Недотрога для плейбоя - Анастасия Градцева

– И даже не разрешишь извиниться? – прищурился он. – Мне вообще-то неловко, меня совесть мучит. Подвезти тебя – это минимум, который я могу сделать в свое оправдание.

По его наглому лицу вообще не было заметно, чтобы ему хоть немного было стыдно. Взгляд серых глаз излучал уверенность, а на красивых губах играла самодовольная усмешка – вот реально Царь.

Я быстренько прикинула: если я откажусь, он ведь не обломается – потащится за мной на машине. Будет сигналить, внимание привлекать – а мне еще жить потом в этом районе. Лучше уж сесть к нему и поговорить. Потому что вся эта ситуация на самом деле начинала меня напрягать.

Я молча села на переднее сиденье, а на лице Кирилла засияла торжествующая улыбка. И когда мы выехали со двора, но мое колено опустилась его ладонь.

Что ж, понятно. А что еще от него можно было ожидать? Лена надоела, настало время выбирать другую фаворитку, а я, видимо, как-то понравилась Цареву в «этом» смысле. Не знаю, правда, чем, потому что наверняка Ленка мне в этой области сто очков вперед даст, если не больше.

Я резко сбросила его руку и дрожащим от волнения голосом предупредила:

– Если бы ты не вел машину, получил бы за такое. Я вообще-то не разрешала себя трогать!

– Крис, ну чего ты такая грозная, – ласково протянул Царев, – на вписке была мягкая, как кошечка, а сейчас морозишься.

Я чуть в лицо ему не плюнула.

– Дай подумать. Может потому, что ты мне наутро двух слов не сказал? Или потому, что ты даже не помнил, как меня зовут?

Я так хотела сказать это высокомерно и презрительно, но с трудом сдерживаемые эмоции прорвались наружу, и мой голос буквально зазвенел. Выглядело так, будто я сейчас заплачу. Впрочем, может, так оно и было.

– Оу, Мышонок, ну прости, я был не в себе! Похмелье дикое!

Я вспомнила свежего и бодрого как огурчик Кира, который уплетал мой пирог и заигрывал с Ленкой, и…промолчала. Какой толк сейчас в разбирательствах? Я знала, что он врет. Да и он сам знал, что он врет.

– Башка трещала, плохо соображал, – продолжал убеждать меня в своей невиновности Кирилл, – так что твое имя просто вылетело из памяти, вот и все! Зато я помнил и сейчас помню, – его голос стал низким и вкрадчивым, – что у тебя под левой грудью родинка. И что…

– Замолчи! – выпалила я, мгновенно покраснев до самых корней волос, – Что ты вообще…как ты…и не стыдно?!

– Неа, не стыдно, – Кир лениво мне улыбнулся и снова перевел взгляд на дорогу. – Мышонок, у нас еще полчаса до пары. Разреши я тебя кофе угощу? Тут по дороге есть отличное место…

– Господи, Царев, – тоскливо сказала я, – зачем ты это все делаешь? Оставь меня в покое, пожалуйста!

– Ты мне нравишься, Мышонок, – серьезно сказал он, – вот я и пользуюсь счастливым шансом, который мне случайно выпал.

Да-да, рассказывай. Ленка ему тоже сначала нравилась. И мы все знаем, чем это закончилось. Нет, спасибо, одного раза мне хватило. Я, может, и наивная, но все же не совсем дурочка.

– И что же тебе во мне нравится? – вдруг спросила я.

Кирилл замялся.

– Ну…ты…интересная. Умная.

Ага, конечно, сто раз. Ну хорошо хоть не стал врать, что я красивая.

– То есть я тебя интересую еще и как человек?

– Конечно! – уверенно соврал мне Кирилл.

– Здорово. И ты не планируешь меня просто…ну…ты понял. Как Ленку, в общем?

Вопрос с подвохом. И мне было ужасно интересно, что ответит Царев.

– Поверь, Мышонок! – заверил меня Кир бархатным голосом. – К тебе у меня совершенно особое отношение. Ты удивительная, невероятная…

– Знаешь, а я согласна, – прервала я поток его фальшивого красноречия, – пойдем в кафе. Даже на свидание можем пойти, если хочешь. Но только если ты меня и пальцем не тронешь. Не будешь лапать, не будешь пытаться поцеловать, не будешь делать никаких намеков. Будет хоть одно нарушение – я сразу уйду. И на этом закончим наше общение. А начнешь доставать – пожалуюсь в деканат!

Царев едва не проехал на красный. Дал по тормозам, замерев перед пешеходным переходом, и на красивом лице вздулись желваки. Не похоже, что ему понравилось мое предложение. Сейчас пошлет меня нафиг, а мне того и надо! У меня не было столько выдержки, чтобы часами противостоять его обаянию, мне и так приходилось непросто. Особенно когда я смотрела на его четко очерченные губы и невольно вспоминала, как он нежно целовал меня в шею, облизывал ключицу, а потом прикусывал мочку уха так, что я вздрагивала от совершенно незнакомых сладких ощущений. Мне тогда нравилось…очень нравилось…

– Так что, согласен? – сухо уточнила я, желая поскорее закончить с этим фарсом.

Царев зыркнул из-под нахмуренных бровей очень злым и нехорошим взглядом. Без всякого сиропа, который выливал на меня до этого. Ох, а когда он вот такой, настоящий – пробирает еще сильнее. Прямо до мурашек.

– Понимаю, это не так легко, зато у нас будет возможность пообщаться и лучше узнать друг друга, я ведь тебе интересна как личность, правда? – меня уже несло, а во взгляде Кирилла появилось нечто очень похожее на ненависть. Но одновременно с этим его губы вдруг раздвинулись в улыбке.

– Конечно, согласен, Мышонок. Я готов на все, чтобы лучше тебя узнать.

ЧТО?! Он согласился?

Я не ожидала такого ответа.

Мне не нужен был такой ответ.

Какого фига, Царев?! Что ты творишь?

А внутри – вопреки всем доводам логики! – крохотным росточком пробивалась надежда на то, что я ему и правда понравилась как-то по-особенному. Ведь почему-то же он согласился на мои откровенно неподходящие для него условия?

Глава 9. Мы с тобой одной крови – ты и я

Кирилл злился. Причем на его поведении это никак не отражалось, вел он себя идеально: любезно открыл мне дверь в кафе, помог снять куртку, вежливо поинтересовался, что я буду, но… Но я прекрасно видела