Золото дракона - Пирс Энтони

— Да ты никак с ума сошел!

— Один жалкий бандит, — повторил Келвин; мысли юноши метались как встревоженные муравьи.

— Но есть другие! — продолжал он, вдохновленный внезапной идеей. — Много других, как сказал ваш сын.

— Что это ты несешь?!

— Он может рассказать всем. Он и его жена. О нас. О том, что с ними сделали. Мы больше не позволим продавать в рабство девочек и мальчиков. Не допустим, чтобы кто-то грабил, воровал или убивал, как Чики Джек.

— Мы сделаем это! Сделаем, — верила женщина.

Морвин остановил ее взмахом руки.

— Хэклберри, мне кажется ты неплохо придумал. Пусть он все передаст своим дужкам, но если снова примется за старое, выпустим из него кишки.

— Верно, сэр! — воскликнул Келвин, мгновенно ослабев от облегчения.

— Боги, из тебя и в самом деле может выйти настоящий вождь! Никогда не предполагал!

Самому Келвину это тоже в голову не приходило, он просто хотел избежать убийства, и вот подвернулось подходящее извинение! Вполне приемлемое, конечно, но всего лишь предлог… Может быть, возможно, что это Пророчество не такая уж бессмыслица.

Но в глубине души он ужасно хотел, чтобы отец оказался прав.

12. Драконьи ягоды

— Но я даже не могу ничего сделать без драконьих ягод! — запротестовала Хелн Фламбо.

— Мы их потеряли на Рынке Девочек. Я готова попробовать, если мы достанем еще немного.

Келвин надеялся, что Хелн не захочет так рисковать, но вслух этого сказать не мог. Что если она отравится? Может, в тот раз просто повезло?

— Значит, придется раздобыть еще ягод, — решил Морвин Крамб. — А кроме того, нам необходима вся чешуя дракона, чтобы не испытывать нужды в золоте. Джон сказала, что вы ободрали только спину твари, это легче всего.

Будь проклята его болтливая сестрица! Теперь придется возвращаться к дракону, а Келвину совсем не хотелось видеть чудовище, пусть даже дохлое.

— Возьмем людей побольше, чтобы перевернуть зверя, — продолжал Мор. — А Джон пока наберет корзину ягод.

— Ага! — воодушевленно согласилась Джон.

— Я тоже могу пойти, — предложила Хелн.

— Нет! — закричал Келвин.

— Но почему нет, Келвин? Ягоды ведь для меня.

— Не хочу видеть тебя в стране драконов! А вдруг там еще один?

— Ну… возможно…

— Господи, Хелн, как подумаю, что с тобой может случиться?

— Тогда ты будешь обо мне заботиться? — полувопросительно, полуутверждающе выдохнула Хелн, словно сделав величайшее открытие.

— Конечно… я…

Но тут на Келвина вновь напала застенчивость.

— Он прав, Фламбо, — вмешался Морвин. — Страна драконов не место для женщин.

— Погодите, — запротестовала Джон. — Я…

— И для детей, — добавил Мор.

Джон тут же взвилась;

— Не позволю! Посмейте только не взять меня! Я нашла эти ягоды! Я знаю, где они!

— Верно. Я уже сказал, ты идешь с нами. И кончим на этом!

Джон запрыгала было от радости, но тут же замерла:

— Но кто же я? Ни женщина, ни ребенок.

— Рыцарь! — бросил Мор и отошел к лошадям.

— Да! Конечно!

Вновь обрадовавшись, девочка поспешила следом.

Хелн повернулась к Келвину:

— Пожалуйста, поосторожней, — грустно прошептала она. — Не знаю, что буду без тебя делать.

Келвин уже который раз побагровел. Почему он так беспомощен в ее присутствии? Она без конца давала ему возможность сказать что-то важное, но ничего не выходило.

— А… ну да, — промямлил он, как всегда и поспешил присоединиться к остальным.

Их было уже около тридцати: фермер, горожане, те, что раньше называли себя членами Братства Крамба, а теперь именовалось Рыцарями Круглоухого.

Одетые в домотканые коричневые и зеленые панталоны, выкрашенные соком кореньев и ягод, они совсем не походили на армию, и даже пахло от них навозом. Что за сброд, что за цели! Они возвращались в страну драконов, чтобы отыскать там гниющий труп, сорвать с него чешую и найти драконьи ягоды.

— Ты играешь на этом?

Лестер протянул мандахо, найденное в сумке Джон.

— Немного. Это мое.

— Поиграй. Сейчас.

Келвин, поколебавшись, проверил хорошо ли натянуты струны. Он знал, что игра его далеко от совершенства, и пожалуй, даже ниже среднего, но ему нравилось играть и петь для собственного удовольствия, особенно теперь, после событий, так круто изменивших жизнь.

— Фортуна позвала, — затянул он любимую песню. — Фортуна позвала…

Джон вытащила новую пращу и камешек. Как и в прошлое путешествие в страну драконов, она все время оглядывалась в поисках сквирбетов.

— Говоришь, нужно ехать вдоль берега? — спросил Мор.

Келвин кивнул. Скоро в небе покажутся базвулы, эти черные хищные птицы. Обычно они считались дурным предзнаменование.

— Вон там! — воскликнул Лес.

Ветер донес запах разложения. Келвин невольно зажал нос, к горлу подступила тошнота. В эту секунду он еще яснее сознавал, что не годится ни в вожди, ни в героя.

— Да, это драконья вонь, — улыбнулся Мор, так широко, словно говорил о модных духах или… Но тут внутренности Келвина вновь перевернулись.

— Смотрите, базвулы не садятся, а только кружатся в небе, — заметил Лес Крамб.

— Какая разница? — отозвался Мор. — Труп там, чешуя тоже. Это главное.

— Был еще один дракон, — вмешалась Джон. — Мы видели его следы. Выглядело все так, будто они дрались.

— Или спаривались? — спросил Лес.

— Почти одно и то же, — бросил Мор.

Келвин вновь убрал мандахо. Как обычно, почти никто не обращал внимания на его игру. Значит Мор и Лес пришли к такому же заключению. Драконы, вероятно, встретились не в поединке. Означает ли это, что другой где-то поблизости? Ведь иногда скот приходится случать несколько раз, прежде чем самка забеременеет, может и для драконов это правило применимо. Что если самка вернется и увидит людей, занятых обдиранием чешуи? При одной мысли об этом Келвин вздрогнул, но кроме него, очевидно, никого это не взволновало. То ли они глупы, то ли он трус! Почему-то Келвину не нравилось ни то ни другое.

В том месте, где река делала резкий изгиб, по группе всадников пробежал шепоток, и вскоре все тянули шеи, стараясь получше увидеть то, что лежало на земле.

Те, что ехали сзади, выдвинулись вперед, оставив сзади брата с сестрой, Крамбов, Кейта Сандерса и коренастого седого Гастона Хейса.

Келвин недоумевающе нахмурился. Что-то было неладно, только вот что?!

— Волнуешься, мой храбрый братец? — весело спросила Джон, как всегда каким-то образом учуявшая мысли Келвина.

Только сейчас тот сообразил в чем дело.

— Чешуйки… они рассеяны по земле, как лепестки цветка. Мы так их не оставляли. Нагрузили все, что могли, на Мокери, а остальное аккуратно сложили около трупа. Разве не так, Джон?