Соловей (ЛП) - Адамс Джослин

— Как дела, босс? — спросил Мэнни. — Эта маленькая красавица уже сбежала?

— Нет, мне нужно, чтобы ты кое-что разузнал для меня. — Мэнни был прежде всего частным детективом, но теперь, когда у них с женой родился ребенок, он предпочитал держаться поближе к дому. Поскольку в Канаде дел было немного, он предложил Мике стать начальником его личной охраны.

— Ты знаешь, что я всегда готов, парень. Что бы тебе ни понадобилось, только скажи.

Мика возвращался по тропинке к задней террасе, было уже около восьми вечера. Он не собирался уходить так надолго, но Мэнни нужно было все тщательно продумать, а это требовало времени, и Мика не хотел снова сталкиваться с Дарси, не получив ответов.

На одном из шезлонгов лежало полотенце, а также блокнот и старый серебряный диктофон. Дарси не было — она была внутри, наверное, злилась, что ее бросили. Ему следовало продолжать идти. Это было неправильно, вторжение в ее личную жизнь, но разве он не поступил еще хуже, отправив частного детектива в ее прошлое? Оглядевшись по сторонам и убедившись, что Дарси не наблюдает за ним из окна, он взял диктофон, нажал кнопку перемотки, чтобы вернуться к началу ее последней записи, затем включил «play».

— Кажется, сегодня я поставила его в неловкое положение. — Ее знойный голос послышался через маленький динамик. — Моя кровь будто спусковой крючок для его ПТСР (посттравматическое расстройство или синдром), но я не могла оставить его одного. Я лишь пыталась помочь, но, возможно, он не хочет этого, как я не хотела, чтобы он помогал мне выбраться из озера сегодня утром. Он все еще не доверяет мне, и это понятно. Не смотря на улыбку проступает человек-загадка временами. Воин, который все еще пытается выжить, видит во мне врага. Это гораздо серьезнее, чем себе представляла, более жестоко по отношению к его телу и психике, чем могу сейчас осознать. Я так сильно хотела получить это интервью, что не подумала о том, чем обернется для него эта история.

Мика нажал на паузу, прижав диктофон к груди. Боже, каким же он был долбаным засранцем. Не выдержав, он снова нажал на кнопку воспроизведения.

— Его так долго нет, что начинаю волноваться. Думаю, он, должно быть, уплыл на своей секретной лодке, а я застряла здесь с чертовым каяком. Что, если он лежит где-нибудь без сознания? Боже, Дарси, возьми себя в руки. Он пережил психов с оружием и жуткие джунгли, полные страшных вещей, которые могут убить в одно мгновение. Его внутренний воин позаботился о нем, и я ему больше не нужна. Пока не знаю, как написать эту историю, но я обещала отвадить от него папарацци, а обещаний я не нарушаю. Ты слышишь это, тупой мозг? Ну вот, теперь я разговариваю сама с собой, вместо того чтобы работать. Видишь, вот почему ты застряла в подвале.

Он рассмеялся, не в силах сдержаться. Это было в духе Дарси. Она не говорила в диктофон ничего такого, чего не сказала бы ему, если бы он остался послушать.

Вместо того чтобы пройти через заднюю дверь и не вызвать подозрения в нарушении личных границ, которое только что совершил, Мика обошел коттедж спереди. Когда он вошел в дом, в нос ударил райский аромат помидоров, лука и специй, а из кухни донеслось пение. Его охватило чувство дома, о котором уже давно не думал. Возможно, дело в длительной экскурсии вокруг озера, которую он совершил перед возвращением, заехав в несколько мест, где не бывал с детства.

Он до сих пор не знал, что сказать о женщине, которая, помешивая, стучала ложкой по сковородке, но она еще ни разу не лгала ему. Мэнни нашел пару статей, а также больничные и заявления в полицию о пожаре в доме ее деда и о собственном несчастном случае. Послушав ее рассказы, он должен был понять, что перед ним — чистая душа, которая никогда не врет. Эмоции выплескивались из нее каждый раз, когда он требовал свою цену, а она, казалось, была способна контролировать их не больше, чем сидеть без дела.

— Что это за божественный запах? — Он изобразил радостную улыбку, чтобы скрыть чувство вины, колотившее его по яйцам.

