Антистресс в большом городе - Наталья Царенко

Как пережить горечь утраты?

Наиболее сильным стрессом, конечно, является смерть наших близких. Человек, к сожалению, не вечен. И даже самые лучшие, самые любимые люди рано или поздно покидают нас…

Пережить это сложно, горечь утраты на время затмевает для нас все на свете – но, так или иначе, жизнь продолжается и нам необходимо найти в себе силы идти дальше.

Как это сделать? Давайте поговорим…

Как бы нам ни было плохо и больно, процесс горевания необходим нам как особая работа души – работа по очищению, взрослению и принятию этого мира таким, какой он есть.

Для того чтобы эту работу выполнить, нам необходимо пройти все стадии горя до конца, принять его полностью и выпить эту чашу до дна. Если же нам не удается пойти по этому пути правильно, если мы застрянем на некоторых пунктах в пути следования, процесс горевания становится патологическим, и порой без помощи психотерапевта уже не обойтись[22].

С чего же начинается этот путь?

Первой нашей реакцией на смерть близкого человека является шок и оцепенение. «Не может быть» – это первое, что приходит в голову практически каждому: нам не хочется и даже физически «не можется» верить в произошедшее. Иногда человеку так больно, что все его реакции как бы притупляются, и внешне это может даже выглядеть как равнодушие: «ни слезинки не проронил». Однако обычно это просто защита нашей психики от слишком сильных эмоций, с которыми она не готова справиться. Увы, некоторые и не справляются, им не удается пойти дальше, и они психологически «каменеют» навсегда, особенно в случае потери горячо любимых людей – детей, супругов, родителей, эмоциональная привязанность к которым была чрезвычайно сильна.

На смену оцепенению приходит стадия поиска: человек принимает тот факт, что умершего нет рядом, но ему не верится, что это – навсегда. Умерший словно преследует горюющего: вот на улице показалось, что он прошел мимо, вот кто-то засмеялся точно так же, вот в его комнате что-то скрипнуло и на спинке стула – его свитер… Постоянно преследует ощущение, что тот, кто умер, на самом деле находится где-то совсем рядом. Иногда человеку начинает казаться, что он сходит с ума (а порой, увы, это происходит в действительности), особенно если горе в его жизни очень сильное или же просто первое, то есть ничего подобного он раньше не испытывал. Длится эта фаза от 9 до 40 дней: верующие люди считают, что душа умершего в это время находится на земле и прощается со всем, что было дорого.

В конце концов человек осознает реальность потери, и наступает стадия острого горя, когда отчаяние буквально «накрывает» с головой и появляется множество пугающих чувств и мыслей: о бессмысленности жизни, о собственной вине перед умершим, которую теперь не искупить; о тех словах, что не сказаны, и о тех обещаниях, которые не выполнены и уже не могут быть выполнены никогда… Умерший кажется нам лучше, чем мы думали о нем при жизни: вспоминается все хорошее, вытесняется из памяти все плохое. Поговорка «о мертвых или хорошо, или ничего» придумана не зря…

Иногда на этом этапе горюющий человек почти полностью уходит в себя, замыкается, отдаляется от близких, порой отождествляет себя некоторым образом с умершим: перенимает его привычки, походку, жесты; могут даже появиться симптомы заболеваний, которыми страдал умерший: признаки радикулита, гипертонии или мигрени у ранее совершенно здорового человека. К сожалению, не все выходят из этой фазы, оставаясь мысленно навсегда ближе к умершему, нежели к рядом живущим.

Пережить все это тяжело, но важно: в завершение этого этапа происходит разрыв старых эмоциональных связей с умершим и зарождение новых. Рано или поздно, но жизнь входит постепенно в привычную колею, и потеря дорогого человека перестает быть самым важным событием в жизни. Горе теперь не болезненно-острое и неотступное, а словно накатывает волной в связи с определенными событиями: вот наступает первый новый год без умершего; вот первый его день рождения прошел – без него самого; вот пришел по почте документ на его имя или позвонил старый знакомый из тех, кто ничего не знал о смерти… Слезы накатывают и подступает комок к горлу, однако мы уже смиряемся с тем, что случившееся – это данность, и что нам жить дальше. Годовщина смерти обычно является окончанием этого цикла.

Завершающая стадия – конструктивная, она адаптирует нас к реальности и примиряет с нею. Горе перерождается в памятование, в светлую печаль и грусть об ушедшем. В нашем сознании больше не живет покинувший нас человек – но остается его образ.

Этот этап – чрезвычайно важен: ведь можно пережить все предыдущие, но заблокировать воспоминания и не пустить образ умершего в свою нынешнюю жизнь. Тогда работа горя не будет выполнена до конца и облегчение так и не наступит.

