Дело очаровательной попрошайки - Эрл Гарднер

– А теперь приготовьтесь к удару, – сказал Мейсон, понизив голос. – Они хотят, чтобы вы опознали тело вашего дяди: вы опознаете его, и только. И на этом точка. Никаких заявлений или ответов на вопросы. Вы поняли?

Она снова кивнула, губы у нее подрагивали.

– Это будет крайне тяжело, и я понимаю, что за последние сутки у вас было множество всяких переживаний. Но все равно вам необходимо взять себя в руки и сделать то, что от вас требуется.

– Все, лейтенант, поехали.

Три машины цугом направились к мотелю.

У «Северных огней» уже ждал фургон, приехавший за телом.

Лейтенант Трэгг подошел к носилкам, схватил за уголок простыню, которой они были полностью закрыты, и чуть приподнял ее.

– Подойдите сюда, мисс Шелби.

Она подошла к офицеру. Мейсон стоял рядом, поддерживая ее за локоть.

Трэгг откинул простыню.

Неожиданно Мейсон почувствовал, как Дафния замерла. Она вцепилась в руку адвоката, потом как-то странно охнула.

Мейсон похлопал ее по плечу.

– Это же не дядя Горас! – выдохнула она. – Это Ральф Экветер.

Лейтенант Трэгг был озадачен:

– А кто такой Ральф Экветер?

Окаменевшие губы Дафнии дважды пытались выговорить какие-то слова, прежде чем она все же произнесла:

– Приятель дяди Бордена.

– А кто такой дядя Борден?

– Сводный брат Гораса Шелби.

Мейсон сказал:

– На эти два вопроса, лейтенант, ответ вам придется искать самому.

Женщина, опознавшая Дафнию Шелби, подошла к офицерам.

– Хотите взглянуть? – спросил ее Трэгг.

Та кивнула.

Трэгг снова сдернул простыню.

– Этот человек не похож на того, который должен был жить в двадцать первом номере. По-моему, он три часа назад занял двадцатый номер.

– Как он сюда попал? – спросил Трэгг.

– У него собственная машина с массачусетским номером. С ним, кажется, была еще женщина. Сейчас принесу регистрационную карточку.

– Пойдемте вместе.

Они прошли с ней в контору и через минуту возвратились с регистрационным листком.

– Ну а где же его машина? Куда она девалась? Ее здесь нет.

Наступило недолгое молчание, после чего Трэгг предложил:

– Давайте взглянем на двадцатый номер, авось что-то узнаем. – Он повернулся к Мейсону: – Поскольку вы мне ничем не можете помочь на данной стадии расследования, вы и ваша клиентка можете быть свободными, но я хочу, чтобы вы находились поблизости, так чтобы при первой необходимости я мог вас отыскать.

Мейсон сказал:

– Извините меня, Дафния, это займет всего пару минут…

Мейсон отозвал в сторону Пола Дрейка и тихо заговорил:

– Пол, Горас Шелби был в этом домике, а сейчас его здесь нет. Либо он сам удрал, либо его увезли. В последнем случае дело плохо. Я должен быть уверен, что он может действовать без посторонней помощи.

Дрейк кивнул.

– Отправь своих парней проверить все агентства такси.

Снова кивок.

– Самое ужасное будет, если полиции удастся внушить хозяйке мотеля мысль, что Ральф Экветер – тот человек, которого Дафния привезла в мотель. Дафнию она видела, опознала ее и даже записала номер ее машины. Постарайся переговорить с ней раньше полиции. Важно, чтобы она заявила, что не может узнать ту женщину, с которой Экветер приехал в машине в этот мотель. Я ведь знаю, как легко подобные свидетельницы поддаются внушению. Стоит Трэггу с ней «потолковать», как она начнет во всем сомневаться, а дальше, чем больше она станет об этом думать, тем сильнее ей будет казаться, что в машине Экветера сидела Дафния. Мы с тобой прекрасно знаем, что личное опознание – самая ненадежная улика, особенно если человека видели лишь мельком, а потом предъявляют фотографии.

– Конечно, мы все это прекрасно знаем, – согласился Дрейк, – и поэтому я постараюсь сделать все, что в моих силах. Что еще?

– Пока все. Организуй своих людей. Воспользуйся телефоном в машине и поторапливайся. Сейчас лейтенант Трэгг занят номером двадцать, так что ему не до хозяйки.

– Бегу. С чего начать?

– С разговора с хозяйкой. Сейчас это самое важное. Возможно, Трэгг в номере двадцать задержится на какое-то время.

Глава 12

Мейсон обнял Дафнию Шелби за плечи и довел до машины. Сквозь пальто он чувствовал, что она дрожит как осиновый листок.

– Спокойнее, Дафния, спокойнее! По-видимому, нам приходится бороться против какого-то сложного и запутанного заговора. Этого человека нашли в двадцать первом номере. Вы ведь его сняли для дяди?

