Недотрога для плейбоя - Анастасия Градцева

а ты можешь посмотреть, если тебе интересно. В конце концов, я десять лет занимаюсь борьбой, наверное, это что-то говорит обо мне. Ты ведь хотела меня узнать поближе…как человека?

Я смутилась, узнав свои слова, которые Царев так изящно мне вернул, а он ухмыльнулся и пошел ко входу.

– Не отставай, Мышонок! – бросил он мне через плечо.

Внутри царил полумрак, на вахте дремал какой-то дед, а из-за двери в конце коридора раздавались голоса и шум.

Царев постучал – и вскоре к нам вышел парень, чуть старше самого Кирилла, в синем кимоно и с черным поясом.

– Привет, – он явно был удивлен, – а ты чего приперся? Сегодня же у мелких тренировка.

Кирилл вдруг притянул меня к себе и по-хозяйски приобнял за плечи:

– Да вот девушке наш зал хотел показать! Ты не против?

Секунду парень сверлил нас не очень довольным взглядом, а потом обреченно вздохнул:

– Пусть на скамейке сидит и не мешает, тогда можно. А ты давай дуй мне помогать, раз притащился.

– Да как два пальца, – с некоторым превосходством хмыкнул Царев и подтолкнул меня к двери. – Крис, иди, а я переоденусь и тоже приду.

Я с опаской зашла в зал, послушно села на указанную мне скамейку и огляделась.

Места здесь было довольно много. На полу, выкрашенном синим, выделялись большие желтые квадраты, похожие на маленькие площадки для ринга. Сейчас на них никто не сражался, зато по периметру зала бегали мальчишки, которым было на вид лет семь-восемь. Синие и белые кимоно сидели на них мешковато, пояса были завязаны криво, но пацаны старались – это было видно по их раскрасневшимся лицам.

В борьбе я не понимала ровным счетом ничего, но раз они все вот в этой странной одежде, то это, наверное, что-то восточное. Каратэ там или самбо. Или что еще бывает?

– Приставной шаг! – крикнул им парень, – Пять раз одним боком, потом другим. И не филонить!

Засмотревшись на мальчишек, я пропустила появление Царева, зато когда заметила его…Черт. Если он хотел произвести на меня впечатление, ему это определённо удалось.

Кимоно на нем сидело идеально и безумно ему шло: куртка красиво обрисовывала плечи и открывала вид на крепкую загорелую шею, которая на контрасте с белым цветом формы смотрелась просто невероятно. А вид его аккуратных босых ступней меня отчего-то так сильно смутил, что я срочно перевела взгляд на лицо.

И, судя по довольной улыбке на этом лице, Царев был в курсе, что я его сейчас разглядывала, едва не капая слюной себе на коленки.

Махнув мне рукой, он направился в другой конец зала и стал разминаться. Тоже пробежал несколько кругов, сделал какой-то комплекс упражнений, потом кувырки…

Очень странно было видеть раздолбая Царева таким серьезным и сосредоточенным. Это был он и не он одновременно. А уж когда Кир пошел помогать пацанам – я просто не могла оторвать от него глаз. Он страховал мальчишек во время бросков, терпеливо показывал верное положение рук при захвате, поправлял ошибки, переходя вместе с тренером от одной борющейся пары к другой. В общем, был просто-напросто идеальным! И я видела, какими восторженными глазами смотрели на него пацаны – словно на своего кумира!

Завершилась тренировка упражнениями на растяжку (вот это мне точно было знакомо! Сразу вспомнились любимые когда-то танцы) и какими-то церемониальными поклонами. Мальчишки загалдели и, словно стадо буйволов на водопой, ломанулись в раздевалку. Парень же подошел к Цареву:

– Спасибо, – нехотя буркнул он, – нормально помог, без дураков.

– Услуга за услугу, – Кирилл с полуулыбкой смотрел на него. – Спарринг?

Тренер выразительно глянул на меня, а потом перевел взгляд на Царева.

– И что, мне надо поддаться, чтобы ты себя перед бабой во всей красе показал?

– Рот закрой, – все с той же обаятельной улыбкой посоветовал ему Кирилл. – Если сможешь – валяй меня хоть по всему татами. Разрешаю.

Парень нехорошо улыбнулся:

– Дай мне пару минут, я только пальцы затейпирую, а потом вытру тобой пол. Обещаю.

Но вот только пол в итоге вытерли им.

Это не было дракой в том виде, как ее представляла себе я: никаких ударов, криков боли и прочего. Это были короткие быстрые схватки, когда двое кружат по желтому квадрату, а потом вдруг накидываются друг на друга. Молниеносный, практически незаметный бросок – и один уже лежит на спине. Четыре раза из пяти на полу оказывался тот парень – тренер. И веселее он от этого явно не становился.

В самый последний раз, когда они сцепились особенно зло и через какое-то время оба оказались на полу, Кирилл сделал какое-то неуловимое движение, и голова противника оказалась зажата в его коленном сгибе. Он надавил ногой ему на шею, и парень судорожно дернулся, тут же заколотив рукой по полу. Царев отпустил его и мгновенно откатился в сторону, давая тому возможность подняться.

Парень неловко встал и закашлялся, потирая шею.

– Ты дебил? – зло посмотрел он на Царева. – Аккуратнее с удушающим надо быть, придурок.

– Я ж сказал, что по серьезке спаррингуемся, – пожал плечами ничуть не смущенный Кирилл.

– Иди лучше вон по серьезке на черный пояс сдавай, достал ходить с коричневым, – парень пошел к скамейке, взял стоящую там бутылку воды и стал жадно пить. Меня он в упор не замечал, будто я тут и не сидела.

– А че, стремно, что тебя чувак с коричневым поясом валяет? – поддел его Царев.

– И это тоже, – ухмыльнулся он. – Ты в пятницу-то на нашей тренировке будешь?

– Собираюсь.

– Собирайся, а то мне спарринговать не с кем.

– Тогда точно приду. Спасибо, кстати, что пустил. Васильич бы не разрешил.

– Ну так я и не Васильич, – хмыкнул парень. – Ладно, давайте валите. Мне еще зал закрыть надо.

Они обменялись неожиданно дружелюбными улыбками, пожали друг другу руки, и Кир, подхватив меня под локоть, потащил к выходу.

Он был весь взбудораженный, разгоряченный, от него остро и на удивление приятно пахло солью и почему-то морем. Этот запах кружил голову, ударяя по каким-то глубинным инстинктам,