Обычное дело - Дикий Носок

в институте их было слишком много, она не в силах будет заботиться обо всех. Нужно найти людей, чтобы помогли. Наверняка еще жив кто-нибудь, кроме нее. Оседлав свою любимицу Снежинку (машину Ольга не водила), она отправилась в районный центр, расположенный в десяти километрах от института. После двухчасового безрезультатного блуждания по городу Ольга осознала масштаб катастрофы, даже мысли о лошадях отошли на второй план. О них ей предстояло позаботиться самой. Уже вторые сутки девушка была на ногах, душевное потрясение и усталость давали о себе знать. Но отдыхать было некогда, предстояло вывести всех лошадей на пастбище, чтобы они не погибли от голода. Сердце у Ольги кровью обливалось, эти породистые красавцы: арабские скакуны и орловские рысаки, не выживут зимой одни, без ухода человека. При себе она оставила только свою любимицу – Снежинку.

Поглаживая лошадь, Ольга постепенно обретала ясность мысли. Нужно поехать в ту сторону, где был фейерверк, нельзя упускать шанс найти людей. Вынужденное одиночество давило, она устала. Но снега очень много, проедет ли? Уснуть этой ночью она так и не смогла. Рано поутру, тепло одевшись и оседлав Снежинку, тронулась в путь.

Смежив заиндевевшие ресницы, Ольга безнадежно вздохнула. Эта деревня была уже третьей из тех, что она обследовала, утопая в снегу. Сюда она пришла по следу колес на дороге, окрыленная надеждой. Хотя к жилым домам следы не вели, она добросовестно обследовала их все, потратив на это остаток дня. Стемнело. Ольга совершенно выбилась из сил, Снежинка тоже. Перспектива ночевки в одном из холодных домов в компании парочки трупов не привлекала, на улице у костра – тем более. Покормив Снежинку припасенным зерном, Ольга поехала назад по следу шин на дороге. По примятой колее ехать было намного легче и до следующей деревни она добралась меньше, чем за час. Колея привела ее к трактору, стоявшему у одного из домов. К этому времени Ольга совсем продрогла, глаза слезились, голова болела.

Тяжело сверзившись с лошади, она начала стучать в ворота, все еще не веря в удачу. В доме зажегся один огонек, второй. Потом послышался шум открываемой двери, звук шагов и, наконец, калитка распахнулась. Несколько человеческих лиц, освещенных фонариком, и женский возглас: «Ой, да Вы замерзли совсем. Скорее в дом. Идемте.»

Слезы лились из глаз Ольги не переставая, а хозяева в это время развили вокруг нее бурную деятельность: сняли обувь и верхнюю одежду, надели теплые носки, раздули огонь в камине и усадили ее в кресло напротив, сверху укутали шубой и сунули в руки кружку с чем-то горячим.

«Пейте,» – твердо приказал женский голос.

Горло обожгло горячее вино, и Ольга закашлялась, но уже вскоре почувствовала блаженное тепло глубоко внутри и отключилась. Проснулась она далеко за полдень и первой мыслью было: «Снежинка.» Кажется, она вскрикнула это вслух потому, что тут же в комнате появились девочка лет шести и пожилая женщина.

«Снежинка. Моя лошадь,» – просипела Ольга и зашлась сухим лающим кашлем, раздирающим грудь.

«Не беспокойтесь, мы о ней позаботились. Она в сарае с коровами, накормлена и напоена,» – успокоила ее женщина, озабоченно кладя руку на лоб.

«Софочка, градусник,» – скомандовала она.

Через час, накормленная горячим супом и таблетками, Ольга снова спала, то укутываясь в одеяло, то сбрасывая его. Ее бросало то в жар, то в холод. Только на третий день температура начала спадать и ежик, застрявший в горле, начал прятать свои колючки. Все это время компанию ей составлял самодовольный рыжий кот, вроде бы спавший в кресле напротив, но внимательно наблюдавший за ней одним глазом.

Все остальные домочадцы были чем-то заняты, в доме царила суета. Но вечером все собирались за одним столом на кухне. Их оказалось на удивление много: милая девчушка Соня с толстой косичкой, ее душевная бабушка Анна Михайловна, серьезный молодой человек Егор, то и дело заинтересованно поглядывающий на симпатичную, но замкнутую и немного угрюмую девушку Дашу, смешливый Антошка, чем-то озабоченная женщина средних лет с приятной улыбкой и немолодой мужик с проницательным взглядом карих глаз, которого внимательно слушали все. Обсуждали переезд. Оказывается, были и другие люди, и совсем недалеко. Пока Ольга болела, они два дня перевозили домашнюю птицу на новое место жительства и со смехом хором проклинали свободолюбивого петуха, который умудрился удрать дважды: здесь и по приезду. Свесив набок гребень и шустро передвигая лапами, он умудрялся так ловко уворачиваться от людей на узких, протоптанных в снегу дорожках, что заставил всех изрядно попотеть.

На четвертый день Ольга чувствовала себя вполне сносно, чтобы присоединиться к вечерним посиделкам на кухне и была принята с шумным одобрением. Она рассказала свою немудреную историю и тут же была засыпана просьбами от детей покататься на лошадке. Навестив перед ужином Снежинку и сидя теперь в компании живых дружелюбных людей в тепле и уюте, Ольга была счастлива так, что невольно расплакалась. Все бросились ее успокаивать. От всеобщего внимания она засмущалась и совсем разревелась. Жизнь входила в привычную колею. Ольга с удовольствием покатала детей на застоявшейся Снежинке, наслаждаясь их радостным смехом. Первый раз выйдя из дома после болезни, она долго с недоумением рассматривала вереницу тележек из супермаркета, пристроенную на зимовку вдоль забора и остов сгоревшего вертолета, торчащий из дома неподалеку.

Трактор делал по два рейса в день, перевозя запасы дров, зерна, кукурузы и овощей. Рулоны сена закатывали по деревянному настилу общими усилиями. На очереди был домашний скарб и коробки с книгами. Самые большие сложности возникли с коровой. Предполагалось завести ее все по тому же настилу. Но фокус не удался. Корова оказалась упрямее ста ослов (или трусливее). Ее пробовали тянуть, толкать, заманивать теленком, которого не без труда удалось затолкать в тележку с помощью грубой физической силы. Без толку. Ничего не оставалось, как вести ее пешком, привязав к трактору. Следом отправилась и Ольга верхом на Снежинке. Коровы, как известно, не спринтеры, поэтому путешествие затянулось.

В новый дом Ольга влюбилась с первого взгляда – сказочная деревянная избушка из бруса (только размером побольше) медового цвета с резными наличниками и высоким деревянным крыльцом, покрытая красно-коричневой черепицей. По обе стороны от крыльца росли небольшие, совершенно одинаковые пушистые елочки. Подвальный этаж отделан красивым декоративным камнем. Такой же камень использован для забора. Ажурные кованые ворота были творением большого мастера своего дела.

После того, как упертая уставшая корова была водворена в приготовленный для нее гараж, Ольга познакомилась со всеми домочадцами. Компания оказалась весьма любвеобильная. Пожилой суетливый дядечка, из которого не иссякая лился поток слов, оказался тем самым