Гора сокровищ - Луис Ламур

Оррин поравнялся со мной и сказал:

— Что-то мне не нравится эта компания. Лошади какие-то странные.

Мы подъехали к табуну шагом. Нас встретили четыре человека — трое белых очень неприветливого вида и один мексиканец с двойной перевязью, в ячейках которой торчали патроны. Они двинулись нам навстречу с таким видом, словно собирались открыть огонь.

— Здравствуйте, — приветливо сказал я. — У вас нет воды?

Белый мужчина с волосами песочного цвета кивнул головой на росшие по соседству кусты.

— Там есть источник. — Он разглядывал наших лошадей. Несмотря на измученный вид, их породистость бросалась в глаза. — Не хотите обменяться лошадками?

— Нет, — ответил Оррин. — Мы только напьемся и поскачем дальше.

Проезжая мимо табуна лошадей, я бросил взгляд на клеймо на их спинах. Человек, всю свою жизнь занимающийся лошадьми, делает это просто по привычке. У источника я не стал спешиваться и развернул своего коня в сторону табуна.

— Оррин, вы с Тинкером пейте, а я покараулю. Что-то мне не нравится эта публика.

— Видел их клейма? — спросил Оррин. — В табуне взрослые лошади, а клейма на них совсем свежие.

— Совершенно верно, они поставили свои клейма поверх тех, что были раньше, — подтвердил я. — Пастухи дождутся, когда у лошадей заживет шкура, а потом отгонят их в другой штат.

— Среди этих лошадей есть очень хорошие, — сказал Тинкер. — Просто замечательные лошади.

Когда Оррин и Тинкер, сели на коней, мы с Иудой спешились и подошли к источнику. Я подождал, пока Иуда напьется, и стал пить сам, а когда я закончил, Оррин сказал мне:

— Будь осторожен.

Пастухи приближались к нам.

Я ждал их у воды. Они не знали, кто мы, но им приглянулись наши лошади, сильные, выносливые и красивые, несмотря на изматывающую скачку по пустыне.

— Откуда вы? — спросил человек с волосами песочного цвета.

— Так, едем себе, — мягко ответил я. — Просто едем.

— Мы хотели бы обменять своих лошадей на ваших, — сказал человек. — У вас очень хорошие скакуны. Мы дадим вам двух за одного.

— И чек впридачу, да? — спросил я.

Человек резко повернул голову в мою сторону. У него была длинная шея, и своим движением он напомнил мне индюка.

— Что вы имеете в виду?

— Ничего особенного, — все также мягко проговорил я. — Только со мной здесь мой брат, а он — адвокат и любит, чтобы все было сделано по закону.

Человек взглянул на Оррина, покрытого пылью и заросшего многодневной щетиной, и презрительно фыркнул:

— Так я и поверил!

— Наполните-ка фляги водой, — посоветовал я Иуде. — Сегодня мы вряд ли найдем место для привала, где будет вода.

— Хорошо, мистер Сэкетт, — сказал он.

Человек с песочными волосами вздрогнул так, словно получил пощечину.

— Как? Как вы его назвали?

— Сэкетт, — ответил Иуда.

Спутники светловолосого подошли и встали за его спиной. Лицо его вдруг резко побледнело.

— Видите ли, — сказал он, явно нервничая, — мы просто перегоняем этих лошадей. Нас наняли, чтобы мы перегнали их в другое место.

— А кто вас нанял?

— Он скоро подъедет. Их там несколько человек, и они едут сюда.

— Как его имя? — властно спросил вдруг Оррин.

Поколебавшись, мужчина произнес:

— Чарли Мак-Кер.

Оррин взглянул на меня. Мак-Кер был любитель пострелять и имел репутацию крутого парня, но до сих пор ему удавалось не преступать закон. Мы знали, что он владеет ранчо в Аризоне, но несколько его братьев живут в Нью-Мексико и Техасе.

— Оррин, — сказал я, — не своди глаз с этих парней, а я поеду посмотрю получше на их лошадей.

— Никуда ты не поедешь! — грубо выкрикнул светловолосый мужчина. — Эти лошади принадлежат не вам, и нечего их рассматривать.

— Успокойся, — произнес Оррин. — Нам очень хочется узнать, почему имя Сэкетт так встревожило тебя.

Словом, я подъехал на своем жеребце к табуну, объехал его два раза, внимательно вглядываясь в лошадей, а потом сбил их в кучу и вернулся к Оррину.

— Клеймо изменено, — сказал я. — И очень неаккуратно. Вместо «SSS» сделано «888».

— Но ведь три «S» — это дорожное клеймо Тайрела! — воскликнул Оррин. — Ну и дела, черт меня подери!

Глава 11

Лицо светловолосого мужчины напряглось.

— Послушайте! — начал он. — Я…

— Заткнись! — приказал ему Оррин. Он переводил взгляд с одного лица на другое. — С этого момента вы все находитесь под арестом. Пока под домашним, но от тюрьмы вам не отвертеться. Если не будете оказывать сопротивление, мне, может быть, удастся спасти вас от петли.

— Это мы еще посмотрим! — в ярости заорал светловолосый. — Поговори-ка с самим Чарли Мак-Кером! А вот и он, кстати!

Иуда и Тинкер, не сводя глаз с парней, перегонявших краденый табун, отодвинулись немного друг от друга. Мы с Оррином повернулись, заслышав стук копыт, — к нам приближалось семеро всадников. Наверное, они скакали во весь опор, поскольку их лошади были в мыле.

Мак-Кер был крупным, костлявым мужчиной, огромной физической силы. С первого взгляда ясно, что он здесь за главного. У него было обветренное лицо с широкими скулами, а над крепко сжатым ртом нависал большой нос, похожий на клюв хищной птицы. Квадратная нижняя челюсть Мак-Кера свидетельствовала о сильном характере.

— Что здесь происходит, черт возьми? — решительно спросил он.

— Вы мистер Мак-Кер? Меня зовут Оррин Сэкетт. Я только что взял под арест этих людей, уличенных в краже лошадей.

— Краже лошадей?! — грубым голосом воскликнул Мак-Кер. — На этих лошадях стоит мое клеймо.

— Клеймо изменено, — спокойно произнес я. — Вместо трех «S» поставлены три восьмерки. А три «S» — это дорожное клеймо Тайрела Сэкетта.

Атмосфера накалилась до предела. В любой момент могла вспыхнуть перестрелка, приходилось следить в оба. Справа от Мак-Кера на лошади, беспокойно переступавшей с ноги на ногу, сидел красивый худощавый молодой человек, державшийся гордо и высокомерно. Мне приходилось встречать таких молодцов — под презрением к людям они скрывают болезненную неуверенность в себе. Уголки рта его слегка подрагивали, словно он страдал нервным тиком.

Лошадь молодого человека переступила ногами, и он опустил руку на револьвер.

— Мак-Кер! Вели этому парню убрать руку с револьвера! Попробуем решить дело миром, без перестрелки, но предупреждаю, если этот малый хочет получить пулю в лоб, он ее получит! — крикнул я.

Мак-Кер резко повернул голову к своему товарищу и гаркнул:

— Убери руку с оружия, Боули! — А после крикнул остальным: — Пока я не выстрелю, никому не стрелять! Поняли?

Его взгляд снова упал на меня, и, признаюсь, мне стало не по себе. Его холодные серые глаза, отливавшие стальным блеском на обветренном, загорелом до черноты лице, смотрели на меня как пулевые отверстия.