Зарубежная мифология - Джоди Най

– Так ты, значит, как сэр Артур Конан-Дойль, а? Ищешь эльфов и фей, и все такое? – иронически вскинул брови Мэттью.

– Ну, отчасти. Но не совсем. Он верил в это всем сердцем. Я тоже; но мне хотелось, чтобы и моя голова в это поверила.

– А-а! – кивнул Мартин с умным видом. Они с Мэттью перемигнулись. – Ну ладно. Тогда мы тебе потом кое-что покажем, ладно?

– Так ты веришь в незримое, Кейт? – негромко спросила Нарит. До сих пор она все сидела молча, а потому теперь Кейт обернулся к ней, всем своим видом показывая, что слушает очень внимательно. – А моя семья верит в карму. Сама я работаю с картами Таро. Для меня это очень серьезно. В истории моего народа использовались немного другие символы, но они тоже имеют свои соответствия. Хочешь, я тебе погадаю?

Девушка полезла в сумочку и достала оттуда завернутый в шелк сверток длиной в ее ладонь и шириной в пол-ладони.

– Ну, давай. Почему бы и нет? – Кейт немного растерялся. – Спасибо. Мне действительно интересно, что выйдет. А как это делается?

– Я тасую карты, – начала Нарит, размотав шелк и выровняв колоду. На рубашках карт был простой двуцветный узор, зато лицевые стороны были яркие, с экзотическими рисунками – Кейт успел мельком подсмотреть, пока Нарит тасовала карты. Она разделила их на две стопки и снова перетасовала каждую точными, выверенными движениями.

– Снимай.

Кейт двумя пальцами отделил примерно треть колоды и передал Нарит. Она взяла оставшиеся карты и положила на меньшую стопку.

– Последняя карта той части колоды, которую ты взял, – это Шут, карта, которая обозначает тебя в этом гадании.

Она вытащила карту с низа получившейся стопки. На карте был изображен юноша с котомкой, бредущий по извилистой тропке в сопровождении собаки.

– Дурак, иначе Шут. Раздался хохот.

– Удачный выбор, Кейт, прямо в яблочко! – хмыкнул Чарльз.

– Он символизирует потенциал, скорее суть, нежели форму.

Нарит разложила карты на четыре стопки, а последние четыре карты отложила в сторону.

– Как интересно... В твоем гадании – несколько карт из Старшей Арканы. Это означает, что твое нынешнее положение определяется не тобой самим, что ты скорее подчиняешься обстоятельствам, чем управляешь ими. Это правда?

– Не знаю... А каким обстоятельствам-то?

– Ну, поскольку ты не задавал никаких конкретных вопросов, это, как правило, означает твой жизненный путь в целом. Многое из того, что встречается тебе на пути как бы случайно, на самом деле определяется кармой. Но бояться тут нечего. Это означает, что твоей жизнью управляют могущественные силы. Обычной ее не назовешь.

Кейт покосился на Холла – у эльфа глаза вылезли на лоб. Прочие ухмылялись.

– Понятно. А дальше?

Девушка осторожно принялась переворачивать карты одну за другой.

– Вот, в твоем возможном будущем – Звезда. Но что это значит – то ли тебе кто-то поможет, то ли сам ты поможешь другим, – пока неясно. О-о! – озабоченно сказала Нарит, открыв карту, лежавшую справа. На карте была изображена зубчатая башенка, в которую бьет молния. Кейт вопросительно вскинул брови.

– Это Башня. Она сулит внезапный конец пути и новое начало. Это может означать и смерть, но совсем не обязательно. Твой итог – тройка Чаш, что означает исполнение и празднование, так что сомнительно, чтобы Башня в данном случае предсказывала именно смерть.

– А что тогда означает Смерть? – Кейт ткнул пальцем в следующую карту, на которой был изображен скелет в плаще, с косой.

– Перемены, – не задумываясь ответила Нарит. – Зачастую к хорошему. Смерть – вовсе не угроза, если задуматься о недостатках вечной жизни.

– Ну, а я бы вовсе не отказался жить вечно, – заметил Чарльз. – А кто бы отказался?

– Только если обеспечить себя запчастями, – возразил Кейт и принялся загибать пальцы: – Зубы, волосы, глаза, суставы...

– Да ты никак и впрямь во все это веришь? – возмутился наконец Мартин, поняв, что Кейт принимает гадание всерьез.

– Карма влияет на твою жизнь, не важно, веришь ты в это или не веришь, – невозмутимо ответила Нарит. – Может быть, ты тоже хочешь знать свое будущее?

– Ну уж нет!

– Я хочу! – вызвался Холл.

– Если у тебя есть какой-то вопрос, задай его мысленно.

Нарит собрала карты и снова принялась их привычно тасовать. Холл хотел было взять половину колоды, но обнаружил, что пальцы сами собой берут только тоненькую стопку. Нет, в этих картах решительно что-то есть. Сами они не зачарованы – такое впечатление, что они, скорее, являются проводником какой-то силы. Молодой эльф подался вперед, сгорая от любопытства.

