Снежное пламя - Ширли Грин

Кристина, как робкий игрок, начала с пешки. Джастин ответил тем же. Вскоре она догадалась, что он собирается играть ферзем. Кристина немедленно отправила в бой черного ферзя. Джастину не стоило труда обыграть Кристину, если б она не нащупала возможности надежной обороны.

Джастин играл быстро. Слишком быстро, заметила она. Его легкость и стремительность могли привести и к опрометчивости. Играя спокойно, вглядываясь в расстановку фигур, Кристина могла получить шанс на благополучный исход.

Через пятнадцать минут она съела его слона и коня, зато он лишил ее ладьи, трех пешек и безжалостно преследовал по всему шахматному полю ее черного ферзя.

— Не слишком-то вы задумываетесь над вашими ходами, — укоризненно заметила она.

Джастин недоуменно взглянул на нее, удивившись, что она осмелилась критиковать его.

— Вообще-то я не очень большой любитель шахмат, — сказал он.

— Тогда нечего и играть.

— Да, конечно. Но надо же чем-то заняться. Чтобы голова и руки не оставались без дела. Ходите!

— Я не могу играть, когда мною командуют, — возмутилась Кристина.

И быстро сообразила, как уберет его ферзя, изящно и красиво. Она давно уже не практиковалась в шахматах, поскольку единственным ее партнером в игре был и оставался Роджер, ее двоюродный брат.

Кристина самодовольно улыбнулась и сделала свой ход.

Джастин наконец соизволил взглянуть на доску. Он полулежал, опершись на локоть. Огонь, пылающий в камине, освещал его обнаженное по пояс безупречно красивое тело.

Приподняв воротник махрового халата, Кристина спрятала в нем разрумянившееся лицо. Ей хотелось зарыдать. Она всеми силами старалась избавиться от его чар. Ей расхотелось играть в шахматы, стало безразлично, будет звучать музыка или нет. Она мечтала только об одном: прикоснуться к его лицу. А тут эти шахматы!..

— Ваш ход, — сказал Джастин, разглядывая Кристину.

Он любовался ее лицом, губами, пышными волосами. Его ненасытные глаза не переставали ласкать всю ее — с головы до ног…

Кристина наклонилась над доской и одним ходом смела его ферзя.

Джастин, удивленный такой атакой, откровенно растерялся. Кристина скромно потупилась и не удержалась от торжествующей улыбки.

— Где вы научились так хорошо играть? — спросил он.

— У своего родственника, Роджера, — охотно ответила она. — Роджер Дориа — двоюродный брат. Он славный парень, и мы с ним большие друзья.

Не зная, как избавиться от его вопрошающего взгляда, она, чувствуя, что у нее не выдерживают нервы, разоткровенничалась:

— У меня несметное полчище двоюродных и троюродных братьев, а Роджер взял на себя роль «старшего брата», поскольку я в семье единственная девочка. Пожалуйста, скажите хоть что-нибудь. Почему вы молчите и не сводите с меня глаз?

— Роджер Дориа! — обрадованно вскричал Джастин.

Кристина кивнула, не понимая, что могло так приятно удивить Джастина.

— Вашего двоюродного брата зовут Роджер Дориа?

— Да.

— Роджер Дориа из Уорвика, штат Массачусетс.

— Да, — сказала Кристина, изумленная его странной настойчивостью.

— Почему вы мне не сказали об этом раньше?

— Я сказала! Я с самого начала говорила, что еду к моему двоюродному брату.

— Да, но вы не уточнили, к кому именно!

— Вы ни за что не желали верить мне и ни о чем не спрашивали, — дрожащим голосом напомнила Кристина.

Ей стало не по себе. Он казался таким … потрясенным. Что такого мог сделать Роджер, если одно упоминание его имени вызывает в этом человеке столь сильное волнение? Роджер чудесный парень, а его жена Сью просто очаровательное существо.

— Насколько я понимаю, вы знаете моего кузена.

На секунду ей показалось, что шахматы сейчас взлетят в воздух, такое напряжение воцарилось в гостиной. Но Джастин вдруг с облегчением рассмеялся:

— Да, я знаю Роджера!

— Вы с ним имели дело? Он причинил вам какие-то неприятности? — со страхом спросила Кристина.

Джастин покачал головой. Никогда раньше Кристина не видела его глаза такими сияющими, а лицо таким просветленным и открытым, как будто маска недоверия и подозрительности слетела с него.

— Нет, я просто симпатизирую Роджеру. Так же как и Сью.

— Вот и прекрасно. — Она пыталась понять, в чем причина такой разительной перемены. И вдруг ее осенило: он получил наконец неопровержимое доказательство того, что она не лжет. — А-а, теперь я понимаю, что вас обрадовало и успокоило.

— Что вы понимаете?

— Теперь вы готовы поверить в правдивость моих объяснений. А я-то думала, что вы храбрый и сердечный, тонко чувствующий человек!

— Да, я сейчас вам верю. Не понимаю, почему вы рассердились. Вы только что дали мне серьезные основания, чтобы верить вам.

— Почему-то мне не потребовалось уймы фактов и подробных доказательств, чтобы поверить вам, мистер Магнуссон. Я почти сразу увидела в вас порядочного человека, на которого можно положиться. А вы до последней минуты и не думали доверять мне, я для вас по-прежнему оставалась неразборчивой в средствах журналисткой, которая пробралась в ваш дом с риском для собственной жизни, чтобы заполучить сенсационный материал. Вы не верили, что я…

— О, да, конечно! Зато мы оба теперь можем успокоиться и радоваться тому, что узнали друг друга. Теперь мне известно, что Роджер — ваш двоюродный брат…

— Я же вам доверяла!.. — твердила обиженным голосом Кристина.

— Не надо больше сердиться, — сказал он умиротворяюще, — может быть, вам просто не пришлось испытать в жизни столько разочарований, как мне.

Но все еще рассерженная Кристина опустила взгляд на шахматную доску и быстро двинула вперед ферзя.

— Шах!

Джастин взглянул на доску и закрыл короля конем.

— Моя жизнь не была сплошным праздником, мистер Магнуссон.

Кристина сделала ход слоном.

— Шах, — повторила она. Он ладьей съел ее слона. Она же теперь играла очертя голову, сама не зная почему. Кристина понимала одно: сидеть с ним рядом и хладнокровно переставлять фигуры, взвешивая каждый ход, ей не по силам Его близость сводила ее с ума. Она начала метаться: то ей хотелось отодвинуться от него как можно дальше, то наоборот, приникнуть к нему, ощутить его сильное, литое тело.

Не отрывая взгляда от доски, она сделала ход пешкой. Джастин решительно двинул своего коня.

— Шах!

Кристина вгляделась в расстановку фигур:

— Да, все правильно, вы выиграли.

— Я не сказал «мат». Я сказал «шах».

— Глупая игра. Я сдаюсь. Джастин взглянул на нее и улыбнулся.

— Сдаетесь?

Кристина огорчилась. Она предвидела его комбинацию, но это не имело никакого значения. Ей не хотелось играть, она была слишком взвинчена. Кристина не могла внимательно следить за передвижением фигур на доске, чувствуя, как смотрит на нее Джастин.