Гора сокровищ - Луис Ламур

Покинув лагерь, я пошел вверх по течению реки, направляясь туда, где у подножия крутого склона бил источник, дававший начало этой реке. Вода в ней была на удивление вкусной — она почти не содержала гипса и солей или других примесей, характерных для рек в этой местности.

Андре Бастон, несомненно, помнит эту речку, и, поскольку он останавливался здесь двадцать лет назад, то конечно же не пройдет мимо и сейчас. Сколько людей будет с ним на этот раз, я не знал, но не сомневался, что он прихватит с собой несколько отъявленных головорезов и будет готов на все.

Хотя вокруг не было ни души, что-то подсказывало мне, что спокойствие, царившее в этом райском уголке, обманчиво. Что это было? Инстинкт? Но что мы подразумеваем под этим словом? Скорее всего, это память, вобравшая в себя все признаки опасности, которые попадались мне в течение жизни и которые отметило теперь мое подсознание.

Я люблю такие тихие красивые уголки природы и, чтобы побродить по ним, готов скакать десятки миль по пустыням и горным кручам. Наверное, для многих людей таким местом становится их дом.

Прозрачная вода, текущая по песчаному руслу, — такая прозрачная, что видна каждая песчинка, и даже след, оставленный час назад, еще не потерял своих очертаний, след копыта… вроде этого.

Да, это был след лошади, за ним еще один. Войдя в воду, я двинулся по этим следам.

На берегу ручья, заросшем травой, я заметил еле заметный отпечаток копыта; следы вели дальше, к скалам. Я намеренно не стал смотреть в ту сторону, а повернулся и, соблюдая осторожность, прошел по берегу реки еще несколько футов, а потом вернулся в лагерь.

По пути я дважды останавливался: один раз, чтобы поднять несколько веток для костра, а второй — чтобы посмотреть на спящего кролика. В лагере я бросил ветки рядом с костром.

Оррин ушел в разведку вниз по течению реки, и я решил догнать его и вернуть назад. Но перед этим я предупредил Тинкера и Приста:

— Я видел лошадиные следы. Достаньте винтовки и будьте начеку. Лошадь, прошедшая по реке, подкована, так что Бастоны — а может, и кто другой — уже здесь.

— А давно оставлен этот след? — поинтересовался Тинкер.

— Час назад, может, чуть больше. Вода в этой реке течет довольно медленно, и в ней почти нет ила, поэтому точнее сказать не могу. Обычно следы на песчаном дне исчезают довольно быстро, поэтому я полагаю, что он был оставлен всего лишь час назад, а мы уже пробыли здесь чуть больше получаса.

— Я думаю, они видели, как мы подъехали, и конечно же решили, что мы не пройдем мимо такого прекрасного места для лагеря. Уверен, они спрятались где-то рядом и ждут.

С этими словами я взял свой винчестер и насыпал в карманы две горсти патронов, хотя на мне был уже надет пояс с патронами, в котором не было ни одной пустой ячейки.

— Запомните, тишина этого места обманчива, так что глядите в оба. Бастоны могут затаиться до ночи, а могут и напасть в любой момент. — Задумавшись над этой возможностью, я добавил: — Сделайте вид, что собираете дрова, но держитесь поближе к костру. Уложите все наши вещи, кроме продуктов и сковородки. Не исключено, что нам придется быстро уходить отсюда.

Ниже по течению реки заросли кустарника стали гуще, а тополя и ивы попадались чаще. Дикие звери — олени, бизоны и другие — проложили в кустах тропы на водопой. Я повесил свой винчестер дулом вниз через правое плечо, а левую руку положил на ствол. В случае опасности мне достаточно только поднять эту руку — и приклад опустится, мушка поднимется и палец правой руки ляжет на предохранитель. С известной долей тренировки можно изготовить винтовку к бою с такой же быстротой, как и шестизарядный кольт.

Я прошел по следам Оррина мимо густых зарослей ежевики, миновал несколько склонившихся над водой ив и огромных тополей и увидел самого Оррина.

Заметив меня, он повернулся и сказал:

— Не знаю, что там у них произошло двадцать лет назад, но я уверен, это случилось там, в горах, или на обратном пути домой.

— Ты думаешь, они все-таки нашли золото?

— Или само золото, или его следы, — сказал Оррин. -Может быть, случилось так, что они нашли золото слишком поздно, когда уже началась осень, и кто-то из них предложил вернуться, оставив золото там, где оно лежало.

— Андре вернулся, и Хиппо Суон тоже. Должно быть, они были самыми молодыми членами поисковой партии.

Потом я спокойно рассказал ему о лошадиных следах в реке и о моих предположениях на этот счет. Мы не спеша направились к лагерю, выбрав немного другой путь. Находясь на расстоянии всего нескольких десятков футов от лагеря, мы тем не менее соблюдали максимальную осторожность и внимательно следили за окрестностями — трудно сказать, какой способ атаки изберет Андре.

Андре был очень агрессивен, это я уже успел заметить, он не остановится ни перед чем, даже перед убийством. Не был он и человеком чести, а из того, что мне довелось услышать о его дуэлях, а так же судя по обращению с Ла Круа, можно сделать вывод, что для него все средства хороши.

— Оррин, думаю, не стоит останавливаться здесь, чтобы не дать Андре возможность подготовиться к атаке. Да к тому же наша задача — найти могилу отца, а не свести счеты с Андре Бастоном.

— Что ты предлагаешь?

— Я предлагаю с наступлением ночи убраться отсюда и двинуться на юг, к Красной реке, потом пройти каньоном вверх по течению и пересечь равнину Стейкед, двигаясь в сторону хребта Тукумари или хребтов, расположенных поблизости.

Так мы и сделали. Мы намеренно не загасили костер, позаботившись только, чтобы трава вокруг него не загорелась, и потихоньку выскользнули с места стоянки. Пока совсем не стемнело, мы двигались, прячась в кустах, а потом поскакали на юг. Надо отметить, что для каравана, обремененного вьючными лошадьми, мы двигались очень быстро и легко, и при этом почти беззвучно.

К тому моменту, когда солнце поднялось над горизонтом, мы были уже в двадцати милях от лагеря, следуя по тому пути, по которому шел Мак-Клеллан в 1852 году. Разбив лагерь, мы отдохнули пару часов, а потом повернули на запад и двинулись через равнину к каньону Красной реки.

Добравшись до него, мы поскакали вдоль реки. Вскоре песок уступил место камню, мы попробовали воду и почувствовали сладковатый привкус — очевидно, притоки, впадающие в Красную реку, несут в своих водах много гипса.

Наконец мы нашли тропу, по которой вскарабкались на крутой склон каньона, и поскакали по равнине Стейкед. Я примерно представлял себе, где находится хребет Тукумари — там когда-то еще был форт Баском. Дважды мы делали привал прямо в степи, а один раз нам повезло — нам попался родник. Мы встретили на своем пути пастуха с овечьей отарой, и он угостил нас кукурузными лепешками и похлебкой из фасоли. Наши кони были измучены многочасовой скачкой, поэтому, заметив невдалеке табун лошадей и дымок от костра, мы спустились со Столовой горы и поскакали на этот дымок.