Я беду от тебя отведу - Ульяна Динова

Она кинула в меня мой рюкзак, я едва успела поймать его.

Не говоря ни слова, я поспешно вышла из квартиры вместе со старушкой и её сопровождающими, и мы все вместе, также молча, спустились на лифте вниз. Я бросила взгляд на старушку. Она чем-то смахивала на мисс Марпл из детективов Агаты Кристи. Возможно, своим чопорным одеянием в стиле 20-х годов. Её совершенно не злое лицо выражало праведный гнев в высшей степени.

Едва оказавшись на улице, я рванула со всех ног куда подальше от этих странных людей, передающих меня друг другу, словно вещь, и решающих мою судьбу. Они мне что-то кричали вслед, но я быстро нырнула в ближайший подъезд, выбежала с чёрного хода и, смешавшись с другими людьми, растворилась в вечернем городе. Я пробежала ещё несколько улиц, прежде чем окончательно убедилась, что погони за мной нет, и перешла на быстрый шаг, чтобы отдышаться. Я не знала, где нахожусь, и шла в неизвестном направлении, но испытывала огромное облегчение, будто мне только что чудом удалось избежать смертной казни.

Я пряталась за угол, едва завидев милицейскую машину, и выбирала наиболее безлюдные улочки для своих перемещений. Мне казалось, что все жители этого города, словно сговорившись, следят за мной с одной целью — причинить мне зло. Я долго бесцельно бродила по улицам, а потом решилась спуститься в метро. Денег на проезд у меня не было, но понаблюдав за пассажирами, я увидела, что некоторые из них проходят через турникеты бесплатно — по двое, а то и по трое человек. Выбрав самую худенькую девчушку, я пристроилась позади неё; вахтёрша в кабинке заметив это запоздало засвистела в свисток. Я успела сбежать по лестнице и прыгнуть в стоящий поезд, когда он уже начал закрывать двери.

Доехав до конечной станции, я поднялась на улицу и побрела куда глаза глядят. Впервые в жизни я ночевала под открытым небом. Зато теперь я имею полное представление о том, что чувствуют бездомные собаки, оставшись без крова и еды. Мои блуждания привели меня к мосту на набережную Москвы-реки. Спустившись под мост, я забилась в какую-то вонючую нишу и, откинувшись спиной на рюкзак, в полном изнеможении закрыла глаза. Голова кружилась от голода и ведьминского зелья. Татуировка на груди горела адским огнём. Я не могла уснуть. Тяжёлые мысли вперемешку с бредом мучили меня до самого утра. Открыв посреди ночи глаза, я наблюдала страшные вещи, и снова закрывала их, чтобы не видеть этого кошмара.

Похожие на зомби, люди с тёмными пустыми глазницами ходили по берегу или сидели вокруг костров, раскачиваясь из стороны в сторону, словно в каком-то безумном трансе. Господи! Дожить бы до утра!

Я твёрдо решила уехать обратно в Велиж и больше никогда не возвращаться в этот Город Проклятых! Только вот где взять денег на обратный билет?

Глава вторая МИСС МАГДА

Я уныло брела по улице, двигаясь в людском потоке, покинув на рассвете своё неуютное убежище под мостом. Мои глаза вновь «заработали». Это, к радости своей, я обнаружила, когда поднявшееся утреннее солнце осветило берег, по которому я шла: посмотрев на солнце, я привычно не ощутила никакого напряжения и боли в глазах.

Оказалось, что вчера с перепугу я довольно далеко переместилась на окраину, забредя в какую-то промышленную зону. «Зайцем» я добиралась на автобусе до тех пор, пока зашедшие контролёры не высадили меня. Вернувшись к полудню в центр, я сразу принялась искать ломбард, чтобы заложить бабушкины часы с тонким золотым браслетом — единственную ценность, которая у меня ещё оставалась. Люди спешили по своим делам — кто на работу, кто ещё куда-то. Меня перестало шокировать их большое количество, особенно после ночёвки под мостом и всего того, что мне пришлось пережить вчера. Пройдя по подземному переходу, я вышла на оживлённую площадь и побрела вдоль домов. На противоположной стороне дороги я наконец-то увидела искомую надпись «ЛОМБАРД». Я уже собиралась перейти улицу и стояла в ожидании, когда загорится зелёный свет на светофоре, как услышала сильный визг тормозов: одна из проезжавших машин резко затормозила, сдала задним ходом и, наехав на пешеходный переход, остановилась прямо передо мной. В автомобиле открылось окно, и в нём показалась уже знакомая вчерашняя старушка. Моё сердце тревожно забилось. Я тут же повернулась и пошла прочь. Машина последовала за мной. Я ускорила шаг, в любую секунду готовая пуститься наутёк. Машина не отставала и продолжала ехать рядом с тротуаром, но у меня уже не было сил на новое бегство. Я не знала, куда мне бежать.

