Ночные мстители - Франтишек Чванда

явились школьный инспектор Меншик, Франтишек Госковец, Томаш Стрнад, Йозеф Ботко, Антонин Витковский, Карел Ковал и многие другие.

Только двум членам организации удалось избежать ареста. Это были Виктор Суский и Йозеф Божек из Гержманице. Божека сумел предупредить сам Скларж.

Скларжа на допросе спрашивали и о Божеке. Он не признался, что знает его. Его бросили в автомашину и в сопровождении Ланга и агента Касика отправили в Гержманице. Перед Гержманице он попросился сходить по нужде. Когда ему разрешили это, он неожиданно перепрыгнул через канаву и скрылся от преследователей за ближайшими домами. Прибежал к Божеку и предупредил его о грозящей опасности. Божек немедленно бежал в Словакию и благодаря этому уцелел. Скларжа гестаповцам тоже не удалось поймать.

После освобождения Чехословакии от гитлеровцев сами гестаповцы указывали, что в районе Пршерова и Остравы всего было арестовано около девяноста членов «Львицы». Авторы отчета гестапо о деятельности «Львицы» от 6 ноября 1946 года указывают: «В декабре 1942 года членов «Львицы» в остравской гестаповской тюрьме было около четырехсот».

Так завершила свою деятельность подпольная организация «Львица».

Она не имела четкой политической программы, в ней объединялись люди самых различных взглядов: и крайне левых, и правых. Они составляли свои небольшие группы. Характер групп, как правило, зависел от политических взглядов ее руководителя, так как руководитель вовлекал в организацию главным образом людей, близких себе по убеждениям.

Любопытен следующий эпизод. Когда Отакар Кобловский пришел к Йозефу Шкуте с предложением создать в Остраве подпольную организацию, он принес ему вышитую золотом фигуру львицы и изготовленные из желтой материи серп и молот. Эти эмблемы должны были стать символом организации «Львица». Однако Шкута из осторожности спрятал эти предметы. Они увидели свет снова лишь 23 января 1964 года, когда их передали автору настоящей книги.

Организация «Львица» готовилась к выполнению ответственных заданий с целью дезорганизовать военное производство в районе Остравы. Но до этого не дошло. Среди руководителей «Львицы» не было единства взглядов по этому вопросу. В донесении остравского гестапо от 17 марта 1943 года вышестоящему начальству в Брно сообщается, между прочим, следующее: «Как установлено, от проведения диверсий пока что отказались, так как некоторая часть подпольщиков с этим не согласилась…» Главная же причина, по которой диверсии так и не осуществились, заключалась в предательстве Йозефа Бячека и Яна Касика, по вине которых почти вся организация была разгромлена, а ее члены в подавляющем большинстве арестованы.

30 ноября 1942 года арестовали Йозефа Лузара, который, как уже было сказано, привлек в организацию «Львица» нескольких молодых офицеров. Однако на допросе в гестапо он о них не упомянул, поэтому все они остались на свободе. И все же напуганные массовыми арестами, они оставили подпольную деятельность.

Лишь позднее, когда волнения вокруг «Львицы» улеглись, группа офицеров снова включилась в работу, однако на этот раз очень осторожно. Это было летом 1943 года.

Йозефа Чапку, очень инициативного, смелого и постоянно изобретавшего все новые планы нанесения вреда оккупантам, избрали руководителем группы сопротивления, которая тогда рождалась. От прежнего названия «Львица» (или еще «Белая львица») отказались. Группа продолжала оказывать помощь семьям арестованных деньгами, продовольствием и продовольственными карточками. В этом направлении наиболее активно действовали Ян Баржина, Йозеф Чапка и Рудольф Ихновский, последний руководил отделом снабжения на руднике «Франтишек» и, используя свое положение, доставал продовольственные карточки, ордера и др.

Но это была только одна сторона подпольной деятельности. Руководство группы решило нащупать связь с заграницей, откуда можно было бы получать конкретные указания по развертыванию дальнейшей работы и оружие. Поиски длительное время оставались тщетными. Однажды, когда Ихновский остался один в канцелярии, к нему зашла уборщица Мария Птакова и сказала, что ее знакомая Йозефа Стршеднява из Остравы-Пршивоза хотела бы поговорить с ним о каком-то политическом деле. Когда Ихновский согласился, она дала ему адрес и назначила день, когда надо было пойти по этому адресу.

На встрече с Ихновским Стршеднява сообщила ему, что у нее в Польше есть сестра, связанная с польской подпольной организацией, руководимой областным начальником Освенцимско-Катовицкой области Ендаки и носящей название «Чарны Юр». Она попросила поддержать эту организацию, которая помогает заключенным лагеря Освенцим.

Ихновский передал содержание этого разговора Баржине и Чапке, и все вместе они решили оказывать возможную поддержку польской организации. Вскоре Стршеднява уже отвозила первые свертки, в которых были лекарства, витамины, обувь, одежда, резиновые плащи от дождя и т. п. Кроме того, она получала от Ихновского продовольственные карточки на мясо, жиры и хлеб, на них покупала в Остраве продукты питания и отвозила их в Польшу.

По разнообразию запросов, передаваемых от польской организации Стршеднявой, можно было судить, что это очень крупная организация. Чтобы убедиться в том, что эта организация заслуживает доверия, руководство «Львицы» через Ихновского попросило Стршедняву помочь освободить из концентрационного лагеря Освенцим Йозефа Лузара. Ендаки пообещал выполнить просьбу, упомянув при этом, что ему это уже в нескольких случаях удавалось, но попросил тридцать тысяч марок для подкупа начальства лагеря.

Большая часть затребованной денежной суммы вскоре была найдена отчасти путем продажи продовольственных карточек на черном рынке, отчасти из собственных сбережений членов группы. Стршеднява отвезла деньги в Польшу. Однако освободить Лузара не удалось. Деньги были возвращены и использованы для оказания помощи семьям арестованных.

Было еще раз решено проверить, о какой, собственно, организации в Польше идет речь, стоит ли устанавливать с ней сотрудничество и, главное, связана ли она с заграницей. Ихновский попросил Стршедняву устроить встречу с Ендаки. Встреча вскоре состоялась в Польше в Крзанове на квартире сестры Стршеднявы. Там Ендаки ознакомил Ихновского с деятельностью своей группы (оказалось, что она не связана с заграницей) и с планами на будущее. Для выполнения их требовалось оружие, и он попросил его у Ихновского. Тот не мог его обещать, так как у членов группы, за исключением Чапки, оружия не было. После этого Ендаки потерял интерес к дальнейшему сотрудничеству.

Установить связь с заграницей не удалось, и подпольщики решили упорно добиваться ее в дальнейшем. Постоянный инициатор всех мероприятий Чапка решил не терять времени зря. У него было достаточно свободного времени, и он начал в своей округе высматривать объекты для диверсий.

Опыт у него уже имелся. Еще летом 1942 года он попросил Ихновского достать ему крепкие клещи-кусачки. Получив их, он начал осуществлять мелкие диверсии. Перерезал семафорные и телефонные провода вдоль железнодорожной линии Острава — Фридлант на Остравице, отвинчивал рельсы, клал на рельсы различные предметы.

В то время Ян Баржина сумел достать у аптекаря Карела Тына в Паскове фосфор, который потом попал в руки Чапки. Вместе с Велеславом