напитки, самую разнообразную закуску, бутербродики величиной с мизинец. В двух залах были накрыты столы, но время праздничного ужина еще не пришло. Капитан теплохода, купленного Флинтом со всеми матросами, озабоченно размышлял — как после разместить всех гостей по каютам? Но многие из них обещали сойти раньше, на ближайшей пристани, куда уже заранее были подогнаны машины.

Стас с Игорем стояли на верхней палубе, с бокалами в руках, облокотясь на перила. Метрах в десяти от них о чем-то беседовали с отцом Иринархом сам виновник торжества — Флинт. К нему то и дело подходили люди, которые еще не успели высказать свои поздравления, отвлекали от разговора. Но он всех выслушивал внимательно, кому-то пожимал руки, других обнимал, троекратно целуя.

— А где же Лена? — спросил Стас. — Что-то я ее давненько не видел.

— Мы разругались.

— Вот как!

Стас деликатно помолчал, а Хмурому вовсе не хотелось развивать эту тему. Но его друг, взглянув на стоящего поодаль отца Иринарха, все же продолжил: — Не грусти.

— А я не знаю, как это делается! — отозвался Игорь.

К ним подошел Флинт, закончив беседу со священником, дружески положил обе руки на плечи Стаса и Игоря.

— Чего грустите, братья-разбойники? — весело спросил.

— Не знаем, как это? — откликнулся Стас. — Научи.

— Сам не умею. Пошли в каюту, потолкуем.

Уверенной твердой походкой двинулся по палубе, гости перед ним расступались, окликая и приветствуя: он кивал головой, шутил, но не останавливался. Спустились по лестнице вниз, где слева и справа по коридору тянулись двери кают. Они вошли в его апартаменты, и Флинт тотчас сорвал галстук, снял пиджак, расстегнул рубашку, достал из шкафа дорогой темно-синий костюм, начал переодеваться.