Бессмертные карлики - Эрве Рихтер-Фрих

- Антонио Веласко опередил нас всего на несколько часов. Рамон и донна Инеса находятся тоже недалеко от нас. У них случилось несчастье с одним из их животных и поэтому они немного опоздали.

- Кто такой этот Рамон? - спросил Фьельд.

- Нельзя найти лучшего проводника по всей Монтанье, - ответил капеллан. - Он был очень предан профессору Сен-Клэру. Он уже старый человек, но еще может постоять за себя не хуже молодого. Если бы он знал, что Черный Антонио следует за ним по пятам и что донне Инесе грозит опасность, то сумел бы поиграть в прятки с Антонио. Он знает все тайники и уголки на боковых тропинках и мог бы спрятаться так, что целая стая собак-ищеек не сумела бы проследить их. Но он ведь ничего не подозревает?

- Нет! - сказал Фьельд.

- Очень жаль... Донна Инеса радуется здешней природе. Она часто останавливается и слезает с лошади, чтобы сорвать цветок или поймать бабочку... и чего ей, на самом деле, бояться? Здесь нет злых людей. Ни разбойников, ни бандитов. Индейцы только тогда воинственны, когда выпили aquardiente [Испанская водка]. И даже тогда их можно уговорить разумными доводами. Хищные звери здесь не опасны. Пума никогда не нападает, и мы должны приблизиться к большой реке, чтобы найти ягуара или ядовитых змей... Вы видели человека, с которым я только что говорил. Это один из влиятельнейших людей в городе Парма, от которого мы теперь недалеко. Он был очень озабочен тем, что встретил Черного Антонио. От этого нельзя ждать ничего хорошего, сказал он... И он вполне прав. Потому, что дон Антонио и его помощники - единственные хищники в этой местности.

- Могут ли мулы надбавить ходу? - спросил Фьельд.

- Это будет неблагоразумно. И, насколько я понимаю, Черный Антонио и не чует, что мы следуем за ним. Едва ли может что-нибудь случиться, прежде чем мы очутимся в окрестностях Пармы. Приходится, однако, предположить, что Антонио обойдет со своими людьми караван Рамона прежде, чем напасть на него.

- Несомненно, - сказал Фьельд, удивляясь прозорливости проводника. Поскольку я осведомлен, обстоятельства должны сложиться так, что Антонио выступит в качестве рыцаря, как только два его наемника отправят на тот свет Рамона и индейскую девушку. В виду этого жизнь донны Инесы не находится в прямой опасности.

Взор проводника потемнел.

- Я мирный человек, - сказал он, - и неприлично мне выражать подобные мысли Но если Антонио осмелится...

Проводник не докончил своей мысли. Он с силой пришпорил своего мула и быстрой рысью поехал вперед. Экспедиция вступила на плоскогорье, с которого раскрывался широкий вид на огромный лес внизу. Здесь капеллан-проводник соскочил со своего животного.

- Мы, должно быть, отсюда заметим Черного Антонио и его свиту, сказал он и указал на широко расстилавшийся перед ним простор, где далеко впереди виднелся дымок небольшого города.

Фьельд взялся за бинокль.

- Вы можете видеть, как дорога поворачивает широким изгибом на противоположную сторону плоскогорья... по ней проходят неминуемо все, кто едут в Парму.

- Какой-то отряд выезжает из леса, - сказал Фьельд спустя некоторое время.

- Это, должно быть, дон Антонио.

Фьельд отложил бинокль.

- Нет, - сказал он, - я не думаю. Хотя там тоже три человека, но один из них женщина.

Проводник бросился к своему мулу.

- Нам необходимо поторопиться, - воскликнул он. - Дон Антонио едет прямо по его следам. Как видите, это - экспедиция донны Инесы. Женщина индейская девушка Конча. Сама донна Инеса всегда ездит верхом в мужском костюме.

Теперь маленькие мулы показали, на что годились их ноги, - они буквально скатывались с крутых утесов. Ни разу не случилось им оступиться, а их длинные уши насторожились от усердия. Они словно знали, в чем дело. Таким образом прошло около получаса. Путники добрались до лесной прогалины, где они недавно увидели экспедицию Рамона. На одном из поворотов дороги проводник внезапно остановил свою лошадь и с испугом указал Фьельду и негру на противоположную сторону горы.

Перед ними предстало необыкновенное зрелище. Один из мулов был сброшен на отвесные скалы. Падая, он перепрыгивал с уступа на уступ, словно резиновый мяч, и наконец исчез в пропасти, где глухо рокочущая река, без сомнения, увлекла его своими волнами. А тотчас вслед за ним показалось тело человека, которое совершало те же самые страшные прыжки, но, по воле случая, повисло на одном на острых уступов скалы.

- Это, вероятно, Рамон, - прошептал с ужасом проводник. - Мы опоздали.

Он хотел что-то прибавить, быть может, приличествующую его сану молитву, но когда он обернулся к своим спутникам, те куда-то исчезли.

Тогда он снова вскочил на своего мула, но в тот миг, когда он опустился на седло, в лесу послышался крик.

Исступленный и душераздирающий крик женщины.

19. "ЧЕРТОВА" ПРОПАСТЬ

Женский крик был также услышан и доном Антонио, который преспокойно ехал на своем необыкновенно большом, сильном муле... и услышан даже с некоторым удовольствием. Он уже давно ожидал его.

Он пришпорил своего мула, вытащил револьвер и придал своим чертам благородное и героическое выражение, которое на самом деле весьма красило его. Таким образом совершил он свой выход на небольшую поляну, где донна Инеса с диким отчаянием отбивалась от обоих бандитов, которым с трудом удавалось связать молодую, гибкую в неистовой ярости женщину.

- Руки вверх! - прорычал Антонио своим верным наемникам.

С чуть-чуть неестественной готовностью оба бандита повиновались его приказу. Они некогда участвовали в одном фильме и отлично знали, как надо вести себя, когда появляется герой с револьвером в руке.

- Что здесь происходит? - спросил боксер громовым голосом. Нападение на открытом месте... Это будет вам дорого стоить!

После чего благородный спаситель с хорошо рассчитанной медленностью слез со своего мула, так что бандиты успели исчезнуть в чаще леса. Дон Антонио послал им вдогонку выстрел, извергнул два-три соответствующих проклятия - вообще, был мил необычайно.

Быстрым взглядом он удостоверился, что все произошло сообразно программе. Проводник и его мул были сброшены в пропасть, известную среди туземцев под названием "чертовой". Крик индейской девушки указывал на то, что она получила условный удар ножа в спину под лопатку, а изорванное платье донны Инесы и развороченный багаж свидетельствовали о том, что бедная девушка была ограблена до последней рубашки.

Борьба с бандитами так сильно потрясла нервы донны Инесы, что она упала без сознания к ногам своего спасителя. Дон Антонио, улыбаясь, освободил ее от веревки, связывавшей ее руки, перенес ее на край дороги и положил ей под голову наполовину опустошенный спинной мешок. В сущности, он обращался с ней, как с драгоценным активом...