Красный рассвет. Иноходец - Сергей Извольский

мокрую подушку, в которую совсем недавно упиралась лицом в борьбе и подала мне. Я уже перевернул гангстера на бок, и плотно накрыл ему подушкой голову.

— Подержишь так?

Алиса села, руками прижимая и подушку, и голову гангстера к полу. Действовала она резко, уверено — надо же, как ее злость побеждает страх. Мимоходом это отметив, я поднялся и ударом монтировки, взмахнув ей как гольфист, сломал чернокожему бандиту ногу. Из-под подушки раздался глухой утробный стон. Алиса побледнела как полотно, но не отшатнулась, хотя я ожидал. По грязному лицу (видимо хорошо ее тут по полу таскали) текут дорожки слез, губа закушена. Но осознавая, чего только что избежала, она явно зла, причем очень зла.

— Это был неправильный ответ, — убрав подушку, сообщил я гангстеру. — Прежде чем ответить снова, подумай хорошо. Итак, сколько вас?

Гангстер замычал и задергал связанными руками. Я увидел, что он показывает четыре пальца.

— Зачем вы сюда пришли?

«Мм?»

— Я сейчас достану это, — подергал я за лямку топика, вставленного ему в рот. Слово кляп на английском я не знал, поэтому пришлось сказать «это». — И ты, не повышая голоса, мне скажешь, зачем вы сюда пришли. Окей?

«Да, да!» — закивал гангстер, у которого уже от боли и страха текли сопли и слезы.

— Если он начнет орать, сразу же визжи громко, чтобы его крики заглушить, — быстро глянул я на Алису, которая тут же активно закивала, аж черные локоны глаза закрыли.

— Итак, зачем? — достал я кляп изо рта гангстера.

— Это дом прокурора Мэйсона, он столько наших братьев в тюрьму отправил! — негромко, со страхом на меня глядя, простонал гангстер.

— Ах дом прокурора… — понимающе произнес я.

Что дальше делать, думал недолго.

— Выйди в коридор и посмотри, чтобы никто не шел, — сказал я Алисе. — Быстро! — шепотом рявкнул я, когда она замешкалась. Кивнула, вышла из комнаты.

Поднявшись, я нанес удар словно настоящий самурай, освоивший баттодзюцу — искусство выхватить меч и убить человека, пока он ничего не подозревает. У меня, правда, вместо катаны монтировка была. После взял обмякшего гангстера за длинные дреды и за пояс коротких штанов, вытащил из комнаты как мешок, протащил по хозяйственному помещению и на улице аккуратно спустил с крыльца в большую и глубокую лужу.

Столько людей погибло во время цунами, ужас просто. Вот и этот безымянный гангстер утонул, мир его праху, аминь — вернулся я в дом и позвал с собой Алису, которая все это время дисциплинированно стояла на страже.

Сам я уже забрал и рассматривал винтовку. Патрон в патроннике, похоже парни были готовы к самым разным приключениям. Достал магазин, выщелкнул пару патронов, вроде полный.

— А где… — шепотом спросила Алиса.

— Что где?

— Тот ублюдок?

— Я ему сказал, чтобы он больше не безобразничал и отправил домой.

Алиса сначала оторопела, а потом закричала (шепотом), даже зашипела, активно жестикулируя:

— Зачем? Он меня изнасиловать пытался! Ты вообще нормальный, зачем ты это сделал? Мой отец если этого урода поймает, он его в порошок сотрет на морковной терке! Скажи, ты специально это сделал, чтобы мне насолить?

— Если.

— Что? — не поняла Алиса.

— Если. Изначально это вырванная из контекста цитата царя Филиппа, отца Александра Македонского. Он пообещал спартанцам стереть их в порошок на морковной терке, если завоюет Спарту, а они прислали ему ответ с одним словом: «Если»

Чернобурая лисичка-Алиса конечно невероятно сообразительна и красива, но чем дальше в утро, тем сильнее она меня даже не просто раздражает, а уже слегка подбешивает. И это при моей холодной северной выдержке-то. Просто не могу себя остановить, машинально ей шпильки вставляю — я ей завтрак в постель принес, а она меня в ответ послала, причем заковыристо.

Возмутительно.

Под громкий шепот злющей как черт Алисы вывел ее на крыльцо. Здесь она почти сразу заметила торчащие из лужи ноги гангстера в высоких кроссовках от фабрики «Динамо» и заткнулась. Девушка теперь смотрела на меня с немым вопросом, но на ее взгляд я даже внимания не обратил. Пощелкав пальцами, привлекая внимание, показал путь до дома, где мы ночевали. Не так, как она шла — по прямой, а так, как сюда пришел я — через контейнер, и через мусорные кучи.

— Беги быстро, но старайся чтобы тебя не заметили. Если я не вернусь в течении часа, уходи прочь, к большой дороге. На, держи, — протянул я ей пистолет.

В ответ Алиса только головой замотала.

— Нет-нет, я не пойду.

— Слушай, я уже три с половиной раза серьезно пожалел, что мимо не проплыл и тебя из воды вытащил. Сделай хоть что-то позитивное, очень тебя прошу, — крайне выразительно посмотрел я девушке в глаза.

Она в этот момент вздрогнула. Надо же, может даже понимать начала, что мне стоит сказать искреннее спасибо.

— Хорошо, я пойду в дом и буду ждать тебя там.

— Отлично. Повторим: если я не вернусь в течении часа, уходи в сторону большой дороги. Туда. Держи, — протянул я ей свой общегражданский телефон. — Если на трассе не найдешь спасателей, попробуй дозвониться в экстренные службы и узнать про точки сбора. В общем, по ситуации.

— Х-хорошо.

— Отлично. Пистолет возьми.

— Я не умею.

— Никто сначала не умел. Дело ни в умении, ни в желании, вообще ни в чем. Дело в том, чтобы в сложной ситуации быстро снять с предохранителя, вот так это делается, направить ствол от себя в сторону противника и нажать на спусковой крючок. Вот так, — показал я ей как. — Понятно?

— Понятно.

— Смотри, сейчас опять на предохранителе, патрон в патроннике. Нажать сюда, поднять, совместить направление ствола с положением противника, нажать сюда. Понятно?

— Д-да, но я никогда раньше не…

— Когда это будет нужно сделать в первый раз, ты сразу почувствуешь. Если сделаешь так, умрет враг. Если нет, умрешь ты, но перед этим тебя наверняка отлялябрынзят в разных позах. Это понятно?

— Да.

— Все, беги.

Алиса взяла пистолет — держа его на отлете так, словно он ее укусить мог, посмотрела на меня ошалелыми глазами и пригибаясь, побежала в сторону контейнера.

Молодец.

Ну а меня ждали прокурорские дела.

Вновь полное ледяное спокойствие и легкость в теле. И прагматичные размышления, как же без них: с этой невоспитанной