— Нам надо поговорить, мы не хотим причинять тебе зла, просто выслушай, прошу, а потом пойдёшь, куда тебе вздумается, — сказала старушка обиженным детским голосом.

Я остановилась, машина тоже. Женщина высунула голову в открытое окно, придерживая рукой шляпку от ветра.

— Где ты скрывалась? Мы всю ночь искали тебя, — спросила она.

— Зачем… — устало промямлила я, смотря в одну точку остановившимся взглядом.

— Ты голодна? — поинтересовалась старушка вместо ответа. — Ну конечно! Что же я спрашиваю! Бедняжка…

Я хотела быть гордой и соврать, но всего лишь тихонько кивнула. Этому страшному Городу с его безжалостными, коварными обитателями почти удалось сломать меня…

Она повертела головой по сторонам, что-то ища глазами.

— Пойдём вон туда, посидим, поговорим, — предложила она, кивнув на небольшую закусочную неподалёку.

В ту же секунду водитель с готовностью вышел из машины. Я сделала шаг назад, собираясь дать дёру, но он успокаивающе улыбнулся мне, взяв под козырёк, и открыл дверь перед старой дамой. Её пёсик первым выпрыгнул на асфальт, отряхнулся, и подбежав ко мне, встал на меня передними лапками, с любопытством обнюхивая.

— Чарли, подожди меня в машине, я ненадолго покину тебя, — сказала ему старушка. — Аврил, дорогой мой друг, развлеки его, пожалуйста, чтобы он не скучал, — попросила она шофёра.

— Есть, мэм, — невозмутимо улыбаясь, ответил тот, галантно подавая ей руку и помогая выйти из машины.

В кафе от запахов горячей еды у меня моментально закружилась голова. Мы сели за самый уединённый столик в углу. К нам тут же подошла приветливая официантка, чтобы принять заказ.

Я с жадностью набросилась на еду. Со вчерашнего утра у меня во рту не было маковой росинки.

Старушка с интересом наблюдала за тем, как я поглощаю яичницу с булочками, и молчала, не мешая мне утолять голод.

— Хороший у тебя аппетит, — заметила она.

— Извините… — я чуть не подавилась. Дикий голодный зверёк уже покинул меня, и вернулись нормальные человеческие чувства вроде стыда и стеснительности.

— Да нет, не стесняйся, я просто так тебе позавидовала. В иной день я и чайной ложки съесть не могу. Молодость! — Она с грустью посмотрела на свой нетронутый чай и внезапно спросила резким тоном: — Как тебя угораздило?

— Угораздило — что? — не поняла я.

— Всего лишь один день в Вавилоне, а уже якшаешься с Тёмными? Ну и как тебе? Понравилось?

— В каком ещё Вавилоне? О чём вы говорите? И кто это — Тёмные? Не понимаю… — но тут я вспомнила слова девушки Киры о том, что они какие-то «тёмные», и я якобы тоже.

— Лаура, та женщина, которая вызволила тебя из тюрьмы, — она главная у Тёмных. И Кира, и все остальные, — они навьи — прислужницы Мага Тьмы, без морали и совести поправшего все законы — человеческие и магические.

Я не знала, что сказать на такое заявление. Возможно, те две девушки в огромной квартире на улице Фадеева и эта старушка в придачу — все вместе взятые, слегка «не в себе», хотя… Я невольно поёжилась, вспомнив страшный ночной обряд и невидимую руку в темноте, начертавшую у меня на теле странное изображение, а ещё этот шевелящийся клубок змей в груди у Лауры… Неужели мне всё это привиделось? Но тогда как быть с татуировкой? Боль от неё немного притупилась, но всё ещё давала о себе знать, особенно когда одежда случайно соприкасалась к ней.

Старушка опасливо посмотрела по сторонам и вдруг, наклонившись ко мне, раздвинула рубашку на моей груди. Она тут же отпрянула назад, издав сдавленный вскрик возмущения. В её голосе слышались гневные нотки.

— Так вот, значит, как они вербуют к себе наивных ведьмочек! Теперь мне всё понятно!

— Простите… Вы меня, что ли, имеете в виду? — спросила я, застёгивая блузку на все пуговицы.

— А кого же ещё? Они тебе хоть что-нибудь потрудились объяснить?

— Нет. Надо было расспросить в подробностях? Если хотите знать, я вообще понятия не имела, что меня куда-то вербуют!

— Тогда вот что я скажу тебе, дорогая. Этот их противоестественный, мерзопакостный обряд не может считаться признанным действительным. Устав для Тёмных и Светлых — один: честный поединок в борьбе за каждую привлечённую Душу. Тебе должны были предоставить выбор. И это решение должно было быть исключительно твоим. Скорее всего, тебя напоили сонным напитком и склонили к ритуалу, воспользовавшись твоим беспомощным состоянием, поскольку ты утеряла контроль над собой. Ведь так всё и было, верно?