– Этот самый, двадцать первый.

Мейсон усадил Дафнию на заднее сиденье, вытеснив Деллу Стрит в другой угол, и продолжал:

– Вы ходили в китайский ресторан и брали там кушанья навынос?

– Да.

– Кто вас обслуживал?

– Понятия не имею. Какая-то девушка.

– Не китаянка?

– Нет. Повар был китаец.

– Как вы попали в этот ресторан?

Дафния ткнула пальцем:

– Их реклама видна отсюда.

Мейсон взглянул в ту сторону: высоко в небе горели зеленые буквы: «Китайская кухня. Отпуск обедов на дом».

– Когда лейтенант Трэгг спросил вас о снотворных таблетках, вы стали открывать сумочку?

Дафния кивнула.

– Они и правда у вас есть?

– Нет, просто он протянул руку и так спросил, что я машинально полезла в сумочку: на какое-то мгновение я позабыла, что оставила их дяде Горасу.

– Так и не вспоминайте дальше про эту подробность и не отвечайте ни на какие вопросы относительно снотворного. Дальше. Экветер прибыл в этот мотель в середине дня. Выходит, они знали, куда вы поместили своего дядюшку, и просто выбирали наиболее подходящее время, чтобы добраться до него.

– Почему же они не вызвали полицию и не вернули его в санаторий? – возразила Дафния. – Ведь именно этого мы с ним больше всего боялись.

– Скорее всего, они опасались, что назначенный судом врач сразу же обследует его, а им надо было предварительно «обработать» его, а потом уж допускать к нему доктора Олма.

– Так вы полагаете, что они увезли дядю Гораса с собой?

– Вполне вероятно.

– Что будет теперь?

– Они станут пичкать его наркотиками и всячески терроризировать. А когда он будет доведен практически до невменяемого состояния, вернут в санаторий и известят доктора Олма.

– Неужели этому никак нельзя помешать? И мы совершенно бессильны? Надо постараться отыскать дядю Гораса.

– Я еще ничего не знаю… Есть две возможности…

– Какие?

– Во-первых, ваш дядя Горас мог уехать отсюда с Борденом Финчли. Но я почему-то не верю в такую возможность.

– Что же тогда еще?

– Он уехал отсюда по собственному желанию.

– Но почему? Зачем ему это понадобилось?

Мейсон посмотрел ей прямо в глаза:

– Потому что он убил Ральфа Экветера.

– Боже мой, дядя Горас не стал бы… – Она замолчала.

– Вот именно. Вы не можете знать всех подробностей ни его жизни дома в ваше отсутствие, ни его пребывания в этом санатории. Вы не знаете, что с его психикой. Вы дали ему снотворное. Допустим, Экветер занял соседний номер и, как только вы уехали из мотеля, явился к вашему дяде и стал предъявлять различные требования. Учтите, что в действительности Экветер вовсе не приятель Бордена Финчли. У него свой интерес – получить деньги, а они могли прийти к нему только от Гораса Шелби.

Предположим, Экветер потребовал от вашего дяди сто двадцать пять тысяч в обмен на помощь. Допустим далее, что Экветер сказал, что он ничего не ел, и принялся поглощать остатки кушаний в картонках. Горасу страшно хотелось отделаться от этого человека, и он подмешал снотворное в острые китайские блюда. Растереть таблетки в порошок – одна минута! Возможно, первоначально он намеревался усыпить Экветера и удрать. Но, увидев, что один из его врагов лежит перед ним совершенно беспомощный, он решил отомстить хотя бы ему за все свои страдания.

Дафния покачала головой:

– Только не дядя Горас! Он не способен на такие вещи. Он и мухи не обидит.

– В таком случае, если Горас Шелби ни при чем, остается всего один подозреваемый.

– Кто?

– Вы!

– Я?

Мейсон кивнул.

Она решительно затрясла головой:

– Нет, дядя Борден мог бы так поступить, но ни я, ни дядя Горас не способны на такие кошмарные вещи.

– Вашего дядюшку Бордена мы не оставим без внимания, – серьезно сказал Мейсон. – Мы его непременно проверим.

– Когда?

– Немедленно, – сказал Мейсон, включая мотор.

– А что мне делать? – спросила Дафния.

– Вы поедете в свой отель и останетесь там. Если вы снова начнете проявлять активность и куда-нибудь удирать, вас обвинят в непреднамеренном убийстве.

– Ральфа Экветера?

– Да.

– Но чего ради я стала бы его убивать?

– Я могу привести с полдесятка причин… Хотя бы потому, что он генератор заговора против вашего дяди. Именно он оказывал давление на Финчли. Ну а если я придумал одну причину – полиция изобретет десяток. Вы еще не выбрались из трясины, моя милая. Вы под подозрением, можете в этом не сомневаться. Существуют люди, которые полагают, что под покровом ангельской невинности скрывается расчетливая интриганка, пытающаяся любой ценой обеспечить свое будущее.