Артиллерия в бою и операции - Г.Передельский

При ведении огня артиллерией нет мелочей, которыми можно было бы пренебречь, особенно когда речь идет о надежном поражении батарей в целях завоевания огневого превосходства над противником или ослабления деятельности его артиллерии. К чему могут привести, казалось бы, незначительные упущения, можно убедиться на примере, который имел место в 61 А на болховском направлении. Армейская группа АДД 61 12 июля 1943 г. вела огонь на уничтожение 12 вражеских батарей. Исходные установки для стрельбы на поражение были определены переносом огня от давно созданных звуковых реперов. Однако ни отмечания, ни контроля стрельбы перед переходом на поражение не проводилось. В результате в ходе наступления выяснилось, что только две батареи были уничтожены, четыре подавлены, а на пяти позициях вблизи не оказалось ни одной воронки [50] .

В годы войны для борьбы с артиллерией наряду с орудиями крупных калибров широко применялись дивизионные (противотанковые) пушки. Сочетание огня орудий крупных и средних калибров давало положительный результат. Так, 20 августа 1944 г. в Ясско-Кишиневской операции на направлении главного удара 57 А в районе западнее Тирасполя армейская группа АДД 57, имея в своем составе 36 152-мм, 24 76-мм орудий, во взаимодействии с авиацией подавила 13 батарей. Положение батарей было определено средствами звуковой и воздушной разведки. Ошибки в определении координат этих батарей составляли: по х = 5–80 м и по у = 7–25 м. В среднем на каждую батарею в артподготовку было израсходовано 100 152-мм и 170 76-мм снарядов.

В частности, один 152-мм и один 76-мм пушечные дивизионы подавляли внакладку четыре вражеских батареи — цели № 60, 62, 68 и 69.

Дальность стрельбы в среднем составляла 9–11 км. При обследовании позиций вражеских батарей было установлено, что все они были надежно подавлены.

В Восточно-Прусской операции в полосе 96 ск 70 А, который 14 января 1945 г. прорывал заранее подготовленную оборону западнее Сероцка (см. схему 12), противник располагал сильной артиллерийской группировкой, широко осуществлял мероприятия по маскировке и дезориентированию.

Контрбатарейная борьба велась корпусной группой АДД 96 (148 апабр, 378 аиптап из резерва и 152 гв. ап из дивизии второго эшелона), имевшей 92 орудия 152, 122 и 76-мм калибров — всего 23 батареи. В ходе подготовки наступления (в течение месяца) разведывательными средствами группы (ВЗОР, ИПВ, две БЗР) и по данным аэрофотосъемки были определены позиции 51 артиллерийской и 29 минометных вражеских батарей. После тщательного анализа подавлению огнем группы в полосе 8 км подверглись 22 артиллерийские батареи. При этом дальность стрельбы составляла 6–15 км. Для обеспечения двойного превосходства плановое подавление решено было осуществлять в две очереди - см. [приложение 3] . В результате поражения вражеские батареи в течение 90 мин артподготовки и 35 мин поддержки атаки огня практически не вели. Надежное подавление вражеской артиллерии позволило танкам и пехоте соединений корпуса прорвать первую позицию обороны противника в высоком темпе.

Опыт еще раз подтвердил, что при недостатке артиллерии крупных калибров положительных результатов можно достичь при сочетании огня внакладку по одной и той же цели 152– и 76-мм орудий. Причем 152-мм орудия вели огонь с установкой взрывателя на фугасное действие, а 76-мм — на осколочное. Таким образом, артиллерия из соединений второго эшелона и противотанкового резерва активно участвовала в артиллерийской подготовке и была готова к применению по прямому назначению.

Как отмечалось, более сложной проблемой оказалась организация контрминометной борьбы, так как она имела специфические особенности и требовала своего дальнейшего совершенствования. Ряд фронтов практиковал даже создание специальных дивизионных или корпусных контрминометных групп (КМГ), на которые возлагались разведка и подавление минометных батарей. Основу этих групп составляли части и подразделения, вооруженные 122-мм гаубицами и 120-мм минометами, а также разведподразделения, которые строили свой боевой порядок в целях обнаружения вражеских минометов и обслуживания стрельб для их подавления.

