Магическое свидание - Брин К. Ф.

– Мистер Том здесь.

Я указала вниз и влево, обнаружив его при помощи магической связи.

– Поторопись, он ранен. Нив, возвращайся домой. У этих парней все под контролем.

Но она не сдвинулась с места. Теперь Нив была раздражена, а светящийся красный взгляд казался обвиняющим. К счастью, я могла разобраться только в ее чувствах, а не в мыслях. Сомневаюсь, что мне понравились бы слова, которыми она называла меня про себя.

– Ладно, оставайся. Эй… – Я похлопала по крепкой руке, обхватившей меня за талию, а затем снова указала вниз. – Пожалуйста, помогите мне. Нам нужно добраться до мистера Тома. Седрик!

Я помахала ему рукой, хотя он и так следил за мной, паря на месте в трех метрах от нас. Жестом указав ему наверх, я сказала:

– Найдите Эдгара. Встретимся в Доме с плющом. Оставайтесь там, пока я не вернусь.

Но ни он, ни кто-то другой не сдвинулись с места. Все остальные горгульи собрались вместе. Четверо из них держали свой безжизненный улов. Множество летающих существ парило в небе.

В голове раскатились слова Дома с плющом:

– Веди сама или будь ведомой.

Я заскрипела зубами. Не было у меня никакого долбаного опыта руководства армией волшебных существ…

А может, был?

Два года я возглавляла родительский комитет, а еще помогала в классе, заменяла в походе бойскаутов чьего-то пьяного отца и не раз помогала семье преодолеть трудные времена. Раз уж мне под силу было справиться со скукой, пассивно-агрессивными мамашками, надменным школьным персоналом, бешеными детьми и кучкой папаш-сексистов, которые обвиняли всех вокруг в том, что могли бы добиться большего, хотя сами не поднимали планку… Раз так, то и банда грубых упрямых горгулий мне по зубам.

Собрав волю в кулак, я выпустила взрывную вспышку магии, от которой все они закачались прямо в небе.

– Седрик, иди за Эдгаром, – прорычала я низко, строго и угрожающе на случай, если он не послушается.

В сущности, это было как считать до трех, только для взрослых. Я надеялась, что он расслышал меня сквозь весь этот шум. Большие крылья хлопали громко. Чтобы подчеркнуть эту мысль, я воспользовалась магией и подбросила его. Оказалось, это то же самое, что и оттолкнуть, но в определенном направлении.

Он полетел, хлопая крыльями, словно я ткнула его раскаленной кочергой.

– Эй, ты, верзила!

Я снова похлопала его по руке, а затем указала на мистера Тома.

– Поскорее. Он ранен. Живо!

Я сосредоточилась на том, чтобы подстегнуть его чем-то вроде шлепка по заднице.

Разряд тока, который я ощущала до этого, и прилив магии, от которого, к сожалению, у меня так и не выросли крылья, пронзил все тело и пронесся по коже.

Горгулья дернулся; его руки сжались, обхватив меня еще крепче. Настолько, что у меня перехватило дыхание.

Ну да. Видимо, я выбрала не тот прием…

Но вдруг его крылья взметнулись, и мы ринулись вперед, рассекая ожидающую толпу. Мы летели под наклоном до тех пор, пока наши груди не направились к земле, а тела не выровнялись так, что его крылья стали моим дельтапланом. Буквально за секунду они сложились, и мы бросились вперед, пикируя все быстрее и быстрее.

– Вот дерьмо, вот дерьмо, вот дерьмо, – повторяла я, стиснув зубы. Ногтями я впилась в его грубую горгулью кожу. Содержимое желудка неудержимо рвалось наружу.

Стало ясно, что полет – это не просто взмахи крыльями. В нем сочетались маневрирование, пикирование и уверенное вращение в небе. Что я курила, когда предположила, что была готова к чему-то подобному? Сдержать вопль стоило титанических усилий.

Перед глазами скакали кроны деревьев. Они приближались так быстро, будто я снова падала. Не в силах вынести все это, я зажмурилась и просто указывала туда, где находился мистер Том, чтобы мы не сбились с курса. Хлопанье крыльев удивило меня, и я с криком принялась дергаться в его крепких объятиях. Открыв глаза, я заморгала: мы зависли прямо над верхушками деревьев. Медленно, прекрасно владея телом, он спускался на ветви, пока крылья не захлопали прямо над ними.

