Я сам вершу свой суд - Микки Спиллейн

— Но нас это не продвигает вперед ни на шаг, — проворчал Пат в свою очередь.

— Ты не прав, Пат. Я начинаю кое-что видеть яснее. Ничего определенного, но кончик ниточки есть.

— О чем ты?

— Мне не хотелось бы говорить раньше времени. Пат. Я могу ошибиться. К тому же я пока не представляю, кто убийца...

— Опять ты играешь, Майк?

— Ну что ты, — ответил я. — Мы вышли из последнего виража, но дорога еще скользкая и грязная, так что нужно еще добраться до твердой дороги, прежде чем начать нахлестывать наших лошадей. Но ты меня не опередишь. Пат.

— Держу пари, что опережу.

— Принято. На выпивку?

— Годится.

На этом мы расстались. Пат сел в такси, а я вернулся домой.

Снимая брюки, я обнаружил, что потерял портмоне. В нем было двести долларов и я не мог воспринять эту потерю с улыбкой. Я вновь натянул штаны и спустился к машине.

Бумажника в машине не было. Может у парикмахера? Но я ему заплатил из кармана мелочью. Черт подери!

Я поехал к Шарлотте. Входная дверь парадной была открыта и я вошел. Подойдя к квартире, я позвонил, но никто мне не открыл. Я слышал, как в квартире распевает Кэтти. Я постучал в дверь и Кэтти открыла.

— Что случилось? — спросил я. — Не работает звонок?

— Работает, мистер Хаммер. Заходите.

Навстречу, услышав наши голоса, выбежала Шарлотта. Руки у нее были в перчатках, а сама она была в халате, заляпанном реактивами.

— Милый, — сказала она, — как хорошо, что ты пришел так быстро.

Я обнял ее и она подставила мне губы. Кэтти смотрела на нас и, казалось, не собиралась уходить.

— Отвернись, бесстыдница, — приказал я. Она послушалась и я смог обнять ее хозяйку. Шарлотта вздохнула и положила мне на грудь голову.

— На этот раз ты останешься?

— Нет.

— Но почему?

— Я приехал за своим бумажником. Я нашел его за подушкой дивана. Вероятно, он вывалился, когда я спал.

— Я думала, ты обвинишь меня в краже денег, — пошутила Шарлотта, надувшись, как маленькая девочка.

— Дурочка, — сказал я нежно, целуя ее в голову. — Что это у тебя за странный наряд?

— Я проявляла фотографии. Хочешь посмотреть? Она провела меня в темную комнату, погасила свет и зажгла красную лампу. Через некоторое время она передала мне влажный отпечаток, на котором был изображен человек, сидящий на стуле. Руки этого человека были связаны, а физиономия была страшно напряжена. Шарлотта включила свет и посмотрела на снимок.

— Кто это?

— Один больной. Халл Кинге привел его в мою клинику.

— Чем он болен? У него такой испуганный вид.

— Нет, это тебе кажется. Он в состоянии гипноза. Это необходимо, чтобы внушить пациенту чувство раскованности. Этот человек был неисправимым клептоманом. Изучая его болезнь, мы обнаружили, что в детстве он был всего лишен и был вынужден воровать. Я нашла ему работу, объяснила ему причину его болезни. Поняв, что он клептоман, он сумел побороть свои страхи. Сейчас он совершенно здоров.

Я положил фотографию в сушильный шкаф и огляделся. Эта комната, должно быть, стоит довольно дорого. Мне следует подумать об увеличении своих доходов.

Видимо, Шарлотта прочла мои мысли, поскольку вдруг сказала:

— Когда мы поженимся, я буду сдавать на проявку свои пленки в фотоателье.

— Нет, — решительно запротестовал я. — Мы как-нибудь вывернемся.

На этот раз она сама меня обняла. Я поцеловал ее так сильно, что губы у меня занемели, и обнял ее так, что услышал ее дыхание и даже удивился.

Держась за руки, мы подошли к входной двери.

— Что будем делать сегодня вечером, Майк?

— Не знаю. В кино?

— А почему бы и нет?

Я открыл входную дверь и спросил:

— А он почему не звенит? — и показал на звонок.

— А! — воскликнула Шарлотта. — Просто Кэтти ужасно шумит своим пылесосом. Я снова поцеловал ее.

— Я приеду к восьми часам, дорогая. Она стояла, пока я не спустился на следующий этаж, потом послала воздушный поцелуй и исчезла.

Глава 12

Моего портного едва не хватил удар, когда он увидел, что сделала пуля Калека с моим пиджаком. По-видимому, он испугался потерять одного из своих лучших клиентов.

Он дал мне совет быть поосторожнее и сказал, что на следующей неделе все будет готово.

Я забрал у него другой костюм и вернулся домой. Когда я вошел в квартиру, телефон надрывался из последних сил. Я бросил костюм на спинку стула и снял трубку. Это был Пат.