КМГ, овладев методами и способами обнаружения и подавления минометов противника, могли более эффективно вести контрминометную борьбу. Так, например, на Ленинградском фронте в начале 1943 г. наиболее успешно развернулась борьба с минометами в операции 67 А на синявинском направлении при прорыве блокады Ленинграда. Если раньше удавалось обнаруживать лишь отдельные минометные батареи противника, то к началу этой операции было разведано 60 огневых позиций 81-мм и 22 позиции 105-мм минометов, расположенных в оврагах, карьерах и за железнодорожной насыпью. После тщательного анализа данных звуковой и оптической разведки большая часть минометных батарей подверглась поражению огнем контрминометной группы в период артиллерийской подготовки атаки. В каждом из шести огневых налетов на одну минометную батарею крупного калибра расходовалось 40–60, а всего за артиллерийскую подготовку — 250–300 снарядов и мин. Батареи 81-мм минометов подавлялись огнем групп ПП. Осмотр вражеских позиций показал достаточно высокую эффективность огня на подавление неприятельских минометных батарей.

Однако следует отметить, что на некоторых фронтах до конца войны разведка минометов противника имела существенные недостатки, что снижало эффективность борьбы с ними. Так, например, в Львовоко-Сандомирской операции на звуковую разведку пришлось лишь 7–8% разведанных минометов [51] .

Расход боеприпасов для достижения удовлетворительного результата подавления артиллерийских и минометных батарей противника составлял 110–400 снарядов на батарею. Однако в среднем, как показывает опыт, он был не менее 70% норм, предусмотренных Правилами стрельбы, и составлял 150–170 152– и 122-мм снарядов на батарею [52] . При таком расходе удавалось надежно подавить от 70 до 100% поражаемых батарей. При ведении огня на уничтожение расход боеприпасов превышал уставные нормы и был в среднем равен 800–1200 снарядам на батарею. Это, в известной степени, объяснялось тем, что стрельбу приходилось вести или на большую дальность, или по хорошо оборудованным боевым порядкам вражеской артиллерии [53] .

* * *

Организация и ведение контрбатарейной и контрминометной борьбы по опыту Великой Отечественной войны включали разведку батарей, обобщение и анализ данных разведки всех видов, подготовку артиллерийских подразделений (частей, групп) к стрельбе по батареям и, наконец, непосредственное поражение их в целях подавления или уничтожения.

Основными организаторами борьбы с артиллерией противника, как правило, являлись командующий и штаб артиллерии армии, которые располагали средствами АИР, воздушной разведки и дальнобойной артиллерией. Четко обозначилась тенденция к организации борьбы с минометами в звене корпус — дивизия.

В послевоенный период в армиях ведущих капиталистических государств происходит процесс оснащения войск новыми видами вооружения, в том числе более совершенными артиллерийскими системами различного предназначения. По существующим за рубежом взглядам, артиллерия остается важным средством огневой поддержки войск и рассматривается как одно из средств применения ядерного оружия. Поэтому борьба с артиллерией не только не потеряла своего значения, а, наоборот, приобрела особую важность, так как является частью борьбы с тактическими средствами ядерного нападения.

Глава третья. Артиллерия в обороне

1. Группировка и система огня артиллерии

(примеры 20–24)

Цель обороны — отразить нападение превосходящих сил противника, нанести ему значительные потери, удержать занимаемые позиции и создать условия для перехода в решительное наступление.

Подчеркивая закономерность обороны, В. И. Ленин писал: «Таких войн, которые бы начинались и оканчивались сплошным победоносным наступлением, не бывало во всемирной истории, или они бывали, как исключения» [54] .

До Великой Отечественной войны взгляды на боевое применение советской артиллерии в обороне формировались под влиянием опыта первой мировой и гражданской войн. Полевой устав 1936 г. так определял задачи артиллерии в обороне: «Артиллерия преграждает путь наступающему противнику, поражает его пехоту и танки, ведет борьбу с его артиллерией, авиацией и другими огневыми средствами, обеспечивает контратаки своей пехоты и танков».

На военном совещании в декабре 1940 г. [55]  Народный комиссар обороны подчеркивал, что оборона должна быть противоартиллерийской, противотанковой, противосамолетной, а также многоэшелонной, упорной и активной. Эти требования к обороне еще в большей степени повысили роль артиллерии, на которую возлагалась основная тяжесть борьбы с артиллерией и танками противника.