Обычное дело - Дикий Носок

все время поглядывала на дорогу, гадая: приедут или не приедут? Приехали. Вдвоем с Егором, Крис остался в гостях. Переглянувшись, с одинаковыми счастливыми улыбками на лице Анна Михайловна и Ирина встречали мужчин. Но самое радостное лицо было у Антошки, когда он выгружал из трактора коробку с фейерверками. Какой же русский встречает Новый год без фейерверков?

Первый Новый год после апокалипсиса получился очень уютным, домашним и безалкогольным. Куча вкусняшек, потрескивающий в камине огонь, близкие люди рядом. Что еще нужно для счастья? Фейерверки, разумеется! Каждый год после новогодних праздников Ирина читала новости о несчастных случаях при их неудачном запуске и сгоревших квартирах. Поэтому сама их никогда не покупала. Но сегодня возражать не стала, при условии соблюдения всех мер безопасности. Зрелище получилось впечатляющим. Уже заходя домой, они увидели взвившийся на горизонте красный огонек, потом еще один.

«Ракетница,» – определил Егор.

Глава 13.

Лихорадочное возбуждение охватило Ольгу при виде зарева от фейерверков на горизонте. А ведь могла и вовсе их не заметить, если бы не вышла на улицу. Далеко, звуков не слышно. От волнения сердце колотилось так громко, что какое-то время она слышала в ушах только его стук. Бросившись в дом, Ольга дрожащими руками нашла ракетницу и выскочила на улицу. Красный огонек взвился в небо, еще один. Больше патронов не было. Заметили или нет? Что находится в той стороне? Деревни какие-то. Насколько далеко? Пытаясь успокоиться и взять себя в руки, Ольга пошла в конюшню к Снежинке. Светлогривая кобыла светло-рыжей масти была ее любимицей и единственной оставшейся на ее попечении лошадью. Угостив Снежинку кусочком морковки, Ольга прижалась щекой к ее шелковистой шкуре, поглаживая по шее. Близкое общение с лошадьми всегда приводило ее в состояние если не счастья, то умиротворения и покоя. Снежинка понимающе негромко заржала, кося на Ольгу влажным карим глазом. Беспородная неказистая простушка, как и ее хозяйка, нрав имела покладистый и незлобивый.

Во ВНИИ коневодства Ольга работала уже десять лет из своих двадцати девяти. Но лошадьми заболела еще в детстве. В школе Ольга училась неважно, перебиваясь тройками и четверками, но для поступления в колледж на специальность зоотехния большего и не требовалось. Закончив учебу, она устроилась на работу в институт. В ее ведении находились частные лошади, владельцы которых навещали их обычно по выходным. Все остальное время лошади находились под Ольгиной опекой. Здесь она была на своем месте, полностью отдаваясь любимому делу. Не каждому так везет в жизни. Лошади были ее самой большой любовью и смыслом жизни.

С личной жизнью не сложилось. Немного напоминающая внешне любимых лошадей, Ольга не привлекала внимания мужчин, а стеснительность не позволяла ей самой проявить инициативу. Она уже почти и не переживала по этому поводу, вот только ребенка с каждым годом хотела все больше. Все же лошади не могли его заменить. Так и жила бы Ольга в своем маленьком мирке несбывшихся желаний, психологических комплексов и женской нереализованности, если бы не появился он – принц.

Принцу было под сорок. Был он брутален, небрит, недостаток двух передних зубов восполнял проникновенным взглядом, из одежды предпочитал спортивные костюмы и майки-алкоголички, позволяющие лицезреть синюшные, кривоватые татуировки на плечах. Треть своей жизни принц по имени Вовчик провел в местах не столь отдаленных, начав знакомство с пенитенциарной системой после окончания девятого класса, когда в честь своего шестнадцатилетия угнал машину соседа, дабы прокатить упившихся вусмерть пацанов. Покатался на пять лет. А жизнь свою пустил под откос навсегда. На воле Вовчик чувствовал себя не в своей тарелке. Не хватало какой-то стабильности и определенности, что-ли, и четкого распорядка дня. Ну не умел он сам планировать свою жизнь и отвечать за неё. Возможно поэтому и возвращался в простой и понятный для него зарешеченный мир исправительных колоний ещё дважды. На пороге сороковника Вовчик вдруг призадумался – хотелось уже чего-то своего – футбольной трансляции на экране большого телевизора под пиво и таранку, блинчиков со сметаной по воскресеньям, зашитых штанов. Обеспечить все это могла только баба. Вовчик огляделся по сторонам в поисках подходящей дуры. И дура нашлась – они всегда находятся.

Руководствуясь принципом – на безрыбье и рак рыба, бабы часто подбирают и пытаются обиходить всякую шваль, раздувая до небес самомнение у самых никчемных и завалящих мужичков. И непонятно, то ли жалостливы они без меры, то ли в погоне за социальным статусом замужней дамы смешат окружающих своими плюгавенькими «наполеонами».

Вовчику повезло – Ольга была относительно молода, не обременена спиногрызами, не пила, имела постоянную работу и приносила в дом стабильные деньги. Нетребовательная и неприхотливая, как придорожный лопух, свое нежданное сокровище Ольга оберегала всеми силами: варила супчики (у Вовчика был гастрит), крутила котлетки, стирала носки, подарков не просила и головными болями не мучилась. Упиваясь своей новой – почти семейной жизнью, словно молочным коктейлем, Ольга лелеяла своё счастье, все время опасаясь какого-то подвоха. Вдруг избранник уже женат (неудобно как-то спрашивать в лицо, язык не поворачивается), вдруг разлюбит её – простушку деревенскую, соблазнившись кем-нибудь помоложе, да посимпатичнее. А Вовчик, устроившись со всем возможным комфортом, сидел у неё на шее, свесив ножки вниз. Майки-алкоголички сменились наглаженными рубашками, изрядно поредевший от времени чуб был аккуратно подстрижен, во рту сияли новенькие коронки, а впалые прежде, точно у бродячего пса, бока обрастали жирком.

Выходные апокалипсиса Ольга провела, как всегда, на конюшне, с удивлением отмечая, что никто из хозяев лошадей не приехал покататься. Студент, помогавший ей с лошадьми, тоже не пришел. Ольгу это только порадовало, нравилось думать, что лошади всецело принадлежат ей. Жила она в поселке рядом с институтом коневодства, снимая однокомнатную квартирку. Возвращаясь домой поздно вечером в субботу Ольга обнаружила соседку Лизу, незадачливую мать-одиночку, лежащую на пороге своей квартиры. Бросившись поначалу к ней, сразу отпрянула. Лиза была мертва. Ее восьмилетний сын лежал в постели и тоже был мертв. Ольга в панике бросилась домой – Вовчик сидел перед работающим телевизором (кредит за который ей предстояло отдавать еще полтора года, но чего не сделаешь для любимого) в одних трусах, язык вывалился из его раскрытого рта. Вокруг все было заблевано пивом. Дальше события нарастали как снежный ком – беготня по поселку, страх, непонимание. К утру Ольга вернулась в конюшню, окончательно убедившись, что все люди в поселке мертвы. В институте тоже ни одной живой души не оказалось. Но лошади были в порядке.

Конец света Ольга восприняла, как данность. Все ее мысли были о лошадях,