Киселевы: три брата, две сестры. Век ХIХ-й - Виктор Владимирович Королев

Дмитрий Милютин, первый сын

В гимназии Дмитрий Милютин учился вместе с младшими братьями. Вместе с ними перешёл и в Благородный пансион при Московском университете. Но денег в семье на всех мальчиков не хватило, братья стали полными пансионерами, а он – наполовину. В этом учреждении – ни Царскосельский лицей, конечно, но всё же – они учились целых четыре года. Братья были ещё малы, когда он, один из лучших на курсе, составил и издал типографским способом «Руководство к съёмке планов».

Попробуем разъяснить, что это такое. Россия первой трети ХIХ века – огромная держава, которая после победы над Наполеоном стала ведущей в мире и, несмотря на страшный неурожай, собирала зерна столько, что могла прокормить не только себя, но и всю голодающую Европу. Миллионы квадратных километров абсолютно не освоенных территорий! Богатства Сибири (напомню: в Сибири никогда не было крепостного права!), сталь и чугун Урала, икра, пенька, мех, уголь, золото – всё что хочешь и чего нет в других странах! Но главное богатство – совершенно необъятные территории с прекрасными плодородными землями!

Профессия землемера двести лет назад была чрезвычайно популярна и уважаема. Он брал саженный метр и с утра шёл считать площади, размеряя участки, выделенные по карте. Абрисы, разумеется, разные, но очень часто контуры повторялись. Они были неровными, и чтобы точно посчитать площадь, приходилось делить их на бумаге на правильные геометрические фигуры, а потом складывать результаты – и так каждый раз заново.

Дмитрию не было ещё шестнадцати, когда он решил составить типовые формулы для расчёта площадей. Сотни планов съёмки просмотрел, нашёл повторяющиеся и составил для них нормали. По этим стандартам теперь можно было быстро рассчитать земельные площади, даже не выходя в поле. И это сделал 15-летний мальчик, так рано и столь мощно заявивший о своих математических способностях!

Пособие для землемеров «Руководство к съёмке планов» вышло в свет в 1832 году. В том же году Дмитрий окончил курс обучения (с серебряной медалью) и получил такой же чин, с какого начинал его отец, когда служил секретарем комиссии по постройке Храма Христа Спасителя.

Согласитесь, 10-й чин в табели о рангах – это не самая высокая оценка для гениального молодого человека. Наверное, потому Дмитрий и пошёл в армию: там карьеру можно сделать быстрее, тем паче что войны тогда были частыми. Через год он уже – прапорщик Лейб-гвардии 1-й артиллерийской бригады. А ещё через год поступил (сразу в старший класс!) Императорской Военной академии и за год прошёл весь курс, успешно сдал экзамены и вышел из стен этого престижного военного заведения поручиком и с очередной серебряной медалью. Имя его потом выбьют на мраморной доске как одного из лучших выпускников академии.

Осенью 1837 года Дмитрий Алексеевич получил назначение в Генеральный штаб. Уже в это время он проявил склонность к анализу, публиковался с серьёзными научными статьями не только в военных, но и в общественно-политических журналах.

В начале следующего года скоропостижно умерла Елизавета Дмитриевна. Дмитрий очень тяжело переживал уход матери. Он просто не знал, что делать ему дальше. Отныне он будет материально помогать отцу, ведь младшему брату Борису всего восемь лет отроду. Наверное, потому и попросился старший брат на Кавказ, где шла очередная война.

Потом, спустя годы, ни у кого не будет права усомниться в том, что Дмитрий Алексеевич Милютин – боевой генерал, не паркетный. Пять лет в беспрестанных стычках с войсками Шамиля. Два ордена за храбрость, ранение, досрочный чин капитана и личная благодарность императора (как тогда говорили, «был пожалован Высочайшим благоволением»).

Во время краткого отпуска и поправки здоровья Дмитрий Алексеевич знакомится с молоденькой дочерью генерал-лейтенанта М. И. Понсэ. Это была любовь с первого взгляда у обоих.

Наталья Михайловна была из потомков тех двухсот тысяч протестантов-гугенотов, которым, после отмены Людовиком ХIV Нантского эдикта, пришлось бежать из Франции. В её дальней родне были философы, теософы, историки, литераторы, врачи.

«О поселении в России гугенотов, меннонитов и других людей для размножения мануфактур». (Канцелярия А. И. Остермана. 29 марта 1729 г.). Похоже, этому проекту не повезло – в межцарствование попал. А там было немало интересных мест, например: «Верноподданные предложения, каким образом французские беженцы, так называемые гугеноты, могут быть привлечены на земли Вашего Императорского Величества… Нужно войти к ним в доверие. Явившись к таким людям, наш представитель поначалу, чтобы войти в доверие, предлагает совместно распить бутылку вина. Когда доверие завоевано, он предлагает почитать бумагу с перечнем привилегий. Не надо пытаться сразу же их убедить, не надо с ними спорить или обращаться невежливо. Как только эти люди прибудут в Россию, им должны быть предоставлены условия, полезные для их проживания».

Рано умерший отец Натальи принадлежал к числу образованнейших генералов своего времени. Он свободно говорил на нескольких европейских языках, обладал обширными знаниями в математике. Любовь к точным наукам перешла и к Наталье. Словом, эта пара влюблённых была прямо рождена друг для друга.

Два года им пришлось переписываться, ожидая окончания военной кампании. А как назвать первую дочь, сомнений не было – Елизаветой, в честь матери мужа. Елизавета Дмитриевна Милютина-младшая, в отличие от Елизаветы Дмитриевны Милютиной-старшей, проживёт почти сто лет. Она станет супругой губернатора Эстляндии князя С. В. Шаховского и основательницей Пюхтицкого Успенского монастыря, по сей день являющегося центром Русской православной церкви в Эстонии.

Первого сына младшие Милютины назовут Алексеем в честь дедушки, который ещё успеет увидеть внука. Алексей Милютин-младший последние годы жизни будет трудиться Курским губернатором и немало сделает для развития этой губернии.

Потом появляться в этой славной семье будут только дочери: Ольга, Надежда, Мария, Елена. Поскольку их отец в 1878 году будет «возведен с нисходящим потомством в графское Российской империи достоинство», то и дочери станут графинями. Замуж они будут выходить в основном за князей, так что в этом смысле родителям особо беспокоиться за них не пришлось.

Впрочем, не пришлось беспокоиться Дмитрию и за младших братьев.

Николай Милютин, второй сын

Николай был на два года младше Дмитрия. Ему едва исполнилось семнадцать лет, когда он поступил (не без помощи влиятельного дяди, Павла Дмитриевича Киселёва) на службу в хозяйственный департамент Министерства внутренних дел.

Канцелярская работа изо дня в день, без возможности делать что-либо без распоряжения начальства, сильно угнетала его. Терпел год, два, три… Всё свободное время посвящал чтению новых книг по политэкономии, статистике, истории. Изучал сразу несколько языков. Глядя на старшего брата, пробовал писать аналитические записки.