Так нередко в семье, где погиб ребенок, родители словно «вычеркивают» этот страшный эпизод из жизни, запрещая и себе, и родственникам, и другим детям возвращаться к тем тяжелым событиям. Это путь к саморазрушению для всех членов такой семьи, поскольку позволить образам ушедших быть рядом – это очень важно, как важно и сохранить память обо всех, кто был частью нашей жизни, и радость от того, что эти люди в нашей жизни – БЫЛИ…

Глава 8

Победа над стрессом

«Вижу цель – не вижу препятствий». Как правильно ставить цели, чтобы гарантированно их достигать

Итак, как мы уже знаем, стрессы и кризисные периоды – это не только опасности, но и новые возможности, новые цели. Однако как же их достичь?

Определимся для начала с терминологией. Что такое цель? Цель – это достижение желаемого результата. Поэтому, чтобы достичь цели, мы должны очень хорошо представлять себе этот результат – то есть чего же именно мы хотим добиться? Однако цель и результат – не одно и то же. Если цель – образ желаемого результата, то сам результат – это конечный продукт всей нашей титанической деятельности на пути к цели[23].

Какой же должна быть достижимая цель, то есть такая, которая не уподобляется горизонту, удаляющемуся от нас по мере того, как мы приближаемся к нему?

Во-первых, позитивной, то есть формулироваться утвердительно. Правильная цель не должна содержать частичку «не», а также не должна звучать как «избежать», «избавиться» и т. д. Плохо поставленные цели – это «не пить», «избежать нищеты», «избавиться от лишнего веса». Хорошо поставленные цели – это «быть трезвым», «быть богатым», «быть стройной».

Если ничего позитивного в голову не приходит и крутится постоянно что-то типа «не хочу развода», попробуйте переформулировать задачу для себя: «Это то, чего я НЕ хочу. А чего же я хочу вместо этого?»

Будьте внимательны: если в формулировке цели присутствуют слова вроде «должен», «нужно», «необходимо», «следует» – это снижает эффективность цели в разы, поскольку эти слова создают сопротивление в нашем сознании: почему должен? кому должен? достали все с этим «должен»!!! Ведь «должен», «надо» – это антиподы «хочу», а как же мы можем чего-то захотеть, если используем для побуждения блокирующие слова? Поэтому, опять же, попробуйте переформулировать задачу для себя, заменив многочисленные «надо» на «хочу», «могу» и «сделаю».

К примеру, плохо поставленные цели – это «я должен заработать денег, чтобы отдать долг», «мне надо разгрузить себя и поехать в отпуск». Хорошо поставленные цели – это «я могу зарабатывать и заработаю», «я хочу отдохнуть и поеду в отпуск».

Цель лучше всего формулировать в терминах не процесса, а результата: то есть не «хочу лучше работать», а «хочу сделать то-то».

Во-вторых, ваши цели и способы их достижения должны находиться в сфере вашей же компетенции. Невозможно достичь цели, сформулированной как: «Я хочу, чтобы муж бросил пить». Это не в границах ваших возможностей. Вы можете сколько угодно хотеть, однако бросать-то ему. Мы не можем заставить кого-либо что-либо сделать напрямую. Казалось бы, где выход? В ключевом словечке «напрямую». Меняясь сами, мы меняем и мир вокруг нас, и наших близких, мы способны подвигнуть на изменения и тех, от кого их ждем. Изменив свое поведение и реакции, мы можем создавать ситуации, в которых нужный нам человек сможет повести себя по-другому, не так, как всегда, то есть не так, как нас не устраивает. Люди, сталкиваясь с нашей неожиданной, нетипичной реакцией, изменяются с гораздо большей вероятностью, нежели в случае нашего «стандартного поведения».

В-третьих, цель должна быть максимально конкретна. Мы должны очень хорошо представлять себе, чего же мы хотим, представлять цель так, словно она уже достигнута: в образах, красках, звуках… «Я хочу достичь вершин в карьере» – это неконкретно, расплывчато и, скорее всего, достигнуто не будет. А вот прочувствованное представление образа: «Вот я просыпаюсь в удобной постели (не забываем про цвет, ткань!) в прекрасной огромной квартире, выхожу на балкон, смотрю на чудесный вид за окном (желательно представить и вид), еду на работу (марка машины, как выглядит офис), поднимаюсь в свой кабинет (максимально подробно визуализируем), занимаюсь своим любимым делом (конкретно: каким?). А теперь хорошо бы предаться воспоминаниям на тему «Как же все это было достигнуто?», разматывая клубочек из будущего к своему нынешнему, настоящему: тогда-то – курсы повышения квалификации (или вообще смена рода деятельности), тогда-то – поездка на стажировку за границу, что дало связи и возможность «подтянуть» язык… Шаг за шагом!