Посвящение (народный перевод) - Лиза Смит

— Да, — шепнула Фэй.

Ее голос вывел Кэсси из транса.

«Не сходи с ума», — сказала она сама себе.

Фантазии об огне умерли. Вот, что бывает, когда ты не спишь. Когда стресс так силен, и ты почти на пределе.

Она сходила с ума.

Слезы навернулись на глаза, потекли по щекам вниз.

— О-о, и все-таки она просто ребенок, — с жестоким отвращением произнесла Фэй. С отвращением и чем-то похожим на разочарование. — Давай, детка, поплачь-ка еще. Может у тебя получится нас разжалобить.

Всхлипывая, Кэсси мотала головой в стороны от приближающегося горящего листа. Он был уже так близко, что несколько слезинок, упавших на него с шипением испарились. Кэсси дольше не могла думать, она была парализована страхом. Как загнанное животное — отчаявшееся, жалкое загнанное животное.

Труп, труп, труп, труп…

— Ты что делаешь? Отпусти ее — сейчас же! — голос донесся словно бы из ниоткуда, и в первое мгновение Кэсси даже не пыталась определить, откуда именно.

Она полностью сосредоточилась на пламени. Оно вдруг вспыхнуло и рассыпалось серым пеплом. В руке Фэй остался лишь клочок обугленной бумаги.

— Я же сказала отпустить ее! — что-то яркое метнулось к Деборе. Но не яркое, как огонь. Яркое, как солнечный свет. Или лунный, как тогда когда полная луна сияет в небе, и в этом свете можно даже читать.

Это была она.

Девушка из желтого дома, девушка с сияющими волосами.

Ошарашеная, Кэсси смотрела на нее так, словно видела впервые.

Она была почти такой же высокой как Фэй, но на этом их сходство заканчивалось. Фэй обладала соблазнительными формами, она же была просто стройной и гибкой. Фэй одевалась в красное, она — в белое. Волосы Фэй представляли собой неукротимую черную гриву, ее же были длинными, прямыми и сияющими — цвета солнца, бьющего в окна.

И, конечно же, она была красива; вблизи еще красивее, чем показалось тогда издали. Но ее красота так отличалась от красоты Фэй, что их невозможно было даже называть одним и тем же словом. Красота Фэй завораживала, но и пугала. Ее странные золотистые глаза притягивали взгляд, но в то же время от них хотелось бежать без оглядки.

Эта же девушка словно бы сошла с мозаичного окна. Кэсси впервые увидела ее глаза, и они оказались зелеными и ясными, сияющими, словно озаренными внутренним светом. Ее щеки чуть-чуть розовели, но это было естественно, от природы, а не от румян.

Ее грудь вздымалась от возмущения, и ее голос, ясный и мелодичный, звенел от гнева:

— Когда Тина сказала, что передала от тебя записку, я знала, что ты что-то замышляешь, — произнесла она. — Но такое… В последний раз говорю, Дебора, отпусти ее.

Медленно и неохотно хватка Деборы ослабла.

— Посмотри, ты могла ей навредить, — негодовала обладательница прекраснейших волос. Она вытащила салфетку и начала стирать пепел и слезы со щек Кэсси.

— Ты в порядке? — мягко спросила она.

Кэсси могла только смотреть на нее. Сияющая девушка пришла ей на помощь. Это было похоже на сон.

— Она до смерти перепугана, — произнесла девушка, оборачиваясь к Фей. — Как ты можешь, Фэй? Как ты можешь быть такой жестокой?

— Это врожденное, — буркнула Фэй.

Ее глаза были столь же пасмурными, как и лицо Деборы.

— И ты, Сьюзан, ты меня удивляешь. Разве ты не понимаешь, что это не правильно?

Сьюзан что-то пробормотала, глядя в сторону.

— И почему вы хотели ее обидеть? Кто она? — Она обхватила Кэсси, защищая, и переводила взгляд с одной старшеклассницы на другую. Никто не ответил.

— Я Кэсси, — сказала Кэсси. Ее голос задрожал, но она попыталась успокоиться. Все, что она теперь чувствовала — это теплую руку девушки на своем плече. — Кэсси Блейк, — умудрилась закончить она, — переехала сюда пару недель назад. Миссис Ховард моя бабушка.

Девушка выглядела ошарашенной.

— Миссис Ховард? Из двенадцатого дома? Ты живешь с ней?

Кэсси замерла от страха. Ей вспомнилась реакция Джеффри, когда он узнал, где она живет. Она умрет, если эта девушка отреагирует так же. Она обреченно кивнула.

Девушка снова обернулась к Фэй.

— Она одна из нас. Соседка, — резко добавила она, когда Фэй с сомнением выгнула брови.

— Едва ли, — сказала Фэй.

— Она всего лишь наполовину…, - начала Сьюзан.

— Заткнись! — оборвала ее Дебора.

— Она наша соседка, — упрямо повторила обладательница прекрасных волос. Она перевела взгляд на Кэсси. — Прости, я не знала, что ты к нам переехала. Если бы знала, — она метнула гневный взгляд на Фэй, — Я бы зашла. Я живу в начале Краухэвен Роуд, в доме номер один, — она снова ободряюще приобняла Кэсси. — Пойдем. Если хочешь, я провожу тебя до дома.

Кэсси кивнула. Она бы с радостью последовала за этой девушкой, даже если та приказала ей выпрыгнуть из окна.

— Забыла представиться, — сказала она, останавливаясь на полпути к лестнице. — Меня зовут Диана.

— Я знаю.

***

Диана водила синюю Акуру Интегра. Она остановилась рядом с ней и спросила Кэсси, не хочет ли та забрать что-нибудь из ее шкафчика.

Содрогнувшись, Кэсси покачала головой.

— Почему?

Кэсси замешкалась. Потом рассказала Диане все.

Диана слушала, скрестив руки и постукивая ногой все быстрее и быстрее по мере того, как Кэсси рассказывала дальше. В ее зеленых глазах зажглась почти невыносимая ярость.

— Не волнуйся, — вот и все, что она сказала в итоге. — Я позвоню, чтобы обслуживающий персонал очистил твой шкафчик. А сейчас нам надо увезти тебя отсюда.

Она села за руль, сказав Кэсси оставить Рэббита.

— Мы потом его заберем.

И Кэсси ей поверила. Раз уж Диана говорит, что обо всем позаботятся, значит, обо всем позаботятся.

В машине Кэсси только и могла, что разглядывать длинные, сияющие волосы Дианы, спадающие до самого тормоза. Они были, как шелк, только цвета солнечного света. Или, вернее, солнечного и лунного света. На мгновение в подсознании Кэсси возникла мысль, что у кого-то еще тоже были волосы нескольких оттенков, но когда она попыталась ухватиться за нее, мысль исчезла. Она так и не решилась прикоснуться к пряди волос Дианы, хотя ей очень хотелось узнать, похожи ли они и на ощупь на шелк. Вместо этого она пыталась слушать, что говорит Диана:

— …не знаю уж, что временами находит на Фэй. Она совершенно не думает. Не осознает, что делает.

Кэсси перевела взгляд на лицо Дианы. Она была уверена, что Фэй прекрасно понимала, что делает. Но она ничего не сказала — они уже поворачивали к красивому дому Викторианской эпохи.

— Пойдем, — сказала Диана, выбираясь из машины. — Давай приведем тебя в порядок прежде, чем ты пойдешь домой.