Король арены 9 - Сергей Александрович Богдашов

заворачивают зернышко перламутра и помещают его через разрез в мантию другой устрицы. Операция проходит успешнее, если сначала вводят кусочек одной лишь пересаживаемой ткани, а затем, в тот же канал, завернутое в ткань мантии перламутровое зерно.

— Я правильно понимаю, что вам нужен крупный жемчуг примерно одного размера и качества? — вмешалась в беседу вторая майри, предварительно получив разрешающий кивок от Великой.

— Да, вот такой будет в самый раз, — показал я на ладони одну из жемчужин, которые мы получали за инициацию девушек из майри.

— Не удивляюсь, что вы выбрали именно эту. Их я сама отбирала, и тщательно.

— Срочно мне нужна сотня таких же, — отбросил я все условности к чёртовой матери, и начал пробираться к конечной цели, словно медведь, почуявший мёд, — С остальным можно повременить.

Да, его жалят, кусают, пчёлы прямо в глаза норовят тяпнуть, а он сопит да лезет.

— А мне нужно двадцать инициированных ныряльщиц, — быстро нашлась переговорщица номер два.

— Десять, и я вам расскажу полную программу по жемчугу, — не остался я в долгу.

— Ой-ёй, что же там может быть? Наверняка нечто малоинтересное.

— Как сказать. Цена за калиброванный жемчуг будет заметно выше, но половину этой надбавки вы потратите на приюты.

— Э-э-э… Какие ещё приюты? — слаженным дуэтом проговорили обе дамы, и лишь потом переглянулись, так до конца и не поняв, о чём речь.

— Вы построите приюты для девочек, которых сейчас используют в борделях, специализирующихся на детской проституции.

— А нам это зачем? — задала вопрос Великая, после чего я на неё глянул с сомнением.

Простовата. Не умеет быстро просчитывать глубины стратегии.

Уж не знаю как, но правительница моё впечатление о ней уловила и нахмурилась.

— Причин для создания приютов не просто много, а слишком много. Можете начинать загибать пальцы: во-первых, вам это ничего не будет стоить, так как флот оплатит надбавку, оговорённую, между нами, и не вякнет, и её хватит на создание и содержание приютов. Во-вторых, вы заработаете политический капитал, дав понять людям, что страдания человеческих детёнышей вам вовсе не чужды, а на самом деле сможете воспитать верных представителей, которые будут потом представлять и акцентировать ваши интересы, став представителями от вашей народности. В-третьих, я буду спокоен. Детские приюты в Империи у меня доверия не вызывают. Своими глазами видел, как детишек из них привозили на обслуживание празднества какого-то чиновника. У вас такого не будет. — Довольно самоуверенно заявил я, имея в виду, что остров населён женщинами.

Но вот не то, чтобы тень сомнения, а само сомнение легло на лица моих собеседниц.

— Что, и среди майри есть такие, которые больше детишками интересуются, чем противоположным полом? — понизив голос, задал я вопрос.

Великая никак не отреагировала, а вот вторая чуть заметно кивнула.

— А что у вас с законом? Допустим, лет пятнадцать каторги за каждую малышку случайно не предусмотрено?

Вторая в ответ лишь головой помотала.

— Год, и то в крайнем случае, если были нанесены серьёзные повреждения, опасные для жизни, а так лишь штраф в пятьдесят золотых, если она неодарённая, — сообщила она, покосившись на безмолвную Великую.

— Поправить закон можно? — упёрся я взглядом в переносицу Великой Матери.

Очень удачный ход. Мой взгляд ей не поймать, и в то же время, вместе с заданным вопросом, он работает, заставляя её нервничать.

— Можно, но не так быстро. Придётся провести его через Большой Круг, а там у нас ситуация спорная. Ни мы, ни оппозиция, большинства голосов не имеем.

— Неужели кто-то будет голосовать против существующего насилия над детьми?

— За всех не скажу, но Главы двух Кланов, вполне возможно. Замечены некоторые из них в таких пристрастиях, а у них имеются рычаги влияния на другие Кланы, которые, в свою очередь, будут тщательно изучать, чью сторону им выгодней выбрать.

— Надо же, как у вас там всё не просто. Никогда бы не подумал, — с трудом удержался я на этот раз от непроизвольного желания снова почесать затылок.

Пора уже отвыкать от этой вредной привычки. Иначе, рано или поздно, но мне это припомнят и поставят на вид, как проявление неуважения к собеседнику.

— Так что, сам видишь, человеческие детёныши нам не слишком интересны, — побарабанила Великая пальцами по столу.

— Вполне возможно, — слишком легко согласился я, усмехаясь, и она почти тут же заподозрила подвох в моих словах.

— Ты же не всё сказал⁈ — обвинительно ткнула она пальцем в мою сторону.

— О! Мы уже на ты? Тогда подумай, нужна ли тебе сотня — другая преданных девушек магов. Причём, владеющих Огнём и Воздухом. Пусть и не прямо сейчас, но они будут.

Услышав моё столь вольное обращение к правительнице острова, её напарница сначала лишь глаза закатила, но когда до неё дошёл смысл сказанного, то они у неё вылезли из орбит и на добрую секунду от удивления отвалилась челюсть.

— Подожди, ты хочешь сказать… Ну, да. Я могла сама догадаться. Раз ты инициируешь наших девушек, то и…

— А вот этого я вам не говорил, — обратился я уже к обеим женщинам, резко прекратив панибратство, — И поверьте мне, не стоит без нужды совать нос в государственные тайны. Во многих знаниях многие печали.

Правительнице потребовалось секунд двадцать, чтобы всё обдумать.

— Так, Ваше Благородие. А давайте-ка мы начнём наш разговор заново, — нервно скомкала Великая в руках носовой платок, который вытащила из рукава, чтобы промокнуть лоб.

А я что… Я ничего.

Лишь согласно кивнул в ответ, и мы начали заново. На этот раз максимально уважительно обращаясь друг к другу.

В итоге все вопросы порешали полюбовно.

Надеюсь, теперь у меня не будет проблем… Ведь не будет же, правда?

* * *

Столица. Императорский дворец. Две с половиной недели спустя…

— Ты попросил меня о срочной встрече. Что случилось? — Спросил Император у своего брата.

— Ларри Ронси случился. Он привёз четыре изготовленных им артефакта, из тех, образцы которых удалось добыть нашей разведке. Вот тут краткий отчёт от флотских, — вытащил герцог Орейро конверт из кармана, — Специально целую комиссию собрал.

— Скажи своими словами, что там? — сморгнул правитель усталыми глазами.

— Два образца соответствуют полученным из-за границы, а два других намного лучше.

— Ему удалось решить вопрос с жемчугом?

— Пока нет,