Ночные мстители - Франтишек Чванда

обыски рабочих. Позднее, когда динамита стало больше, к этой работе привлекли слесаря Яромира Шкуту, который спускался вниз для ремонта рудничных локомотивов. Пользуясь этим, он забирал динамит из тайника, клал его на дно своей слесарной сумки, прикрыв инструментом, и вывозил из шахты.

На поверхности также имелись тайники, в которые Ридель складывал динамит, вывезенный из рудника. Оттуда его относил на свою квартиру Ульман. Шкута носил динамит прямо к Ульману. У того его забирал Ихновский, а позднее и Чапка, который брал его к себе домой в Пасков и закапывал в саду. В нескольких случаях динамит привозили в Пасков поездом либо на велосипеде Шкута, Венделин Можел и Зденек Базала.

Безруч вывозил динамит в землемерной сумке и передавал его на снабженческом складе Ихновскому. Оттуда Гурношек перевозил его через границу протектората в Рихвальд, ибо по договоренности с Пешелом было решено, что отряд наряду с другими запланированными операциями будет взрывать железнодорожные эшелоны. Динамит, зарытый в саду у Гурношека в Рихвальде, предполагалось использовать для диверсий на Кошицко-Богуминской железнодорожной линии. Позднее были подобраны надежные люди, которые закапывали динамит во дворе своего дома, среди них был и Эвжен Безруч. Это делалось для того, чтобы гестапо не смогло обнаружить весь запас динамита сразу, в одном месте, и чтобы не оставить отряд без взрывчатки.

О размахе предпринятых действий по добыванию динамита этим путем, а тем самым и об опасности, которая угрожала людям, занятым этим делом, можно судить хотя бы по тому, что указанные выше несколько человек припрятали, вывезли на поверхность и переправили в надежные места около двухсот килограммов взрывчатки.

Подобным же образом доставали и взрыватели. Когда обнаружилось, что они не такие, какие требовались отряду, Ридель обменял их на складе на нужные прямо за спиной надсмотрщика Клейна, отвечавшего за выдачу взрывателей.

Еще несколько слов об изготовлении мин.

Заряды для совершения диверсий на железных дорогах и разрушения мачт электропередач изготовлялись из маннесмановских труб определенного диаметра и длины. К нижнему концу прикреплялось дно, верхний конец имел резьбу для завинчивания крышки. В стенке трубы просверливалось отверстие для выведения взрывателя. Эти заряды весили около пяти килограммов.

Первые три корпуса для зарядов изготовили в слесарной мастерской, слесари Зухницкий и Черны, совершенно не подозревая о том, где они будут применены, Ульман, мастер в этой мастерской, поручая им эту работу, сказал, что корпуса после наполнения будут служить гирями для самозакрывания рудничных дверей.

Позднее были изготовлены меньшие заряды круглой и брусковой формы весом один-два килограмма, чтобы их можно было легче доставлять на место диверсий.

Корпуса для них изготовил кузнец Антонин Майер в своей мастерской в Остраве-Пршивозе. Ульман заказал их у него как сейфы для хранения бланков и документов на случай воздушных бомбардировок.

Большинство же корпусов для мин изготовили Яромир Шкута и Венделин Мохель. Всего на руднике «Франтишек» было изготовлено для нужд отряда двенадцать корпусов, предназначенных для зарядов весом один-два килограмма и семь брусковых корпусов, в которые можно было уложить по семи килограммов динамита.

Но этого отряду было мало. Поэтому Ихновский вошел в контакт со своим знакомым, бывшим поручиком Выстрчилом, работавшим на руднике «Зарубек». Выстрчил с помощью тамошнего мастера Эмиля Пайора и нескольких слесарей изготовил большое количество корпусов для зарядов разного типа.

Разумеется, это требовало большой смелости и в то же время осторожности, так как корпуса можно было изготавливать только в рабочее время. В нерабочее время запрещалось кому бы то ни было оставаться в мастерской. Немцы часто проверяли, как выполняется этот приказ.

Готовые корпуса для зарядов доставлялись на квартиры Ульмана, Выстрчила и Ихновского, а оттуда, как и динамит, развозились одними и теми же людьми в разные места.

Позднее, когда уже освоили производство корпусов для зарядов, Шкута и Мохель приступили к изготовлению ручных гранат, которые должны были применяться в боях при отступлении немцев. Запалами в этих гранатах служили взрыватели замедленного действия.

Особых усилий потребовало конструирование взрывателей. По проекту поручика Мартинека и поручика Чапки изготовили первый взрыватель, используя принцип сообщающихся сосудов. В нижний небольшой стеклянный сосуд вкладывался пробковый поплавок, оклеенный станиолем, который при понижении уровня жидкости до определенной высоты соединял два контакта, и заряд взрывался. Эти взрыватели были очень неудобны в обращении и малонадежны. Поэтому их заменили взрывателем более простой конструкции. Это был небольшой сосуд цилиндрической формы с двумя контактами на дне. Поплавок также был оклеен станиолем. Сосуд наполнялся эфиром либо водой. При понижении уровня до самого дна поплавок соединял оба контакта, и заряд взрывался. Этот тип взрывателя изготовил Ян Коминек из Свиаднова по проекту поручика Мартинека.

Более совершенные взрыватели сконструировал мастер Ульман, используя принцип химического воздействия ртути на олово. Это была стеклянная трубка, снабженная на одном конце латунным колпачком, в котором просверливали отверстие. Отверстие запаивали слоем олова определенной толщины. Трубку наполняли ртутью, которая примерно в течение трех часов разъедала олово и попадала в корпус взрывателя, изготовленный из дерева. В корпусе закреплялись два контакта, приводившие взрыватель в действие. Из-за плохого качества олова взрыватели не всегда срабатывали вовремя. После не слишком успешных результатов к одному взрывателю стали применяться две ртутные трубки. Ртутные взрыватели изготовляли Шкута и Мохель на руднике «Франтишек».

Позднее мастер Пайор из рудника «Зарубек» изобрел более совершенный взрыватель. Но его не успели применить.

Наряду с взрывателями замедленного действия изготовлялись взрыватели, срабатывавшие при наезде локомотивов. Одним контактом в них служила часть винта с резьбой, другим — свинцовая пластинка. Контакты изолировались друг от друга пропитанной маслом тканью, затем обертывались ею как одно целое и вкладывались в небольшой жестяной корпус. Корпус с помощью удлиненных концов прикреплялся к головке рельса.

Взрыватели делал Ульман на своей квартире, а жестяные корпуса для них — Шкута.

В сотрудничестве со специалистами рудников отряду удалось получить хотя и малонадежный, но все же достаточно годный к употреблению взрыватель замедленного действия, что позволило провести ряд значительных диверсий еще в 1943 году. Первый успешно сработавший взрыватель смастерил Чапка. Затем на своей квартире он научил изготовлять взрыватели и заряды Выстрчила, Гурношека, Баржину и Ихновского.

Широко разветвленная сеть организации, обеспечивавшая поставку всех самых необходимых материалов, позволяла подпольщикам совершать все новые и новые диверсии. Чтобы затруднить оккупантам поиск и отвлечь их внимание от Остравы, руководство отряда решило провести новую операцию в более удаленном месте.

Мартинек вспомнил про своего знакомого, с которым в свое время учился в военной академии, поручика Рихарда Госпоша. С согласия руководства он поехал к нему в Границе и договорился с ним о выводе из строя линии электропередачи