— Я хотел сказать тебе кое-что об оружии, из которого был убит Боб, — сказал он.

— Так что?

— То же самое оружие. Мы же с тобой это подозревали.

— Это все. Пат?

— Да. Я еще раз проверил пистолет Калека. Из него стреляли только в тебя, Майк, в том самом городишке. Оружие было продано на юге, много раз переходило из рук в руки и в конце концов попало к одному ростовщику на Третьей улице, который и продал его некоему Джону Мастерсу.

Я поблагодарил Пата за сведения и положил трубку. За каким чертом Калек воспользовался чужим пистолетом? Может быть, он боялся, что ему на шею повесят преступления, которые он совершил раньше? Этого уж мы наверняка никогда не узнаем, если, конечно. Пату не удастся интерпретировать документы, что находились в сейфе Кингса. Да, но зачем все это нужно? Предавать Калека суду уже все равно слишком поздно.

Я поужинал, принял душ и переоделся. Снова зазвонил телефон. На этот раз звонила Мирна. Она попросила меня приехать к ней завтра утром, как можно раньше. Я не возражал и мы распрощались. Кажется, она еще не отошла от свалившегося на нее несчастья. Я был рад оказать ей хоть какую-то услугу. Может быть, эта поездка на ночной матч немного взбодрит ее? Я боялся, что она может попробовать избавиться от последствий потрясения при помощи наркотиков. Рано или поздно она, конечно, встретит другого парня, который заставит ее забыть Джека и его смерть и сделать ее счастливой.

Когда я приехал к Шарлотте, она ходила по комнате. Увидев меня, она остановилась и принялась постукивать правой ногой по полу, как будто я заставил ее ждать несколько часов кряду.

— Майк, — в негодовании воскликнула она, — ты опоздал на целых пять минут!

— Не сердись, — ответил я. — Очень интенсивное движение.

— Не сваливай на движение. Может ты второй раз пытался исследовать информацию?

— Замолчи и собирайся. Иначе мы не попадем в кино.

— Куда пойдем?

— Мне хочется посмотреть хороший детектив, если у тебя нет возражений. Может быть, мне удастся чему-нибудь научиться, посмотрев фильм.

— О'кей.

Мы обнаружили после некоторых поисков небольшой кинотеатр, перед которым не было километровой очереди, и посмотрели невероятно запутанный детектив. После кино мы заглянули в бар выпить по стаканчику. Я заказал пиво, Шарлотта тоже.

— Заказывай, что хочешь, — сказал я. — Деньги у меня есть. Она рассмеялась.

— Мне нравится пиво, Майк. Зачем же мне заказывать что-то другое?

— Ты полна противоречий, — пошутил я. — Сноб, а пьешь пиво. Хотя в таком случае ты не будешь мне дорого стоить.

— А если мы начнем нищенствовать, я начну работать.

— Ни одна из моих женщин не работает, — заявил я. — Что же касается законной жены, то ее я тем более хочу видеть дома. Шарлотта поставила стакан и взглянула на меня.

— Но, Майк, ты ни разу не делал мне предложения и откуда ты знаешь, захочу ли я выйти за тебя замуж?

— Вот так, — я взял ее за руку и поднес к губам. — Выйдете за меня замуж?

Она засмеялась, в глазах ее заблестели слезы и она уткнулась лицом в мою шею.

— Да, Майк, да, я так люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, дорогая, а сейчас допивай. Нам завтра ехать в гости.

— Поцелуй меня.

Два каких-то типа насмешливо смотрели на меня, но мне было наплевать. Я поцеловал ее в губы.

— Когда ты подаришь мне кольцо? — поинтересовалась она.

— Скоро. На следующей неделе у меня несколько важных встреч, а потом пойдем к судье. Не возражаешь?

— Нет, Майк, я так счастлива.

Мы допили пиво и собрались уходить.

Два типа громко хмыкнули, когда мы проходили мимо. Я бросил руку Шарлотты, взял их за головы и стукнул друг о друга. Уходя, в зеркале я увидел их глаза — они были похожи на стеклянные шарики. Бармен, наблюдавший за этой сценой, раскрыл рот. Я попрощался с ним и присоединился к Шарлотте.

Позади нас двое мужчин медленно, словно пустые мешки, опустились на пол.

— Майк, — сказала Шарлотта, цепляясь за мою руку.

Когда мы приехали, Кэтти уже спала. Мы вошли на кончиках пальцев, а Шарлотта рукой придержала звонок. Она сняла пальто и спросила:

— Стаканчик на ночь?

— Нет.

— А что ты хочешь?

— Тебя.

Она бросилась в мои объятия. Я прижал ее к себе изо всех сил и ощутил, как ее большая грудь вздрагивала от желания.

— Скажи мне, Майк, “я тебя люблю”.

Она подставила мне губы. Потом я мягко отстранил ее шепнул:

— Достаточно, дорогая. Еще один поцелуй и я не дождусь свадьбы.