Последнее убежище - Александр Кросс

Оба растянулись в улыбке. В разговорах о таком разном прошлом они продолжили качать рычаг насоса пока им на замену не пришла очередная пара мужчин. Истощенные и злые они взялись за рукоять и не говоря ни слова принялись за работу. Эрик и Клинт отправились по своим комнатам. Истощенный мужчина всю дорогу твердил о маршруте чтобы новичок в случае чего мог сам добраться до места работы. Маршрут казался не самым сложным, и после двух трех дней точно запомнится как дорога от школы домой. На одной из развилок лабиринта коридоров пара разлучилась.

Клинт подошел к двери с надписью: «Временно», она была открыта. Внутри при включенном свете можно было увидеть разорванный на клочки матрас. Похоже Эрик не соврал — никто не собирался ждать пока проснувшийся незнакомец соблаговолит поделится шоколадом. В этом мире все берут силой.

8. Свежие идеи

По коридорам прозвучал сигнал из трех коротких гудков сирены. Клинт, устроившийся в лохмотьях матраса словно птенец в гнезде, пытался вскочить на ноги и понять, что происходит. Окружающая его комната совсем не походила на казарму в военной части, белые стены в свету потолочных ламп местами изрисованы непонятными символами, где-то просто исцарапаны. Сознание пыталось найти хоть что-то знакомое, но все знакомое осталось в прошлой жизни. Больше семидесяти лет его тело было заморожено и оставлено лежать до лучших времен. «Консерва» — кажется так его назвал недовольный работяга, прежде чем подтолкнул к рукояти насоса.

Клинт приподнялся на локтях и вспомнил все. Сумасшедшего русского деда, разбитую криокапсулу, Председателя, рассказ Эрика при перекачке воды. Теперь это стало его жизнью. Не существовало ничего что может ее заменить. По щелчку пальцев он потерял не только маму, а целый мир с привычными вещами. Все-таки война была куда проще. У тебя есть винтовка и ты стреляешь в сторону противоположную своим окопам. Если справился с такой не хитрой задачей, значит стал специалистом в военном деле. За тебя уже давно подумали, так что не утруждайся рассуждениями для кого и зачем. Просто стреляй.

В коридоре послышались шорохи, похоже ни один он услышал сирену. Люди спешили занять свои места за столом и отведать вкуснейшего супа. А мог ли быть не вкусным суп если ты получаешь всего одну тарелку? Здесь не выйдет выделываться и выбирать кусочки варенного лука — съешь все до последней капли и попросишь добавки. Но ее уж точно никто не обещал.

Парень выбрался в коридор и увидел шагающих в одном направлении мужчин и женщин. Ничего не оставалось как встать в их дружный ряд и следить куда приведет эта толпа. Шеренга из двадцати людей словно змея огибала каждый поворот и плавно растеклась по большому залу со столами. К этому моменту на металлической поверхности столешниц уже выстроились в ряд пластиковые тарелки с похлебкой. Люди похоже знали свои места и быстро заняли их. Одно из мест в центре осталось пустым. Клинт огляделся по сторонам и поняв, что здесь больше никого нет занял его чуть подвинув локтями соседей.

Суп пусть и не походил на шедевр кулинарного искусства, но все-таки парил мясным ароматом. Кое где в бульоне попадалась консервированная красная фасоль. Похоже именно она давала супу чуть красноватый суп. Сидящий справа сосед заглянул в тарелку Клинта и проглотил слюну. Пластиковая ложка мужчины несколько раз зачерпнула суп и не нашла там ни одного боба. В этой лотерее ему выиграть не получилось. Клинт поймал пару фасолин и перекинул в тарелку расстроенному мужчине. Тот расширил глаза так словно только что аллигатор пожелал ему доброго вечера.

— Приятного аппетита. — парень замялся. — Или как там у вас принято говорить?

— Ты отдал мне фасоль. — едва слышно прошипел мужчина.

— Очень на это похоже. — Клинт недоумевал от поведения странного мужчины. — Это проблема?

— Это фасоль! — с явным восторгом прошипел тот.

— Мать его, да! — парень вскинул руки над головой. — Это фасоль!

Все вокруг застыли с ложками у рта. Кое кто выронил уже пустую тарелку из рук и выпучив глаза пялился на парня. Наверное, прерывать трапезу восхвалением фасоли не стоило. Клинт опустил вскинутые руки и принялся есть, глядя исподлобья на окружающих. Те поерзали на своих стульях и продолжили трапезу. Никто не решился вставить свой гневный комментарий, тарелка перед носом была куда дороже потраченного времени. Суп был не дурным, если не считать того что на послевкусии было немного горечи. Все могло исправить немного соли, но похоже соль здесь была под запретом вместе с чувством юмора. Все молча хлебали и старались не смотреть друг на друга.

— А что у вас тут не принято обсуждать прошедший день? — парень попытался затянуть рутинный разговор ни о чем.

— Мы едим. — сосед закинул очередную ложку в рот и старательно пытался не выловить фасоль, явно оставляя ее на десерт.

— Согласен. Я так понимаю тут не бывает представлений или всяких таких развлекательных штук, чтобы хоть немного развеется.

— Мы собрались есть. Нам нечего обсуждать. — серьезное лицо соседа стало еще более хмурым.

— Да брось. — Клинт пытался продавить беседу. — Как же обсуждения насоса? Я так не работал руками с четырнадцати лет, когда нашел снимки Эвилин Джой. Чуть член не сломал.

Сосед пошевелил уголком рта и тут же вернул лицу каменную серьезность. Парень поднял голову и не боясь осмотрел каждый угол у потолка. Никаких датчиков движения, биосенсоров и камер не было. Почему люди настолько зажаты во время приема пищи было непонятно. Обычно люди теряются в чужой компании и стараются лишний раз не раскрывать рта. Но здесь же они сидят два года плечом к плечу и пережили невероятные страдания. Смерти близких в открытом мире. Смерти близких в закрытом мире за гермодверью. Неужели никто не хочет сказать и слова?

— Заходит как-то ковбой в бар и заказывает рюмку виски. — Клинт выкрикнул фразу поверх голов. Все тут же замерли. — Бармен спрашивает ковбоя, что его расстроило? Дело в том, отвечает тот, что я узнал, что мой племянник гей. На следующий день он заказывает уже две рюмки. Что в этот раз, спрашивает его бармен. Я узнал, что и мой сын гей, отвечает ему ковбой. На