Беглец - Алекс Рудин

— кивнул эксперт, подходя к нам. — Магический фон понижен вокруг того места, где, по словам подозреваемого, был портал.

— Вы меня в чем-то подозреваете? — изумился Зимин.

— Ну и каковы ваши выводы? —, не обращая внимания на профессора, нетерпеливо спросил Зотов эксперта.

— Во-первых, портал здесь действительно был. Ну, или какая-нибудь другая магическая аномалия. Во-вторых, этот портал, несомненно, питался магической энергией из нашего мира.

Профессор Зимин недоверчиво переводил взгляд с Никиты Михайловича на меня.

— Но ведь я открыл портал у себя на кафедре, — напомнил он. — Портал появился сразу после того, как я провел ритуал.

— Все говорит о том, что это обычное совпадение, — поморщился Никита Михайлович.

Пока мы осматривали парк, начало темнеть. Небо хмурилось, порывы ветра окрепли.

Кажется, собирался дождь.

За долгий сегодняшний день я порядком проголодался и очень хотел поскорее оказаться дома.

— Никита Михайлович, вы не возражаете, если я сам скажу Сергею Николаевичу правду? — тихо спросил я Зотова.

Начальник Тайной службы пожал плечами.

— Почему бы и нет? Похоже, вам он доверяет.

— Что вы хотите мне рассказать? — с растерянной улыбкой поинтересовался Зимин.

— У вас нет магического дара, — прямо сказал я. — Это я почувствовал сразу, как только мы с вами познакомились. Никита Михайлович подтвердил — ошибки быть не может. Сергей Николаевич, вы никак не могли открыть портал в другой мир.

— Черт, — огорчился профессор. — А я так надеялся, что мне наконец-то повезло.

— Вы же сами сказали, что в вашем мире нет магии, — напомнил Зотов. — Так почему вы решили, что магические способности должны появиться у вас?

— Я просто надеялся, — обескураженно признался Зимин. — Понимаете, все так удачно сложилось — зелье и сразу же портал. Но подождите! Ведь портал открылся и во второй раз, когда я только пришел в парк! Как это получилось?

— Дело в том, что теневой портал, через который пришли вы, каким-то образом связан с порталом, ведущим в Лачангу. Это магический город.

— Знаю, — кивнул Зимин. — Я читал о нем в газетах.

— Видимо, порталы открываются одновременно, — объяснил я. — Если так, то вам повезло дважды, нет, даже трижды. Вы смогли вернуться в свой мир, а затем снова прийти сюда.

— Ну и ладно, — решительно махнул рукой профессор. — Нет у меня магического дара. Подумаешь! Зато я все-таки попал в магический мир.

Он не терял оптимизма, и мне это нравилось.

— Думаю, мы сможем вернуть вас обратно, — вмешался Зотов — Мы предполагаем, что теневой портал питался от повышенного магического фона в Императорском лицее. Сейчас фон понижен, поэтому портал и не открывается. Но это легко поправить. Мы привезем сюда несколько мощных магических накопителей, и портал снова сработает. Не расстраивайтесь, господин Зимин, вы вернетесь домой. А вот нам с вами, господин Тайновидец, предстоит работа. Нужно сделать так, чтобы этот теневой портал закрылся навсегда. Разумеется, после того, как господин Зимин покинет наш мир. Пока теневой портал не перестанет работать, порталом в Лачангу тоже нельзя пользоваться.

— Послушайте, а можно мне остаться здесь? — спросил профессор. — Я уже говорил Александру Васильевичу, в вашем мире мне нравится куда больше, чем в моем собственном. Честно говоря, я всю жизнь мечтал оказаться в каком-нибудь магическом мире.

— Почему вы не хотите возвращаться? — полюбопытствовал я. — Только честно.

— Меня там никто не ждёт, — развёл руками Зимин. Семьи у меня нет, кроме дальних родственников. Да и они…

Тут он замолчал и с досадой поморщился.

— Как вы считаете, Никита Михайлович, может профессор Зимин остаться в Империи? — спросил я начальника Тайной службы.

— Опять вы за свое, Александр Васильевич, — проворчал Зотов. — Впрочем, почему бы и нет. В этом мире с вашей помощью появилось столько магических существ, что одним больше, одним меньше — разницы никакой. Но для начала вам, господин профессор, придется проехать со мной в управление. Там я вас еще раз допрошу, а затем пройдете проверку у менталиста.

— Это что-то вроде гипноза? — загорелся любопытством профессор.

— Ментальная магия, — кивнул Зотов. — Предупреждаю, менталист способен прочитать все ваши мысли. От него вы не сможете ничего утаить. Неприятных последствий не будет, можете не волноваться.

— Не хочется, чтобы кто-то копался в моей голове, — добродушно улыбнулся Зимин. — Но если это нужно…

— Необходимо, — кивнул Зотов. — А сейчас идемте, я вызвал сюда мобиль.

— Подождите, Никита Михайлович, — вспомнил я, — профессор отдал мне один любопытный артефакт. Как вы его называете?

— Телефон, — напомнил Зимин.

— Да, вот он.

Я достал из кармана телефон и протянул его Зотову.

— Может быть, ваши специалисты разберутся, как он устроен?

— Позвольте, — заинтересовался Леонид Францевич.

Он отобрал телефон у Зотова и быстро спрятал его в саквояж.

— Потом посмотрю на досуге.

Мы вместе направились к выходу из парка.

Леонид Францевич и профессор Зимин шли впереди. Эксперт увлеченно рассказывал профессору о преимуществах жизни в нашем магическом мире.

— Вы даже не представляете, насколько разнообразна здесь кухня, — вещал он. — Возьмите хотя бы «Долгожданную радость». Этот трактир держит бывший императорский повар, господин Иевлин, и готовит он восхитительно. Кстати, Александр Васильевич хорошо знаком с господином Иевлиным, и с радостью покажет вам этот трактир.

Мы с Зотовым отстали на несколько шагов.

— Что вам сказал император? — негромко спросил меня Зотов.

— Мы решили бороться, — так же тихо ответил я. — У меня появилась сумасшедшая идея, и император ее поддержал.

— Что за идея? — полюбопытствовал Никита Михайлович.

— Я хочу, чтобы в Императорской Академии преподавали магические существа, — коротко ответил я.

— Неожиданно, — оценил Зотов, — но ничего другого я от вас и не ждал. Надо же, как любопытно получается! Как только вам понадобились новые преподаватели, так тут же у вас появился знакомый профессор из другого мира. Что-то это не слишком похоже на случайность, Александр Васильевич.

— Если вы считаете, что я специально заманил господина Зимина в наш мир, то вы ошибаетесь, — улыбнулся я. — Для меня наша встреча такая же неожиданность, как и для него.

— Да нет, вас я ни в чем не подозреваю, — покачал головой Никита Михайлович. —