Флора и фауна - Райдо Витич

Но для этого нужно спуститься на самое дно, дойти до пика отчаянья и ненависти.

Разве я его не достигла?

А может, я мщу людям за холод в своей груди, за отверженность… за тебя?

Глупости, — сдула челку с равнодушных в своей застывшей красоте глаз. Не верю я ни в верхнего, ни в нижнего властителя, ни в любовь, ни в ненависть. Мой Бог — прагматизм, тупой и действенный, как таран. Я не ангел и не демон, не вероотступница и не религиозная фанатка, я хорошо осведомленная оптимистка, которой очень не хватает тумана лжи и очков иллюзии на глазах.

Ну, так и без них обойдемся.

Я напустила в глаза наивности и вышла на площадку: первый контакт самый важный.

Робкий звонок в дверь и сложенные в застенчивой скромности руки впереди, голова чуть склонена вниз: пода-а-айте, тетенька-а-а.

Дверь открыла сама Галина Перетрухина. Спортивные брюки, белая футболочка, собранные в хвост волосы на затылке. Не плохо, но любимого в таком виде не встречают. Значит, сегодня его не ждет?

— Здравствуйте, я из соседней квартиры… Мне неудобно просить вас, но не могли бы вы одолжить мне сахар? Я обязательно отдам…вечером. Видите ли, я только въехала. Еще вещи даже не разобрала…где магазин не знаю, а вторые сутки на ногах…. В общем, даже чай попить не могу… Простите, — блеяла, исподтишка изучая лицевую мимику женщины и оттенки чувств в ее глазах.

— Вы у Татьяны комнату сняли?

— Да.

— Понятно, — открыла шире двери. — Проходите.

— Да, что вы! — испугалась. — Мне б только сахару…

— Заходите, говорю. Перекусите у меня и чай попьете.

— Это неудобно, — замотала головой.

— Удобно, удобно, — почти силой втащила меня в свою квартиру. В воздухе витал вкусный запах и у меня невольно появилось желание узнать, чему принадлежит этот аромат. Не духи, точно — пища, точнее выпечка. Но что конкретно?

— Проходите, — подтолкнула меня Галина на кухню с уютным абажуром под потолком прямо над круглым столом. Выставила пирог с корицей и печенье явно домашнего изготовления. Расставила чашки, налила заварки из пузатого чайника.

У меня появилось странное ощущение — дома. Мама любила такие чайники, и стол у нас был именно круглый, и на кухне так же спокойно и уютно. Когда отец еще любил маму, мы каждый день завтракали и ужинали за ним, а в выходные она обязательно что-нибудь пекла. Ни до, ни после я не встречала хоть слабо напоминающее тот вкус печенье. И ни разу у меня не появлялось ощущения возвращения домой, в ту безмятежную детскую пору.

Мне стало тоскливо и проявилось раздражение — что за ерунда происходит со мной?

— Вы не стесняйтесь, — приняла мой пришибленный вид за скромность Галина. — Вас как звать?

— Зоя. У вас же мой паспорт, — напомнила, ничуть не поверив, что та из любопытства не сунула в него нос.

— Ах, да, — сходила в прихожую и взяла из ящика паспорт. Положила его передо мной. — Заберите.

— А можно?

— Конечно. Не думаю, что вы устроите Татьяне неприятности…

`Ей нет. Но ты б о себе подумала.

— … Воровать у нее нечего, да вы и непохожи на воровку…

А на кого похожа? На Мадонну? Святая ты простота, Перетрухина.

— …Скорее она, кого хочешь, обберет. Цену-то заломила? Это она может. Вы ешьте, Зоя. Кстати, меня Галей зовут.

— Очень приятно и спасибо, — взяла кусок пирога. — Знаете, сутки уже поесть нормально не могу. В гости к родственникам приехала. А они в Адлер улетели. Самолет у меня только семнадцатого, менять билеты не хотят, все рейсы заняты, говорят — звоните. А мне куда теперь? Ночь в аэропорту провела — ужас, — повторила почти дословно выдуманную легенду.

— Что ж телеграмму не дали, что приезжаете?

— Дала. В том-то и дело!

— Значит, родственники такие, — сочувственно вздохнула Галина.

Ага, значит, у тебя проблемы с родней. Взаимопонимание на уровне долга?

— Да нет, тетя Маруся хорошая, только муж ее, дядя Гена, строгий очень.

— Понятно, — кивнула, берясь за печенье.

И мне, — мысленно подтвердила я: родственники мужского пола имеют деспотичный и тем непереносимый для тебя характер. Поэтому мужчин ты любишь ласковых и уступчивых, как телят.

— Глупо, конечно, получилось. Я три года все собиралась и никак не получалось. А тут вырвалась… Вот, — вздохнула опечаленно.

— Отпуск?

— Да. Подруга в Карпаты к своим предлагала. Я сюда решила.

— Соскучилась?

— Да-а-а, — протянула загадочно — неуверенное, за которым могло скрываться что угодно. И всполошилась. — Ваш муж не будет против, что я здесь рассиживаюсь, пироги ваши ем?

— Я не замужем.

Я удивленно хлопнула ресницами.

— Что? — выгнула бровь Галя.

— Так…

— А честно?

— Вы… красивая такая, молодая…

Она хмыкнула, насмешливо глянув на меня:

— Я не молода и не красива. Не говори ерунды. Сама-то замужем?

— Нет.

— Вот видишь.

— Что?

— То. Ждешь единственного, не размениваешься?

Жду. И не разменялась бы, если б сил хватило противостоять…

Видно, что-то отразилось в моем взгляде, проникло некстати сквозь мастерски отточенную актерскую игру. Женщина нахмурилась и сочувственно спросила:

— Красота — проклятье, да?

— Скорее наказание, — и замялась — самое время отчаливать. — Пойду, спасибо за пирог и чай. Очень вкусно. И познакомиться приятно было.

— Сиди, куда спешишь? Печенье вон еще попробуй.

— Нет. Спасибо огромное, сыта. Накормили, — улыбнулась благодарственно и робко. И поспешила вон с кухни.

— Заходи, если что надо будет.

— Спасибо, зайду, — и вышла.

Теперь нужно дождаться вечера, сбегать за снедью и устроить повторный благодарственный визит с тортом. Когда жених явится.

Первый раунд прошел на «ура». Женщина оказалась доверчива, как карибский тюлень-монах. Те именно из-за исключительной доверчивости своей к людям и вымерли…

Глава 9

Валентина чуть не наизнанку вывернулась, готовясь к встрече с Бройславом. Она пошла на жуткие траты, чего не позволяла себе раньше, экономя на каждой возможной мелочи, чтоб достичь своей цели — квартиры в Москве.

Платье, белье, салон — изрядно отодвинули ее от цели, и все же она не жалела. Мысль о свидании, длинной и наверняка прекрасной ночи с романтическим красавцем-венгром вытеснила из головы все меркантильные размышления.

Полседьмого за ней пришла машина — белый кадиллак. Одного этого Вале хватило, чтобы упасть в омут иллюзий и нафантазировать по дороге в гостиницу о длинном романе с богачом, что приведет ее к благополучному замужеству и стабильной жизни.