– Повер-р-рнись.

Он слегка ослабил хватку, а затем изменил ее, словно предлагая мне развернуться. Когда я прижалась грудью к его груди, он снова обхватил меня крепче. Кожа горгульи была жесткой и слегка царапалась.

Он прижал к себе мою левую руку, а затем правую, после подтолкнул мою голову себе под подбородок. Так я свернулась калачиком на его массивном теле. А когда все было готово, дальнейшее случилось еще быстрее. Продолжая прижимать меня одной рукой, он сложил крылья, и мы камнем рухнули вниз.

– Ох…

Он выкинул вперед свободную руку и схватил ветку, чтобы мы остановились.

Хрясь!

Под нашим весом ветка сломалась.

Тогда горгулья молниеносно отпустил руку и схватил другую ветку, и падение снова замедлилось. Первая ветка падала прямо на нас, но он наклонился вперед, прикрыв меня, и она попала ему по плечу, а не по моей голове.

Он отпустил вторую ветку и схватил другую, потом следующую. По-прежнему придерживая меня, одним крылом он частично прикрывал нас, чтобы меня не хлестали ветки.

Последнюю он отпустил уже над землей. Снова сложив крылья за спиной, крепко меня держал. Ударившись ногами оземь, он согнулся от удара, а затем ослабил хватку и развернул меня так, что я почти не почувствовала толчок.

Я ударилась о землю задницей. Все, на что я была способна, – смотреть ему в лицо. Глаза были неестественно выпучены, челюсть выдвинута вперед, а большие зубы выступали из-за кожистых губ. Теперь мне стало ясно, за что красавица полюбила чудовище. В те времена вопрос внешности не стоял: дело было в существе, которое не просто спасло ей жизнь, но заботилось о том, чтобы все это время она чувствовала себя прекрасно.

– Спасибо, – сказала я, вытирая рукой лоб.

Вокруг затрещали ветки, листья принялись опадать. Это приземлились остальные горгульи, а вслед за ними и Нив, попавшая под лавину веток и листьев.

Я вскочила и огляделась, чувствуя, что мистер Том находится от нас метрах в шести. Он лежал в зарослях ежевики, наверняка исколотый сотнями шипов. Одно крыло было разорвано вдоль жилы, а другое плотно прижато к телу. Рваная рана рассекла его грудь. По лбу текла кровь.

– Мистер Том?

Я встала рядом с кустами ежевики и окинула их взглядом, подняв руки так, будто готовилась нырнуть в ледяную воду.

Он что-то проворчал. Рот и зубы горгульи не слишком располагали к разговору.

– Вас можно передвигать, мистер Том? Что нам…

– Вот, Эрл…

Подошла Нив в праздничном наряде. На каждом шагу она вздрагивала, но явно не собиралась сдаться и захромать. Густые багровые ручейки бежали по молочной коже ноги.

– Либо превратись в камень, чтобы исцелиться, либо в человека, чтобы мы поняли, что с тобой не так.

– У него крыло порвано, вот что с ним. Он… – начала я, высматривая путь сквозь заросли ежевики.

– Да, у него есть пара ран, но нам нужно выяснить, нет ли среди них таких, которые угрожали бы исцелению.

Пока мистер Том перевоплощался в каменное обличье, я отвлеклась на звук, напоминающий движение валунов по каньону. Я сосредоточилась на одном желании: превратись в человека, и все будет в порядке, а затем мы бы вытащили его. Очередная причуда горгулий заключалась в том, что в каменном воплощении их было легче призвать, чтобы что-нибудь сделать. С Эдгаром у Седрика не было никаких проблем, но нам надо было отыскать Алека.

Пока мистер Том превращался, я повернулась обратно к огромной базальтово-серой горгулье. Сложенные дугой крылья добавляли полтора метра к его и без того широким и мускулистым плечам. Зловещий шип выступал на верху каждого крыла. Там, где кожистый материал собирался, когда они были сложены, каждая жила тоже заканчивалась шипом. Его крепкие руки свободно свисали по бокам. Широкие когтистые ладони могли бы одним движением разорвать мне глотку.

Он был впечатляющим, огромным и внушительным – с такой силой явно стоило считаться.