Красавица и чудовище - Татьяна Тарасова

Такова история рождения программы олимпийского года. Мы проиграли в том сезоне чемпионам мира, проиграли «Болеро» Торвилл и Дина, их вершине в спорте, но мы шли своим путем, в фигурном катании нет двух первых мест, а приходилось сравнивать два совершенно различных направления. Я была убеждена, что Бестемьянова и Букин достойны в танцах самого высокого звания. Что ж, их путь в спорте в роли одной из ведущих в мире пар тогда только начинался…

Наташа перед стартом в Сараево очень нервничала, но вспоминать об этом я не хочу. Мы это видели по телевизору и больше не увидим. Серебро Олимпиады-84 завоевано ими в борьбе с выдающейся парой, которая раньше вышла в лидеры и у которой шансов победить было больше. Но любая олимпийская награда — высочайшее достижение. Нет у спортсмена в жизни важнее соревнований, чем Олимпийские игры.

Вечером, когда я из Шереметьева приехала домой, ждал меня накрытый нашими мамами, моей и мужа, стол, и во главе его восседал отец, главный гость на любом семейном празднике. Он произнес тост, поздравив меня, когда же пришла моя очередь говорить, я напомнила ему, как он твердил мне постоянно: «Мало работаешь, мало работаешь». — «Сколько ты провел Олимпиад?» — спросила я у отца. «Был на пяти, но тренером работал на четырех». — «Вот и я вернулась уже с четвертой своей Олимпиады». И он как-то притих: «Врешь, Татьяна». — «Ну как вру, ты в 1972 году в Саппоро заканчивал, а я там начинала».

Я не знаю, с чем можно сравнить первую в жизни Олимпиаду. Я не нахожу сравнения, потому что, когда впервые попадаешь на Игры, испытываешь чувство безграничного счастья, хочется только летать. Тем более что, когда я попала на первую свою Олимпиаду, передо мной стояли задачи менее сложные и ответственные, чем на всех остальных. В Саппоро мои ученики, спортивная пара Черняева — Благов, должны были принести команде одно очко, и они его принесли. Это тоже серьезное испытание для двадцатичетырехлетнего тренера, но все-таки не такое, когда надо бороться за призовые места, когда на твои плечи ложится обязанность вывести учеников в чемпионы. А Наташа и Андрюша боролись за первое место! Букин однажды так разволновался, что мне стало за него страшно. Торвилл и Дин сделали в обязательном танце мелкие ошибки, Крис нервничал, но ошибки заметные, судьи же ставят им 5,9–6,0. Букин, как ребенок, чуть не заплакал: «Что ж происходит, Татьяна Анатольевна, посмотрите?» Он понимал, что судьи им оценку выше, чем англичанам, не поднимут, но в душе оставался спортсменом и стоял за честную спортивную борьбу. Как тренеру мне реакция Букина доставила удовольствие, мы с Наташей поплелись за ним, успокаивая и объясняя, почему нас за малейшую неточность наказывают.

В Саппоро я на своей первой Олимпиаде бегала смотреть другие виды, сейчас же коплю силы для своего дня и никуда не хожу. Тренеры на Олимпиаде должны, как и спортсмены, быть в пике своей формы, поэтому нельзя распылять внимание и необходимо отдыхать.

Не могу сказать, какая Олимпиада мне дороже, все они очень разные. Понятно, что последняя занимает в памяти самое большое место.

Как известно, Бестемьянова и Букин оказались вторыми на турнире газеты «Московские новости» в декабре 1984 года, а главное, что и на чемпионате страны в Днепропетровске в январе ничего не изменилось. Говорят, что судьям виднее. Однако не только мы, но и зрители не хотели мириться с этим решением. Когда Наташа и Андрей закончили произвольную программу, на лед полетели букеты, весь каток был сплошь усеян цветами. Можно, пользуясь профессиональной терминологией, запутать зрителя, но обмануть его нельзя.

Несмотря на два поражения в начале сезона, мы приехали в Швецию на чемпионат Европы 1985 года с уверенностью в победе. Никто перед соревнованиями не тренировался так много и с таким подъемом, как Наташа и Андрей. После всех тяжелых переживаний, которые выпали на их долю, казалось, что сил у них только прибавилось. Они прокатывали каждый раз весь танец целиком и делали это безупречно. Когда их увидел Лоуренс Деми, он бросился ко мне прямо через лед, на глазах его были слезы восхищения, он кричал: «Татьяна, это фантастика!»

Во дворец «Скандинавиум» во время исполнения произвольного танца Бестемьяновой и Букиным мог войти любой: контролеры, полицейские, служители катка — все собрались у бортиков. А французский арбитр, г-жа Лерэ, зарыдала! Услышав довольно громкие всхлипывания, к ней поспешили Л. Деми и член ИСУ Г. Кучера. «Вам плохо, Лизиан?» — встревоженно спросил Деми. «Нет, мне хорошо, я в восторге!» — ответила г-жа Лерэ. Надо сказать, что французский судья — женщина твердого характера и в высшей степени объективная. В свое время на чемпионате Европы в Цюрихе в 1971 году она не побоялась поставить нашу пару Пахомову и Горшкова выше пары из ФРГ — Анжелики и Эрика Бук, что наделало много шума. В своих оценках она оказалась права. Надолго Пахомова и Горшков стали лидерами в танцах на льду. Г-жа Лерэ тонко чувствовала направление и стиль, по которому пойдут дальше танцы.

Наташа и Андрей выступили идеально во всех трех видах — обязательном, оригинальном и особенно произвольном танцах. Семь судей поставили им 6 баллов за артистичность. Безупречна была и их техника, оценку 6,0 за техническое исполнение ставят крайне редко, но мои ученики сумели получить ее, что было для меня особенно дорого. Кстати, в зале была великая Майя Плисецкая, и она стоя аплодировала Наташе и Андрею.

Хочу отметить, что в произвольном танце на протяжении сезона от первого до последнего старта практически ничего не изменялось: ни элементы, ни шаги, ни позиции. Однако, точно следуя логическому ходу танцевального сюжета, ребята умели придать танцу импровизированный характер, и каждый раз он выглядел по-иному. На чемпионате мира в Токио, например, «Кармен-сюита» была совсем другой, чем в Гетеборге.

На чемпионате мира судьи пошли на нарушение. В произвольном танце Наташа и Андрей по жребию выступали первыми в группе сильнейших; по правилам судьи не имеют права давать первой парс высшую оценку, и все же двое выставили ребятам шестерки. Беспрецедентный случай! И еще хочу от метить, что самые высокие оценки из всех четырех видов фигурного катания по сумме чемпионатов мира и Европы принадлежат Бестемьяновой и Букину.

«Кармен» в их исполнении наделала много шума. Нас хвалили, нас ругали, но сейчас признают все — танец стал событием. Джейн Торвилл и Кристофер Дин увидели его до чемпионата Европы, в записи на видеокассете с чемпионата страны в Днепропетровске. В Гетеборг они прислали телеграмму, где заранее поздравляли своих бывших соперников с золотой медалью. В свою очередь, критически настроенные любители фигурного катания иронически замечали: не следует ли теперь раздавать программки с либретто накануне соревнований. Думаю, не стоит. Каждый человек, без сомнения, знает историю любви Кармен. Но дело даже не в известном сюжете: талантливые танцоры доступными им средствами создают художественный образ, который понятен зрителям. Здесь и раскрывается их талант и мастерство. Сюжетную канву танца должны знать спортсмены, чтобы в каждое свое движение на льду они вкладывали бы смысл, чтобы зрители понимали, о чем «говорят» партнеры.