Ее ответная улыбка была мгновенной и выглядела искренней, без всяких обиняков и с огромным чувством облегчения.

— Ты вернулся. — Вынув ложку со сковороды, она протянула ее ему. — Знаменитый бабушкин соус для спагетти. Я нашла все ингредиенты, так что, надеюсь, ты не против, что устроила хаос на твоей кухне.

— Я же сказала, все, что здесь есть, — твое, и это не шутка. — Во всяком случае, в физически. Он попробовал густой красный соус и застонал, когда специи посыпались в него одна за другой, наконец смешавшись в удивительный вкус. — Ты действительно приготовила это сама? Просто пальчики оближешь. — Он понял, что ждал, когда она заговорит о его эпизоде, но ее это, казалось, совершенно не волновало. Если бы Дарси надавила, они бы уже закончили. Мика почти желал, чтобы она это сделала.

— Я приготовлю пасту, раз уж ты дома — они будут готовы минут через шесть. Может, снова поедим на улице? Сегодня там очень красиво. — Она переоделась в симпатичный голубой сарафан, который он узнал по гардеробу Синтии. Он идеально подходил Дарси, рукава были спущены, обнажая плечи. Юбка спускалась чуть выше колен, показывая рельефные икры девушки.

— Значит, — начала она, опуская взгляд. — Моя история подтвердилась?

Он вздрогнул.

— Почему ты думаешь, что я проверял тебя?

— Если бы СМИ постоянно лезли в мои дела, я бы хотела точно знать, с кем имею дело, особенно по чему важному. Возможно, ты не хотел, чтобы я подслушала твой разговор по спутниковому телефону. Я подумала, что именно поэтому ты так быстро уехал, вероятно, чтобы еще на материке выяснить, честна ли я с тобой или же нет. Кстати, именно по этой причине я не рассказала тебе о своих шрамах, потому что знала, это может выглядеть так, словно использую те немногие общие черты, чтобы сблизиться с тобой. Надеюсь, ты знаешь, что это не так. Я забочусь о тебе — о фонде, то есть, — и сделаю все возможное, чтобы все обратили на него внимание, которого он заслуживает.

— Значит, ты не сердишься, что я попросил Мэнни проверить твою историю? — Нет смысла отрицать это сейчас.

— Лучше ему не копаться в моем нижнем белье. — Она усмехнулась и взяла несколько столовых приборов. — Это слишком личное.

— Принято к сведению. — Он усмехнулся, но тут же стих. — Прости.

— Не говори глупостей; лучше помоги вынести все это на улицу, чтобы я могла накормить тебя настоящем раем в тарелке.

Следующий час они потратили на перенос тарелок и всего остального к столу. Мика позволил последним подозрениям отойти на задний план, наблюдая за тем, как она двигается в этом платье, словно оно заставляло ее чувствовать себя такой же красивой, как она был. Дарси бесконечно болтала на безобидные темы. О книгах, которые хранились в его скромной библиотеке в гостиной. О его фотографии с премьер-министром. О том, каким чудесным был бассейн, когда она купалась в нем ранее. Она была осторожна, но не потому, что знала, как пристально за ней наблюдает Мика, а потому, что выглядела… счастливой. Счастливой от того, что он вернулся целым и невредимым.

Если бы они встретились год назад, до того, как это испытание безвозвратно изменило его, приехала бы она в Колумбию искать его, когда он пропал? Нет, он не мог позволить себе думать об этом.

После того как Мика съел свою порцию спагетти с чесночным хлебом, он взял ее за руку и повел к бассейну, покрутив ее один раз, пока она улыбалась.

— Ты похожа на женщину с фотографии в твоем блоге сегодня. Думаю, дело в платье. Ты перестала одеваться в красивые вещи, надеясь, что мужчины не заметят тебя, и не придется делать выбор, когда они попытаются подойти ближе.

Ее улыбка погасла и убрала свою руку.

— После ухода Дикфейса, я всегда говорила себе, что мне нравится моя удобная и комфортная одежда, но, на самом деле, скучаю по такой красивой одежде вроде этой.

Они долго шли в тишине, сворачивая на тропинку, которая вела по периметру острова. Когда они дошли до коттеджа, солнце начало садится за горизонт, и Мика поддался потребности разрушить барьер, который он каким-то образом снова поставил между ними.