Мой космический босс. Уволиться и (не)влюбиться - Ева Арманда

что делает — я ему доверяла. Вот только… начальник как-то странно качнулся в сторону ведущего, ещё и локоть поднял, будто целя ему в нос…

Дионис начал отсчёт до финала.

— Три, два… Акхр!!! — захрипел, с грохотом свалившись попой на сцену. Красная трость откатилась в сторону. Дионис схватился за лицо, из-под его пальцев текла кровь.

Алеф всё-таки угодил ему прямо в нос!

И я точно отчётливо слышала хруст!

Зал ахнул. Музыка смолкла. Теперь все смотрели на Дионис, который сидел на полу, зажимая окровавленный нос.

Поставив меня на ноги, Алеф шагнул к нему.

— Виан, что ж вы так неосторожно, — преувеличенно сочувственно сказал босс. Но уголок его губ дёрнулся… едва заметно. И стало окончательно ясно, что никакая это не случайность. А тактический ход. — какая-то у вас не-атлантианская реакция…

Но зачем Алеф сделал это?

Неужели потому, что Дионис насмехался надо мной?

От одной этой мысли душу накрыла такая приятная, тёплая волна, будто Алеф не ведущего треснул, а достал мне звезду с неба. И как-то вдруг стало легко-легко на душе, и я даже чуть не заулыбалась во весь рот, в последний момент успев изменить “радость” на “сочувствие”.

Алеф протянул ведущему свой платок. И тот, морщась, принял.

— Мне следовало ожидать катастрофы, когда на сцене землянка, — фальшиво засмеялся Дионис, поднимаясь с пола. Его голос звучал гнусаво. — Народная мудрость гласит: с землянками даже у лучших случаются осечки.

Воздух на сцене вдруг стал густым, словно наполнился жидким азотом.

— Послушай меня, милейший, — сказал Алеф тихо и мягко, слишком мягко. Почти зловеще. — Ещё одна ущербная шутка о моей жене, и я заснуну тебе твою крашеную гуаньскими арестантами клоунскую палку в такое место, из которого ее достанет только бригада лучших медиков Союза. И то не целиком…

В зале даже шеи вытянули, прислушиваясь. Для них это было произнесено слишком тихо. Зато вот Дионис услышал всё прекрасно. Он побледнел так, будто его снова ударили по лицу. Или не-по-лицу. Подхватив свою трость, ведущий поспешно отступил к другим парам, бормоча что-то про "сумасшедших влюблённых". На нас посматривал теперь с опаской. И даже его широкая улыбка, обращённая в зал, была какой-то перекошенной.

— Первый конкурс за спиной, — громко сказал Дионис. — Как видите, жизнь полна сюрпризов. А впереди их будет ещё больше. И чтобы усилить желание пар выиграть, за следующий конкурс полагается особая награда.

И он вытащил что-то из кармана. Даже я приподнялась на носочки, чтобы посмотреть… Это была запонка в форме фламинго.

— Лимитированная запонка с символом нашего курорта. Из драгоценного металла. С такой вас по всему острову будут пускать без очередей! А кроме того, в вас будут узнавать самую идеально подходящую друг другу пару… Ведь это конкурс… на безвоздушный поцелуй! — последние слова Дионис выкрикнул так громко, что заложило уши.

Зал заинтересованно зашумел. Дионис снова вошёл в роль и теперь, убрав платок, расхаживал вдоль сцены, крутя трость.

— Безвоздушный поцелуй! Целуйтесь, пока хватит сил, но без единой новой капли воздуха! Датчики над сценой зафиксируют любой ваш вдох. А мы засечём время вашего страстного безвоздушного поцелуя.

И тут же над головами пар (и над нашими с Алефом тоже) загорелись большие голографические таймеры.

00:00

Я зависла, глядя на эти цифры. Мой мозг срочно анализировал поступающую информацию.

Целоваться.

При всех.

С Алефом?!

Наши губы соприкасались всего дважды: в кабинете — жёстко, в самолёте — мимолётно. А теперь — спектакль для толпы, когда у нас друг другом и опыта такого, считай, что нет. Это точно будет неубедительно! Мы же спалимся сразу!

Хотя, можно ведь уже на третьей секунде случайно сделать вдох. Якобы от страсти — мне, слабой землянке, это будет простительно. И все поверят.

Я посмотрела на Алефа, уже собираясь предложить эту идею, но он положил руку мне на талию, и его пальцы категорично отстучали: — “Пропавшая пара участвовала. И выиграла. Это поможет привлечь внимание преступника”.

Значит, и мы должны выиграть! Это он имеет в виду?!

Во рту у меня пересохло.

А губы почему-то запульсировали.

“Ну-ка соберись, Элина! — строго сказала я себе. — Метаморфов не боишься. А поцелуя испугалась? Позор тебе!”

Мой внутренний голос был прав.

Это ведь просто соприкосновение губ. И языков (язык, кстати, необязательно — верно?). Ничего такого страшного от поцелуя не бывает, детей от этого не появится. И вообще — я профессионал! Это ведь Алеф… с ним это наверняка будет приятно.

Точнее, я даже в этом уверена…

Ну вот — теперь даже любопытно стало проверить!

— Раз, два… — начал отчёт Дионис. И весь зал повторял за ним.

— Дорогая? — Алеф наклонился, и его дыхание коснулось моей щеки. Тёмный взгляд будто заглядывал в душу. — Сделай глубокий вдох.

Я вдохнула. Запах мяты, кофе и чего-то неуловимого окутал меня. Проник в лёгкие.

— И моргни, когда будешь готова.

Я моргнула.

И губы начальника прижались к моим.

Сначала аккуратно, почти нежно — он как будто проверял, не рассыплюсь ли. Потом глубже, увереннее, опаляя жаром. Его руки скользнули по спине, притянули меня ближе, да так, что сквозь тонкую ткань рубашки, я чувствовала каждый мускул его тела. Голова закружилась, и весь мир отошёл на второй план.

Я думала — мне будет “приятно?!”

О нет, это вообще не то слово!

Алеф целовался как бог!

Космос, и где он так научился?!

Нет, ясно где — он целовал других. На свиданиях… И на заданиях. Наверняка.

Это ведь тоже всего лишь задание… и сейчас с ним могла бы быть не я.

Мысль пронзила меня острее клинка. Я вдруг представила Алефа с кем-то ещё — с атлантианкой с чёрными блестящими волосами, или с шиарийкой с гибким хвостом, — и желудок сжался.

А язык Алефа тем временем проник в мой рот. И столкнулся с моим.

Я отвечала ему с внезапной долей горечи. Но одновременно — ещё и таяла от удовольствия. Чуть прикусила за губу, сплелась языком. В этот миг я забыла про датчики, про зал, про Диониса и про задание. Мир сузился до жара губ моего босса, до его настойчивого языка, который вёл себя то как исследователь, то как захватчик. Мои пальцы вцепились в мощные плечи Алефа, ноги ослабли, и босс прижал меня сильнее.

Где-то на краю сознания замигал таймер — 0:55. Драконоиды уже сбились и вдохнули. Пара Атлантианцев ещё боролась за приз — 1:10.

Не дышать.

Не дышать.

Но как не дышать, когда Алеф целует так, будто это последний поцелуй перед концом света? Когда его пальцы впиваются