Нить судьбы - Анна Тарасова

— Не бойся! — прошептал он ей на ухо, ласково проходясь губами вниз к шее.

Лина застыла, боясь сделать лишнее движение. Понтифик слегка коснулся ее груди, едва ощутимо, с улыбкой отметил, как девушка напряглась, затем развернул ее к себе и поцеловал долгим нежным поцелуем. Не торопясь, не сминая жадно сопротивление, как вчера, а лишь смакуя и наслаждаясь ее губами. Она сперва не отвечала, стояла, ожидая, пока высший ее отпустит, но потихоньку поддалась своим чувствам, расслабилась и сама обняла понтифика за шею, притягивая его к себе ближе.

Марк оборвал поцелуй, когда девушка начала ему отвечать со всей страстью, которую испытывала, серьезно посмотрел ей в глаза и тихо произнес:

— Если ты не захочешь, то ничего сегодня не будет!

Он знал, что делал. Поцелуй заставил девушку искренне желать продолжения, и, когда он выпустил ее из своих рук, Лина на мгновение даже разозлилась на него. За то, что выпустил.

Впрочем, он помог перебороть страх, а это было сейчас важнее.

Но по дороге Марк все-таки дал выход своему гневу. Как бы он не относился к тому, что Лина наконец-то переезжает в его дом, ее безалаберность порядком возмутила высшего.

— Не могу понять, как ты его вообще впустила! — сердито начал выговаривать ей понтифик в машине.

— Дура потому что, — буркнула Лина, — Он сказал, что от Гюнтера.

— По-моему, я предупреждал, чтобы ты с этим немцем не общалась!

— А я и не общалась. Как он уехал с Эстебаном в Европу, так я его и не видела и не слышала, — говоря это, девушка открыла сумочку, проверяя, все ли документы взяла. И тут же прикусила себе язык, ведь Марк не должен был знать, что девушка виделась с другом до его отъезда.

Но понтифик не обратил на это внимания, занятый другими мыслями.

— Паулю о тебе рассказал именно он!

— Я не думаю, что это Гюнтер сделал. Рассказать обо мне мог спокойно и Эстебан, ему-то все равно терять нечего.

— Нет, моя радость, это именно твой друг немец! Иначе, зачем Пауль назвал именно его имя?

Лина задумалась на мгновение, но затем все равно замотала головой.

— Ты к нему просто слишком критичен. Гюнтер мой друг и я ему доверяю!

— Гюнтер тебе далеко не друг! Почему ты так в нем уверена? — Марк уже серьезно разозлился.

— Он не сделал мне ровным счетом ничего плохого! — категорично заявила Лина и отвернулась к окну.

Марк сердито покачал головой и не стал продолжать этот спор.

Дом понтифика представлял собой двухэтажный светлый особняк в центре города, в районе Патриарших прудов, окруженный небольшим парковым участком, с оградой и шлагбаумом для въезда. Марк остановил машину на подъездной дорожке и помог девушке выйти. Недавняя размолвка испортила ей настроение и к входной двери она пошла, не дожидаясь понтифика. Рванула на себя тяжелую дверь и едва не столкнулась с невысокой женщиной лет тридцати пяти в строгом черном платье с белым воротником и легких туфлях на низком каблуке.

Горничная. У Марка работала горничная. Как в элитных домах высшего света.

Хотя, Лина одернула сама себя, она и попала именно в такой дом. Высшей элиты вампирского общества.

Она пригляделась к женщине — едва заметный макияж, волосы убраны в строгий пучок, на лице суровая неприступность. Типичная строгая домохозяйка.

— Девушка, вы не ошиблись адресом? — сурово поинтересовалась горничная у застывшей на пороге Алины.

Женщина хотела было выдворить девушку обратно на улицу, но вслед за ней в дом вошел понтифик, и служанка склонилась в поклоне.

— Господин!

— Софи, комнаты для госпожи готовы? — спросил он, кивком головы отвечая на реверанс служанки.

— Да, господин, я все вымыла и убрала.

— Хорошо, спасибо, — он повернулся к Лине, — Софи покажет тебе твои комнаты, радость моя. Она будет твоей личной горничной, по всем бытовым вопросам обращайся к ней.

Он, казалось, не замечал ни гнева на лице девушки, ни ее напряженной позы.

— Софи, это твоя госпожа, ее зовут Алина, — представил он девушку, — Теперь она будет жить здесь, вместе со мной. Если она будет недовольна, то буду недоволен и я.

Софи перевела недоуменный взгляд на девушку.

— Мой господин, но…

— Тебе что-то непонятно? — холодно уточнил Марк.

Лина уже не знала, что ей делать, удивляться или возмущаться.

Девушка покачала головой.

— Марк, мне не нужна горничная!

— Я как-то сказал тебе, что не терплю пререканий, любовь моя, — он коснулся губами ее лба, — Так что будь любезна…

Лина повернулась к Софи, не дослушав Марка.

— Извините, пожалуйста, но мне на самом деле не нужна горничная, я вполне могу сама за собой проследить.

Несчастная женщина переводила взгляд с господина на девушку и обратно. Такое откровенно пренебрежительное поведение понтифик никому не спускал, но девушка даже не обратила внимания на нахмуренное лицо высшего вампира.

— Лина, — он жестко поднял ее лицо к себе, — Софи — твоя служанка, она покажет тебе комнаты, располагайся со всем удобством. Все остальное обсудим наедине, нам есть о чем поговорить.

Девушка ответила ему таким же хмурым взглядом и коротко кивнула:

— Нам действительно есть, что обсудить, Марк!

Софи склонилась перед ней в таком же реверансе, как прежде перед понтификом и проговорила:

— Прошу за мной, моя госпожа.

Алина выдернула подбородок из пальцев вампира и пошла вслед за горничной.

Жилые комнаты в особняке находились на втором этаже. Лестница наверх выходила в коридор, где друг напротив друга были обустроены апартаменты хозяина и гостевые, теперь занятые Алиной.

Ей понтифик отвел несколько комнат — личный кабинет, гардероб и спальня. К последней примыкала отдельная туалетная.

Спальня девушке понравилась больше всего — выполненная в светло-песочных тонах, она была полукруглой с большими окнами, выходящими на запад. Как пояснила девушке Софи, Марк приказал отвести под спальню для нее именно эту комнату, потому что по его словам, госпожа не любит, когда по утрам ее будят лучи солнца.

Откуда понтифик узнал об этой слабости девушки, Лина не знала, но, несмотря на свою злость к Марку, была тронута.

Она сразу попросила Софи не называть ее госпожой, мол, она всего на пару дней и госпожой уж точно не является, но служанка отказалась. Приказы понтифика та всегда исполняла в точности.

Осмотрев все комнаты, девушка спустилась снова вниз. Гостиная была великолепна. Дорогая кожанная мебель, журнальный столик красного дерева, окна до потолка и настоящий камин в стене.

Марк ожидал ее, сидя на диване и читая газету.