Не приближайся! - Лилия Левицкая

же колыбельная, которую мне мама пела в детстве! Откуда он её знает? Мелодия задевает мое сердце, вызывая странную смесь ностальгии. Его лицо кажется задумчивым и каким-то… грустным? Это совершенно не вяжется с тем образом циничного и самоуверенного парня, которого он обычно демонстрирует.

Но, как назло, ветка под ногами предательски хрустит.

Матвей вздрагивает и поднимает голову. Кажется, он почувствовал мое присутствие. Он медленно поворачивается в мою сторону.

Делаю шаг вперед, выходя из тени деревьев.

— Матвей? — тихо зову я.

Он смотрит на меня, не говоря ни слова. В лунном свете его лицо кажется бледным.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь говорить как можно спокойнее.

— А ты что? Соскучилась уже по мне? — ухмыляется он, обнажая зубы.

— Не неси ерунду. Я кое-что потеряла здесь. И нагибаюсь ища в сухой траве телефон.

— Это ищешь? — раздается за спиной. И когда он успел подойти так близко? Он достает из куртки мой телефон и машет им, словно дразня.

— Эй! Это мой телефон! — возмущенно вскрикиваю я, забывая про свой план побега. — Отдай сейчас же!

Подхожу ближе, пытаясь выхватить телефон из его рук. Он поднимает руку выше, ухмыляясь.

— Ну, поймай, если сможешь, — дразнит он, отступая назад.

— Матвей, не беси меня! — рычу я, бросаясь за ним.

Он бегает вокруг костра, ловко уклоняясь от моих попыток схватить телефон. Я злюсь все больше и больше. Какого черта он издевается?

— Да отдай ты уже! — кричу я, делая очередной рывок.

Он снова отступает, но на этот раз спотыкается о корень дерева. Теряя равновесие, он падает, и я, не успев затормозить, падаю прямо на него.

Мы лежим на земле, мои руки упираются в его грудь, а его глаза смотрят прямо в мои. Он не пытается вырваться, не смеется. Он просто смотрит.

Наши лица находятся в опасной близости. Я чувствую его дыхание на своей коже, запах костра и его одеколона. Внезапно мне становится трудно дышать.

Я вижу, как у него дергается кадык. Он смотрит в мои глаза, потом опускает взгляд на мои губы.

В этот момент я понимаю, что все вышло из-под контроля. Что эта игра зашла слишком далеко. Что между нами сейчас нечто большее, чем просто вражда.

Мне нужно встать. Мне нужно уйти. Но я не могу пошевелиться. Я словно парализована его взглядом.

И тут он обхватывает меня за талию, и я чувствую, как его рука медленно скользит вдоль моей спины.

Его глаза становятся темнее, глубже.

Я чувствую, как у меня бешено колотится сердце.

Наши губы в миллиметре друг от друга. И я с ума схожу от желания коснуться его губ.

Его губы накрывают мои неожиданно, властно, и мир вокруг перестает существовать. Это не легкое прикосновение — это взрыв, ураган. Он целует меня так, словно задыхался без этого, словно ждал долго.

Я теряюсь. Мой разум кричит, оттолкни его, он снова играет. Он углубляет поцелуй, его язык скользит по моим губам, требуя ответа. И я отвечаю.

Забываю, кто он, кто я, где мы. Есть только этот поцелуй, этот жар, это бешеное сердцебиение. Я отвечаю ему с той же страстью, с тем же отчаянием. Я отдаюсь этому моменту целиком и полностью.

Его руки крепче сжимают мою талию, притягивая меня ближе, пока между нами не остается ни малейшего просвета. Я чувствую каждый сантиметр его тела, чувствую, как он дрожит.

Воздуха не хватает, но я не хочу прерывать этот поцелуй. Он словно наркотик, от которого невозможно оторваться.

Наконец, он отрывается от меня, тяжело дыша. Наши глаза встречаются. В его — страсть, желание, и… что-то еще. Что-то, чего я не могу понять.

Он проводит большим пальцем по моей нижней губе.

— Ты… — начинает он, но замолкает, не договорив.

Что он хочет сказать? Снова испытывает меня? Что это было?

Я молчу, жду.

Матвей смотрит на меня долгим, пронзительным взглядом. — Ты… — его глаза становятся просто дикими, как у волка. — Даниил тебя уже целовал? Вот так же?

Он хватает меня за плечи, и мне даже становится больно. У меня аж всё внутри похолодело.

— Какое тебе дело? — огрызаюсь я и отталкиваю его. — Ты вообще-то с Лизой встречаешься!

— Лиза — это другое, — бормочет он, но я уже завелась не на шутку.

— Другое? То есть, ты можешь с ней, а затем и меня целовать? Ты сам-то понял, что сейчас сказал?

— И все же ты не ответила? — настаивает Матвей на своем. Простой вопрос: целовались или нет?

В этот момент его глаза снова опускаются к моим губам.

— Матвей.. — хочу признаться ему, что не целовались с Даней, но он перебивает меня. Он отпускает меня и отворачивается.

— Забудь об этом, — бросает он через плечо.

Вдруг из-за деревьев выходит Лейла! Мы же с ней телефон искали! Вот сейчас неловко будет…

— О, вот ты где! Я не нашла телефон, а ты? — Она смотрит на меня и на Матвея, и я вижу в ее глазах немой вопрос. Кажется, она всё поняла. Хочется просто сквозь землю провалиться от стыда.

Я забираю телефон у Матвея, стараясь не смотреть ни на Лейлу, ни на Матвея. Ну всё, приплыли!

Я беру телефон, стараясь не смотреть ни на Лейлу, ни на Матвея. Хочется просто провалиться сквозь землю от стыда.

Мы с Лейлой молча разворачиваемся и идем в сторону домика. Матвей бредет за нами, Тишина давит на уши. И тут, как назло, нам навстречу выходят… наш классный руководитель и учитель географии! Их лица — хуже не придумаешь.

А рядом с ними стоит… Лиза! Ну всё, полный комплект!

— Мира, Лейла, Матвей! — голос классной руководительницы режет слух. — Почему нарушаете режим? Было сказано — всем спать! Почему вы втроем гуляете ночью?

Лиза переводит взгляд с меня на Матвея и обратно. Ее глаза мечут молнии.

— Матвей! А ты что здесь делаешь? — спрашивает она, и в ее голосе слышится неприкрытая злость. — Что ты делал с ними на поляне? Объяснишь?

Глава 26

Лиза ждет ответа, и тишина становится просто невыносимой. В горле пересохло, и я понимаю, что если сейчас что-нибудь не скажу, то все просто взорвется!

— Мы… мы просто… телефон искали! — выпалила я, это и есть правда.

— Телефон? — строго спрашивает Мария Петровна, прожигая меня взглядом — А почему тогда Матвей с вами? Он тоже телефон потерял?

— А я гитару забыл, — ухмыляется он, показывая инструмент.

— Так, понятно. Все по комнатам! Живо! А с вами, молодые люди, мы поговорим утром. И не