Диана и Чарльз. Одинокая принцесса любит принца… - Софья Бенуа

– Я ненавижу тишину этого дома!

А телохранитель Кен Уорф дал понять, что за простыми словами принцессы скрыта горечь тягостного одиночества:

– Люди наивно полагают, что жизнь в Кенсингтонском дворце бьет ключом: повсюду прислуга и придворные шуты. Но в половине шестого камердинер и горничная уходят домой, и дворец превращается в самое одинокое место на свете.

Зато Чарльз, как свидетельствует прислуга, не унывал. Как только состоялся разъезд и раздел вещей, принц в буквальном смысле ожил. В воспоминаниях Венди Берри мы читаем: «По указанию принца личный телефон Дианы был отключен, так что в доме почти не осталось свидетельств пребывания здесь принцессы Уэльской. Избавившись от воспоминаний о ней, Чарльз стал приглашать на выходные близких друзей. Большие ленчи на четырнадцать и более персон чередовались с визитами советников принца, таких, как Джонатан Поррит, профессор Норман Майерс и сэр Лоуренс Ван дер Пост. Среди приглашенных не было Камиллы Паркер-Боулз, и никто не мог сказать, встречается с ней принц или нет. Мы были убеждены, что Чарльз не прервал отношений с ней, и гадали, что же происходит. Я подозревала, что они по-прежнему регулярно беседовали при помощи специальных телефонов, – например, долгими воскресными вечерами, когда Чарльз на несколько часов скрывался в своей библиотеке».

В довершении всего принцесса потеряла поддержку семьи, поссорившись со своим братом Чарльзом Спенсером. Немного позже, осенью 1993 года Чарльз нанесет сестре ощутимый удар, когда потребует вернуть фамильную диадему Спенсеров, которая была на Диане в день свадьбы. Принцесса очень любила это украшение и часто надевала на официальные приемы в Букингемском дворце, на открытие ежегодных сессий парламента, а также на дипломатические рауты, – именно такие моменты и запечатлены на многих фотографиях. Чарльз напомнил, что диадема была завещана ему в 1970-х годах седьмым графом и он передал ее сестре лишь на время; а теперь диадему будет носить его супруга Виктория. Диана была уязвлена и оскорблена, но передала любимое украшение своему брату, от которого окончательно отвернулась.

Развод Дианы и Чарльза обсуждался на страницах всех газет

И пока одни, как подруга Симона Симмонс, считали, что «Диана производила гнетущее впечатление. Она чувствовала себя отвергнутой, брошенной и полностью разрушенной», другие, как журналист Daily Mail Ричард Кэй, уверяли: «Официальное расставание с супругом превратилось для Дианы в катализатор, который поспособствовал ее преображению из отчаявшейся принцессы в уверенную леди нового поколения».

В ноябре 1995 года принцесса согласилась выступить с откровенным интервью в передаче «Панорама». Ее телевизионные откровения стали последней каплей, переполнившей чашу терпения самой королевы. Елизавета была оскорблена дерзостью невестки и 12 декабря сообщила премьер-министру Джону Мейджору, что брак ее старшего сына «в интересах страны… необходимо расторгнуть как можно скорее».

18 декабря 1995 года специальный курьер доставил принцессе Уэльской личное послание королевы.

15 февраля 1996 года Диану пригласили на аудиенцию в Букингемский дворец. Совершенно неожиданно принцесса заявила королеве:

– Я не хочу развода. Я все еще люблю Чарльза. Не все плохое, что случилось между нами, произошло исключительно по моей вине.

Но Елизавета II уже приняла решение и потому была непреклонна:

– Сложившаяся ситуация не принесет добра никому – ни стране, ни семье, ни детям. Будет лучше, если вы разведетесь.

28 февраля Диана встретилась в Сент-Джеймсском дворце с Чарльзом, чтобы сказать ему утешительную фразу:

– Что бы ни случилось дальше, я всегда буду любить тебя.

Однако супруги обсуждали не любовные отношения прошлых лет, а будущее, в котором они будут жить по разные стороны. Однако хитрость принцессы сработала: после встречи она сделала официальное заявление, в котором указала, что не возражает против развода, сохраняет за собой титул принцессы Уэльской, помещения в Кенсингтонском дворце и офис в Сент-Джеймсском дворце, а также право принимать участие в любых вопросах, связанных с ее детьми.

Еще три последующих месяца газеты мусолили почти неразрешимую проблему: «Необходимо ли Диане сохранять титул?».

Наконец 13 июля было составлено соглашение о разводе, в котором удовлетворялись все требования леди Ди. Диана сохраняла за собой титул принцессы Уэльской до конца своих дней или до тех пор, пока не выйдет второй раз замуж; апартаменты в Кенсингтонском дворце и получала единовременно 17 миллионов фунтов; еще 400 тысяч ежегодно шло на содержание ее штата и офиса.

Стоит добавить, что немногим ранее, в 1995 году, любовница принца Чарльза Камилла и ее муж Эндрю Паркер-Боулз развелись. Эндрю повторно женился спустя год – на Вирджинии Питман. Так что можно сказать, что получение официального развода для наследного принца британского трона становилось делом необходимым.

Но даже в день официального объявления развода – 28 августа – принцесса сказала личному секретарю королевы Роберту Феллоузу:

– Сегодня в моей жизни начинается новая глава. Но помни, Роберт, я все еще люблю Чарльза. И буду любить его всегда.

Глава 18. «Королева сердец» – жертвам военных конфликтов

Удивительное дело: неуверенная, закомплексованная и несчастная в личной жизни Диана была одной из самых популярных в мире женщин своего времени. Она считалась самым популярным членом королевской семьи, ее называли «королевой сердец» или «дамой червей» (англ. Queen of Hearts). И любовь простых людей, сочувствующих ей, с годами только возросла.

Вспоминают такой момент. Когда в мае 1994 года Диана вместе с Люсией Флеха де Лимой и Хайат Паламбо отправилась на уикенд в Париж, после обеда в роскошном ресторане «Даллой» на рю Фобур-Сент-Оноре подруги случайно оказались в церкви Святой Риты. Неожиданно произошло нечто невероятное: прихожане узнали Диану, и мгновенно плотной стеной окружили молодую женщину.

– Мадам, мадам, мы с вами, мы все вас поддерживаем!

Так француженки выказали одинокой принцессе свое сочувствие и любовь. Надо ли говорить, как эти слова подействовали на Диану, нуждающуюся в словах одобрения буквально постоянно, не говоря уже о том сложном для нее периоде. Ее подруга Хайат Паламбо делилась своими впечатлениями:

– Диана засияла в окружении пожилых женщин. На ней был обычный брючный костюм и скромные украшения. Я впервые стала свидетелем этой трогательной, ни с чем не сравнимой любви, которую к ней питали обычные люди. Женщины пытались дотронуться до нее, словно перед ними была сама Дева Мария. При этом Диана держалась очень естественно, она жала им руки, смотрела в глаза, пыталась что-то отвечать на французском языке.