Нет ничего важнее - Патрисия Тэйер

– А твои родители?

Он пожал плечами.

– Мама не знала точно, кто мой отец. Меня у нее забрали, потому что она не могла обо мне заботиться. Она была наркоманкой.

– О Коул!

– Не жалей меня, Рейчел. Мое детство закончилось много лет назад.

– Но ты столько пережил! – Рейчел знала, что чувствуешь, когда тебя покидают самые родные люди. Она вытерла слезу. – Это не жалость, Коул, просто я понимаю.

Он помолчал.

– С моим сыном все должно было быть иначе. Я собирался находиться рядом с ним… но слишком поздно понял, что в жизни главное.

– Не верю.

– Однако это правда. Я старался добиться успеха. Я так много работал, что меня никогда не было дома. А потом у Джиллиан начались роды… слишком рано.

Она видела на его лице выражение боли. Он во всем винил себя.

– Из-за тебя у нее начались преждевременные роды?

Он покачал головой.

– Врач сказал, что причина, по которой у Джиллиан рано отошли воды, неизвестна. У ребенка были недостаточно развиты легкие, и… Он не выжил.

Рейчел обняла мужчину.

– Мне жаль, Коул. Но это не твоя вина. Такие вещи случаются. Ты должен простить себя. Позволь мне тебе помочь.

– У меня все в порядке… С тех пор прошло много времени.

Недостаточно много, чтобы он смог закрыть эту дверь.

– Ты можешь меня впустить. Я хочу там быть – ради тебя. – Она нежно поцеловала его в губы.

– Рейчел, мне нелегко кого-то впускать… Она глядела в его печальные глаза.

– Но я уже здесь, Коул.

Он потянулся к ней, но в это время в дверь позвонили.

Коул шагнул назад.

– Твой Дуг приехал.

Он снова замкнулся в себе, но она не собиралась сдаваться. Этот человек слишком много для нее значил.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

После ужина Коул взял бутылочку и пошел наверх, кормить Ханну.

Он решил не возвращаться в гостиную – сказал себе, что не хочет мешать Рейчел и ее гостю.

Он стоял у окна своей спальни и смотрел на залитое лунным светом пастбище. Обычно этот пейзаж помогал ему расслабиться. Но на сей раз, ничего не получилось.

Коула злило то, что Рейчел общалась с другим мужчиной.

Он спустился вниз, только когда за Уиллсом закрылась дверь.

Коул нашел Рейчел на кухне. На ней была футболка и яркая юбка, которая подчеркивала ее стройные икры и изящные босые ступни. Коул заметил, что Рейчел сняла повязку с руки и положила ее на стол.

– Что ты делаешь? – спросил он.

Рейчел, которая как раз собиралась поставить чистые тарелки в буфет, подпрыгнула от неожиданности, выронила тарелки, и они с грохотом упали на пол.

– Коул, ты испугал меня!

– Не двигайся! – приказал ей мужчина.

Приподняв Рейчел, он усадил ее на стол.

– Оставайся здесь. Я пойду за метлой.

Рейчел рассердилась – не из-за разбитых тарелок, а потому что одно присутствие этого человека так на нее действовало. Еще она ошиблась, думая, что Коул будет ревновать ее к Дугу.

Печально, но у него нет ко мне никаких чувств.

Коул вернулся и принялся поднимать с пола большие осколки.

– Если принесешь мне туфли, я тебе помогу.

– Ты разбила тарелки из-за меня, и я все уберу, – мужчина подмел пол и выбросил осколки в мусорное ведро.

Рейчел услышала крики Ханны.

– Перестань упрямиться, Коул, и принеси мои туфли. Они у задней двери.

– Хорошо. – Он принес сандалии и протянул их Рейчел вместе с метлой. – Вот, закончи. – Подойдя к холодильнику, он вытащил бутылочку со смесью и поставил ее греться.

Рейчел обулась, слезла со стола и принялась подметать, пытаясь понять, почему Коул на нее рассердился.

– Я чем-то тебя расстроила?

– Ты не должна ничего делать этой рукой.

– Я и не делала… до сегодняшнего дня. Она у меня не болит.

– Рад слышать. – Когда бутылочка согрелась, Коул взял ее и вышел.

Рейчел поднялась по лестнице следом за ним, вошла в комнату дочки и подошла к кроватке. Ханна плакала.

– Привет, дорогая! Ну, перестань, все хорошо, все хорошо…

Малышка немного успокоилась. Коул взял ее на руки и понес на стол для переодевания.

Рейчел поменяла девочке подгузник и взяла ее на руки. Усевшись в кресло-качалку, она начала кормить малышку.

Подняв глаза, она обнаружила, что Коул ушел. У Рейчел сжалось сердце. Хотя за последнюю неделю они стали очень близки, он снова от нее отдалился.

Судя по виду Ханны, она радовалась, что ее мама рядом с ней. Малышка поела, Рейчел дала ей отрыгнуть, отнесла в кроватку и уложила. Ханна открыла сонные глазки, потом медленно их закрыла.

– Спи, дорогая, – накрыв ее легким одеялом, Рейчел вышла из комнаты. – Мама должна срочно кое с кем поговорить.

Рейчел подошла к комнате для гостей, постучалась, и, не дождавшись ответа, распахнула дверь настежь.

– Коул, нам нужно… поговорить… – она обескуражено замолчала: он явно не ждал гостей. Его темные волосы, еще влажные после душа, зачесаны назад. Вокруг бедер обмотано полотенце. – Извини… Я должна была подождать, пока ты ответишь… Но мне срочно надо знать, почему ты так на меня рассердился.

– Нет. Уходи, Рейчел, пока я не забыл… Внезапно она осмелела.

– Забыл о чем, Коул? Забыл, как ты забеспокоился, когда Дуг приехал ко мне в гости?

– Меня не касается, кого ты приглашаешь.

Дрожа, она подошла к нему.

– Касается. И меня волнует твоя ревность.

– Я тебя не ревновал. Выйди, пока я не…

– Пока ты не признал, что я тебе небезразлична? – Рейчел коснулась рукой его голой груди. Она окинула взглядом его широкие плечи, мускулистые руки, взглянула ему в лицо и увидела в его глазах желание. – Я не боюсь того, что происходит между нами, Коул. Я еще никогда такого не чувствовала. – Она шагнула к нему. – Позволь мне узнать, что ты чувствуешь.

Он обнял Рейчел и, прежде чем она успела вздохнуть, поцеловал в губы. Она обвила руками его шею. Коул принялся осыпать поцелуями ее лицо.

– Когда я думаю о тебе с Уиллсом, то с ума схожу.

Она улыбнулась.

– Продолжай.

– Ты нужна мне, Рейчел. Но я не могу предложить тебе то, что может предложить Уиллс.

Она посерьезнела.

– Мне не нужен Дуг. Мне нужен ты, Коул. И я прошу тебя только о том, чтобы ты разрешил мне быть с тобой… сейчас. – Она встала на цыпочки и поцеловала его. Он ответил на поцелуй.

Коулу хотелось поступить правильно: попросить Рейчел уйти. Но он желал провести с ней ночь. Почувствовать, что значит – полюбить снова.

– Если ты уверена…

– Уверена, – она окинула его взглядом. – И, по-моему, на мне гораздо больше одежды, чем на тебе. – Она улыбнулась. – Как ты собираешься с этим поступить?

Он снял с нее рубашку, и она осталась в кружевном лифчике цвета слоновой кости.