Последнее убежище - Александр Кросс

— Да, есть. Я ношу их на ногах, называются носки. Ничего лучше я тебе не предложу.

— К черту! И это сойдет! Погнали!

Парочка рванула к месту где их ожидала россыпь ржавчины во всех стадиях разложения металла. Это место напрашивалось в первую очередь, потому что казалось самым логичным. Близость к воде и максимально затхлый воздух обволакивающий все вокруг. Затопленный этаж с нижнего уровня. Клинт на ходу стягивал носки и пытаясь не упасть, скакал на одной ноге. Эрик же шел уверенно и лишь с усмешкой поглядывал на коллегу по возможно самому глупому, но самому важному делу общины за последний год. Хоть Председатель и давал людям возможность жить, день за днем выставляя на столы тарелки с супом, но жизнью это можно было назвать с большой натяжкой. Скорее существование среди существ готовых убить за лишнюю крошку. Его власть была неоспорима. Совет носил лишь формальный характер, все давно поняли чье слово главное и кого нужно слушать.

На нижнем уровне трудилось двое худосочных мужчин. Их старания заставляли насос свистя плеваться водой по трубам и вновь совершать следующий глоток. При виде незваных гостей на их лицах проявилась секундная улыбка. Но она тут же пропала, когда взгляд упал на часы. Для очередной смены незнакомцы пришли слишком рано. А для чего новичок и Эрик мечутся по комнате и отдирают куски ржавчины с лестницы и погруженных под воду стен было непонятно. Они как сумасшедшие дети тыкали пальцами на особо крупную рыжую опухоль и сдирая ее голыми руками хохотали. Оторванный кусок разглядывался со всех сторон, после одобрения молодого запихивался в носок. Мужчины у насоса не рисковали открыть рта и спросить, что происходит. На их памяти уже случались приступы психоза, когда люди не выносили заточения и совершали по-настоящему безумные поступки. Так что сбор ржавчины хоть и выглядел не нормально, но все же больше походил на детскую шалость.

— Ты уверен, что она вообще будет гореть? — спросил Эрик держа в руках разваливающийся в руках кусок умирающего металла.

— Придется его хорошенько просушить. — ответил молодой забивая носок под завязку. — По хорошему бы прожечь горелкой, глянем что найдется в лаборатории.

— Думаю это не плохая идея, если уж ты настолько в ней уверен. Ты заражаешь меня оптимизмом. — Ты не представляешь на сколько я рад что оптимизм в этих стенах не передается половым путем. — Клинт расхохотался, добавляя сцене большего безумия. — Иначе пришлось бы радоваться и плакать одновременно.

— Ну знаешь… — Эрик похоже решил, что сказанное имеет какой-то конкретный намек. — Тут людям выбирать не приходится. Главное, чтобы человек был хороший. Но я не из этих!

— Да мне плевать, дружище. Просто буду держать свою задницу от тебя подальше. Ну что там у тебя? — парень указал на носок с ржавчиной.

— Полон. — мужчина приподнял импровизированный мешочек поближе к парню. — Думаешь нам этого хватит?

— Должно хватить. Остается только хорошенько просушить и перемолоть в пыль.

С дикими криками парочка умчалась так же быстро, как и появилась, оставляя насосную смену в недоумении и дальше качать ручку. По крайней мере теперь им будет что обсудить за сегодняшним ужином. Глядишь благодаря двум идиотам, собирающим ржавчину в носки их ужин, станет куда приятнее. Две фасолины в супе пытались напомнить, что дела у общины идут не так уж плохо. И в запаснике остались кое какие консервы. Но все же рассчитывать на долгое существование не приходилось. Возможно месяц и еда иссякнет вовсе, а что настанет после этого? Очередная бойня за последнюю ложку супа. И каждый кто решится на убийство ради этой ложи будет прав. Каждый хочет жить, не важно какой ценой.

Клинт широким шагом ворвался в лабораторию, едва не снося двери с петель. Взгляд непроизвольно упал на шкаф где был найдет пропуск азиата. Пластиковая карта под стелькой словно напоминая о себе чуть сползла с сторону и стала натирать край стопы. Чтобы не выдать себя парень обошел один из столов, сделав вид что ковыряется в поисках чего-то нужного наклонился и поправил черный прямоугольник под стелькой.

— Что ищем? — Эрик растерянно стоял с носком в руке посреди лаборатории.

— Нам нужна какая-нибудь нагревательная хрень. И желательно чтобы она работала.

— Глянь на это. — мужчина держал в руках небольшой флакон с кнопкой и соплом на одном из концов.

— И что это? — Клин разглядел предмет со всех сторон, не понимая, что это.

— Ну как что? Плазменная горелка. Температура до тысячи градусов по Цельсию. У нас в школе такие были для опытов. Но это похоже какая-то навороченная модель, идеально лежит в руке и такая маленькая. К нашим обычно шел баллон размером с крупный огурец. Приходилось держать двумя руками и надеяться, что вся эта конструкция не вывалится под ноги.

— Покажи, как она работает. — парень сделал шаг назад и спрятался за стеллажом.

— Так… — Эрик нажал на кнопку и из сопла вырвался небольшой язычок пламени. Он был идеально правильной формы, без каких-то подергиваний и ответвлений. Просто шарик синей плазмы на конце горелки. — Что-то типа того. Тут еще возле сопла кольцо рассеивателя. Крутишь и плазма распределяется равномерно.

После легкого поворота кольца пламя растянулось в конус, словно свет от фонаря. Вот только свет фонаря светил далеко и ярко. А здесь плазма выходила из сопла на десять сантиметров и замирала, удерживаемая силовым полем. Эрик нажал на кнопку и синий поток густого вещества медленно втянулся в сопло. Прибор хоть и казался непонятной безделушкой, а на деле мог оказаться смертоносным оружием. На одной из сторон датчик указывал расход сгораемой плазмы и замер на пятидесяти семи процентах.

— Отлично. — Клинт снял со стеллажа стеклянную чашу и начал ссыпать в нее содержимое носков. — Возьми какую ни будь штуку с полки и попытайся измельчить ржавчину максимально мелко.

— Не проще воспользоваться ультразвуковой дробилкой? — Эрик ткнул пальцем на очередной прибор. Этот больше походил на маленькую кастрюлю с кучей датчиков на крышке. — Ты что в школе не учился?

— Я-то учился, вот только это было лет 90 назад. — Клинт улыбнулся. — Так что прояви уважение к дряхлому деду.

— Уж извини. Я забываю, что ты немного не из нашего мира. А