– Отшельник. Ты – ищущий, подобно Диогену, – сказала Нарит, и Холлу показалось, будто ее голос исходит откуда-то издалека. – Отшельник одинок во всем – в своих поступках, в мыслях, в душе. Это какая-то слишком стариковская карта для ребенка...

На последнее замечание Холл внимания не обратил.

– А что значат остальные?

Нарит перевернула их лицом кверху и принялась рассказывать. Вначале она указала на изображение веселого толстяка, окруженного кубками:

– В конце ты придешь к девятке Чаш. Иначе ее еще называют картой желаний. В конце концов ты получишь все, в чем нуждаешься. Но на пути тебя ждет множество препятствий, и все их надо преодолеть, прежде чем обретешь искомое. К тому же нельзя сказать, что все именно так и получится. Карты ничего не гарантируют. Они всего лишь указывают направление. У тебя в гадании несколько Жезлов, обозначающих испытания духа, и путь твой пересекает Колесница – уравновешивающее влияние и внешняя сила, которую ты поначалу можешь рассматривать как препятствие, некто или нечто, что сильнее тебя. Но в конце тебе поможет Звезда. Она здесь означает помощь друга.

Ошеломленный Холл еле выдавил:

– Спасибо...

Он забился в уголок со своим «Сент-Клементсом» и крепко призадумался.

– Галиматья какая-то, – сказал Мэттью, но видно было, что он не так уж уверен в этом. Нарит взглянула на него укоризненно и снова принялась тасовать карты.

– Давай попробуй, – предложила она. – Пожалуй, сегодня я смогу провести еще одно гадание.

Мэттью, поколебавшись, потянулся через длинный стол, отделил ровно полколоды и положил карты на стол рядом со второй половиной. Нарит взяла обе половины и принялась раскладывать карты.

– Ты – валет Мечей. В прошлом ты был рыцарем Пентаклей, тебя интересовали исключительно материальный мир и возможность чего-то в нем добиться, но в настоящий момент ты Отшельник, ты ищешь чего-то другого, – принялась объяснять Нарит, указывая на одну карту за другой. – Твой путь пересекает король Пентаклей.

– А кто это такой? – спросил Мэттью, заинтересовавшись помимо собственной воли.

– Владыка Земли – наставник, отец, человек, обладающий властью в реальном мире, в особенности в области финансов. А вот ты появляешься снова, на этот раз как рыцарь Мечей. Искатель Воздуха.

– Да уж, что верно, то верно! – цинично заметил Мартин. – А также пускатель на воздух. Ой!

Это Мэттью ткнул его локтем под ребра.

– Воздух означает интеллектуальные достижения, – продолжала Нарит так, словно не слышала Мартина. Сейчас, когда девушка раскладывала карты, в ней появилась какая-то спокойная, уверенная властность, и парни поневоле притихли. – Вот – Смерть, которая может изменить твою жизнь. Если ты преодолеешь свои неурядицы, – она указала на карту с мечами и карту с пентаклями, на которой был изображен человек, окруженный мешками с золотом, – ты выйдешь к четверке Жезлов, обозначающей довольство. Жезлы обозначают достижения духа. – Она пристально посмотрела Мэттью в глаза. – Тебе вскоре предстоит принять решение.

Мэттью смотрел на нее уже иначе, с большим уважением.

– Спасибо, – искренне ответил он, когда девушка наклонилась собрать карты. Затем умолк и уставился в противоположную стену. Через некоторое время он сообразил, что остальные пялятся на него.

Мэттью залпом осушил свой стакан.

– Ну, следующая с меня, идет? Нарит, ты будешь пиво?

– Ну все. Я иссяк, – сказал Чарльз часов в десять вечера. Он порылся в кармане, но там оказалось всего двенадцать пенсов. – Пока не доберусь до банкомата, у меня сухо.

– И я тоже без гроша, – сказал Мартин. Оба с надеждой обернулись к Кейту.

– А я чего? Я ничего! – отмахнулся американец. – Я на сегодня тоже банкрот.

– Да брось ты, вы, американцы, богатенькие! – пренебрежительно сказал Эдвин, оторвав взгляд от стакана. Пива, впрочем, там уже почти не было – так, на палец. – У вас же денег – как грязи. Мог бы и раскошелиться на лишнюю пинту для друзей.

– Слушай, богатенькому американцу пришлось еще покупать билет на самолет! – возразил Кейт. – А вам – только билет на поезд от Эдинбурга за три фунта.

Мэттью усмехнулся.

– И без этого обошлось. Отец Мартина подвез нас до Глазго на своей машине.

– Вот видите? Вы извините, ребята, но мне на те деньги, что у меня есть, жить целых три недели. А я еще даже не купил подарка своей девушке. Хотя, по правде говоря, я даже не знаю, что ей купить. На нее не угодишь. Однако же если я вернусь с пустыми руками, она меня убьет.