Нить судьбы - Анна Тарасова

— Наверное, потому что сказки не сбываются? — Лина робко ему улыбнулась.

— И это говоришь мне ты, сидя за одним столом с вампиром? — он продолжил уже более серьезно, — Я на самом деле глубоко люблю тебя, радость моя. Это не сиюминутный каприз, не желание просто уложить тебя в свою постель и не блажь переспать со смертной. Уж поверь мне, я живу слишком давно на земле, чтобы суметь разобраться в собственных чувствах.

Девушка молчала. Марк ожидал ее ответа, не пытаясь, на удивление, ни обнять ее, ни поцеловать. Он просто ждал, как мужчина ждет ответа от женщины. Лина подняла голову и посмотрела ему в глаза. Понтифик был абсолютно серьезен, ни малейшего намека на шутку, ни смешинки во взгляде.

И он был честен.

— Ты мне очень нравишься, Марк, — проговорила она с такой же серьезностью, — На самом деле нравишься. Я не буду говорить о любви, пока не буду, но…

— На сегодня мне достаточно этого, — он слегка склонил голову, благодаря ее за откровенность.

Где-то недалеко часы пробили время. Лина непроизвольно зевнула и сразу почувствовала, что глаза начинают закрываться.

— Уже три часа ночи, тебе же спать давно пора! — воскликнул Марк и опять подхватил девушку на руки, — Пойдем, я отнесу тебя в постель.

— В свою? — улыбнулась Лина.

— А ты хочешь? — с такой же улыбкой спросил у нее мужчина.

Девушка не ответила ему, лишь прижала к себе сильнее.

Он вышел из кухни и быстрым шагом пошел со своей ношей на второй этаж.

Поднявшись наверх, он опустил девушку около двери ее спальни, пожелал спокойной ночи, слегка коснувшись ее губ своими губами, и пошел к себе. Лина разочарованно смотрела ему вслед. Она не думала, что после откровенного и будоражащего чувства разговора высший вот так просто развернется и уйдет.

Что ж, это, конечно, трогательно, что Марк не стал настаивать, но и очень…

Девушка грустно вздохнула.

Понтифик умел соблазнять, делал это тонко и чувственно.

Лина открыла дверь своей спальни и вошла внутрь. Еще раз оглядела комнату. Очень красиво и уютно. Во всем ее убранстве чувствуется рука заботливого и любящего мужчины.

Подошла к кровати и включила ночник, разгоняя темноту. Отдернула штору у окна, чтобы посмотреть вниз на ночную улицу.

Дверь в ее спальню отворилась.

Мужские руки убрали с шеи девушки волосы и губы коснулись нежной кожи.

— Ты ведь не оставил бы меня сегодня одну, верно? — спросила она с улыбкой.

— Прости, но я не могу больше ждать!

Марк развернул к себе девушку и развязал пояс ее халата.

Взрыв эмоций, буйство чувств. То ласковых и нежных, то страстных и до безумия одуряющих.

Его губы целовали ее грудь, ее руки ласкали его плечи.

Движения то замедлялись, то снова взрывались буйным ритмом, сводя с ума и заставляя требовать еще и еще.

Его имя громко, ее имя шепотом.

Тихий вскрик.

Еле слышный стон.

Ласковый благодарный поцелуй, едва касающийся губ, снова перерос в яростный и обжигающий.

И снова замелькали тени, сплетаясь в единое целое.

Эстебан увидел, что в электронную почту упало новое письмо, и сразу же открыл его.

Интернет-магазин цветов и подарков сообщал, что заказ, который был оплачен еще в октябре месяце, может быть оформлен уже в ближайшие два дня, так как из Голландии, наконец-то, привезли специально выращенные для данного заказчика розы.

Испанец едва заметно усмехнулся.

Ну надо же! Почти полгода потребовалось Ордену, чтобы расшевелиться для созыва всеобщего собрания.

7 Глава

— Лина, радость моя, просыпайся, уже пора вставать.

Тихий голос Марка пробился сквозь сон. Что именно ей снилось, она моментально забыла, но просыпаться совершенно не хотелось.

Пора вставать? Время! Она же забыла совсем про работу!

— А сколько времени? — вскочила она на кровати.

Судя по солнечным лучам в спальне, давно перевалило за полдень.

— Почти час дня, — со смехом ответил ей понтифик, — Не волнуйся, я с утра договорился с Жераром, что у тебя с сегодняшнего дня начался отпуск!

Легкий поцелуй коснулся ее губ, но она упала обратно на кровать и перевернулась на другой бок, зарываясь в одеяло.

— Ага, ну тогда отлично, я могу спать дальше!

— Не капризничай, солнце мое, пора вставать!

Алина накрылась одеялом с головой.

— Мне надо будет отъехать в офис на некоторое время, дела не будут ждать, а ты поднимайся, Софи тебе покажет дом полностью.

Девушка перевернулась обратно на спину и резко сбросила одеяло. Марк сидел на кровати, довольный и сияющий, ехидно поглядывая на любимую.

— Марк, вот ты все-таки сволочь! — возмутилась Лина, — Ты мне всю ночь не давал спать, а теперь будишь ни свет, ни заря!

— В час дня это, по-твоему, ни свет, ни заря? И вообще, ты же сама была не против, верно? — он улыбнулся и провел пальцами по ее губам.

Лина капризно надула губки и снова отвернулась от мужчины, правда, уже не закрываясь одеялом. Марк склонился над ней и поцеловал между лопаток.

— Поднимайся, или я лягу к тебе и ты уже точно до вечера не встанешь!

Алина обернулась и нехотя села на кровати.

— Нет уж, спасибо.

— Неужели тебе не понравилось? — сквозь его улыбку Алина смогла различить небольшую тревогу.

— Так понравилось, что боюсь еще немного такого безудержного секса меня совсем лишат… хм, ног! — она вдруг обхватила его за шею и зарылась в длинные темные волосы, — Это было замечательно!

— Не секса, девочка моя, не секса! Мы с тобой занимались любовью!

Лина прижала его к себе еще крепче и с наслаждением вздохнула.

Он на самом деле ее любит. Можно ли желать большего?

— Так, ладно, — она вдруг резко его оттолкнула, — Пора вставать!

Девушка спустила ноги с кровати и встала на пол. Все тело болело, но ей нравилась эта боль. Марк был ненасытен, но в то же время нежен и ласков, и выпустил ее из своих объятий перед самым рассветом, когда на улице уже было почти светло и за окнами щебетали птицы.

Она подобрала с пола брошенный ночью халат и направилась в ванную.

Господарь румынского клана, Владимир Иртау, сидел на подоконнике и лениво вертел в руках бумажный самолетик. То носом его к себе повернет, то крылья расправит.

Он ждал.

Ждать Владимир не любил, и когда приходилось это делать, хорошего настроения это ему не прибавляло.

В комнату вошел помощник, Адам, невысокий грузный вампир. Владимир называл его Головастиком, но только в очень близком кругу. Прозвище очень удачно отражало и внешность этого вампира, и его цепкий ум, но ученик господаря терпеть не мог мерзкой клички и позволял подобное только своему учителю.