Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

– Вообще-то, меня это не касается. – Прошептала она.

А вот и подходящая мишень – стеклянная бутылка из-под пива, оставленная кем-то на мусорном контейнере в проулке, разделяющем здание банка и следующее здание с офисами. К битому стеклу на улицах давно все привыкли, а пуля улетит в проулок и там наверняка застрянет в стене, так что, риск минимальный. К тому же, в такую рань в узком проулке точно никого не будет, да и прохожих еще почти нет. Можно стрелять.

И она выстрелила, точно прицелившись в середину стеклянной бутылки. Послышался негромкий щелчок и такой же негромкий свистящий звук, а меньше чем через секунду бутылка на мусорном баке взорвалась тысячью зеленых осколков. Никто не видел неожиданной смерти стеклянной беспризорницы – Фатима тщательно осмотрела улицу, прежде чем выстрелить, обычные прохожие так никогда и не узнают, что это не хулиганы и не алкаши разбили стекло прямо на тротуаре, и уж конечно, никто из обывателей не свяжет битое стекло со смертью влиятельного банкира.

– Отлично! – воскликнула Фатима, убедившись в точности своего оружия, – просто отлично! В яблочко!

Теперь, когда все проверенно, а место выбрано, она могла немного перевести дух, ведь до приезда банкира на работу еще куча времени, а небо над головой такое красивое! Она снова взглянула в прицел: часы на зеленом здании банка показывали 7.25.

Фатима отошла от парапета и отряхнула пыльную штанину, морщась от неприятных ощущений в колене, которым упиралась для устойчивости, все-таки заграждение было холодным и твердым, а она надела тонкие штаны. Зато в них удобно, а в ее деле главное – личный комфорт во всем, иначе ничего не получится. Вот, например, как бы она могла так проворно карабкаться по лестнице на крышу, если бы одежда стесняла движения и мешала? Ответ: она бы потеряла время, а время – самое ценное, что у нее есть. Так что, придется потерпеть маленькие неудобства, без них не обходится ни одно дело, так уж устроена жизнь. Надо просто научиться не обращать внимания на незначительное и концентрировать его на главном, тогда успех обеспечен – так она думала всегда, и до сих пор это убеждение ее не подводило.

Пометив место для стрельбы плевком, Фатима направилась туда, где лежал кейс. Там она присела на корточки, положив винтовку себе на колени, и стала ждать. Погода как будто была с ней заодно: никакого ветра, никакого снега, тихо и не очень холодно. Единственный минус – это солнце, она любила солнечную погоду, но хорошо знала, что для стрелка такая погода всегда очень не к стати – солнечный блик на прицеле был виден очень хорошо и с очень далекого расстояния, и если не соблюдать максимальную осторожность, можно сорвать заказ, а то и лишиться жизни. Она знала это по собственному опыту, когда в самом начале своей карьеры едва не попалась из-за такого вот солнечного зайчика, только поймала она тогда его не прицелом, а биноклем – винтовки в те дни у нее еще не было.

А вот изготовители снайперских винтовок, видимо, знали это всегда, потому что на прицеле ее «подруги» стояли две резиновые заглушки, не позволяя солнцу выдать местоположение ее хозяина, и, сидя за широкой каменной трубой для отвода дыма, Фатима надела эти заглушки на оба конца прицела. Времени еще достаточно, а солнце поднимается все выше и выше, так что ни к чему лишний раз рисковать, тем более что она не новичок и прекрасно умеет рассчитывать свои действия.

Она сидела на корточках, облокотившись спиной о каменную трубу, и вдыхала полной грудью свежий прохладный воздух, еще не загазованный и не пыльный. Хотя на такой высоте, подумала она, пыли, наверное, и не бывает практически. Фатима откинула голову и уставилась в нежно-голубое небо, кое-где украшенное маленькими розовыми облачками. Они почти не двигались, такая тихая стояла погода, только легкий ветерок лениво играл прядями ее парика.

Интересно, а есть ли где-то люди, делающие то же самое в этот момент? Мир такой огромный и такой непонятный, неужели в нем есть что-то в единственном экземпляре, что-то, что принадлежит только одной секунде и никогда не повторяется? Ответа на этот вопрос она не знала, но глядя в бесконечное голубое небо, Фатима вдруг почувствовала такую легкость и такое умиротворение, что, не смотря на дело, которое ей предстояло совершить, откинула голову и тихонько засмеялась. Этот момент уж точно принадлежал только ей одной, и она не собиралась быстро отпускать его. В ее жизни почти не было счастливых минут, вот почему она так ценила те редкие моменты, когда ей казалось, что и она может быть счастлива, как и все нормальные люди. В такие мгновения она понимала, что возможно избрала не тот путь, если она вообще что-то выбирала в этой жизни, кроме как что съесть на завтрак и во что одеться сегодня.

Может, всё изменится, думала она, глядя широко раскрытыми глазами в бесстрастное синее небо, может, я еще найду свою дорогу к счастью и покою? Но вся беда была в том, что она не знала, что такое счастье, не знала, чего хочет от жизни и как этого достичь. С 17 лет ей было не к чему стремиться, не о чем мечтать, кроме одного: отомстить. И она отомстила, даже не подозревая, что это была ее последняя мечта.

Каждый день она просыпалась и понимала, что внутри у нее пустота, заполнить которую не могут ни деньги, ни успех и слава в криминальных кругах, ни путешествия. Работа помогала ей отвлечься и не чувствовать эту свистящую пустоту в сердце, причину которой она не знала. И каждый раз, рискуя жизнью и получая очередную порцию адреналина, Фатима на миг забывала обо всем, кроме желания выжить и не ударить в грязь лицом. Она много работала, берясь за самые опасные дела не из-за денег, нет, их ей уже давно некуда было девать. Просто так у нее не оставалось времени на себя, а больше всего она боялась остаться наедине с собой и той черной пустотой, живущей в ее душе.

Кто я, спрашивала она себя иногда, но не находила ответа. Зачем я живу? И снова нет ответа. Куда я иду? А в ответ – тишина. И тогда она начинала слышать свою пустоту, она свистела и стонала, словно заточенная в ней душа не могла переносить пытки этой жизни. Жизни, в которой нет ничего, кроме смерти и постоянных переездов, а так же страха, что тебя вычислят и убьют либо конкуренты, либо спецслужбы.