Ледяная гвардия - Стив Лайонс

Враги на пути пока не попадалось, лишь в переулках изредка мелькали чьи-то силуэты, и однажды увидели типа в черном плаще, который свалился в водосточную канаву, что-то напевая себе под нос. Но когда грузовик в очередной раз свернул за угол, там оказалось порядка двух десятков культистов.

Похоже, они устроили пирушку на развалинах — кругом валялись пустые бутылки. Сейчас кутеж утих, и большинство его участников лежали пьяные, но, заметив новоприбывших, сразу очухались. Приняв вальхалльцев за своих товарищей, приехавших праздновать победу, пьяные культисты устремились к ним с радостными воплями, окружили грузовик, стали его раскачивать и стучать по бортам.

С трудом преодолевая естественное отвращение к еретикам, Грэйл заставил себя изобразить улыбку и показал через окно поднятый большой палец. Сидевший рядом с ним Баррески тоже попытался изобразить приветственный жест, но заставить себя улыбнуться не смог. Впрочем, культисты были настолько пьяны, что вряд ли это заметили. Однако если они заберутся в кузов грузовика и увидят отряд вальхалльских ледяных гвардейцев, начнутся проблемы.

Следовало поскорее выбираться отсюда, но впереди тоже было полно культистов, и Грэйл понимал, что ему придется либо еле ползти, преодолевая невероятное искушение кого-нибудь раздавить, либо именно это и сделать. Все же Грэйл сумел, сохраняя хладнокровие, аккуратно проехать сквозь толпу.

Спустя мгновение Баррески крикнул, вскакивая с сидения:

— Стой! Останови здесь!

Не понимая, что случилось, водитель резко нажал на тормоз.

Баррески выскочил из кабины и подбежал к трупу офицера Имперской Гвардии. Грэйл, увидев эту картину, чуть не рассмеялся от облегчения. Опасности не было, просто его товарищ-танкист заметил ценное снаряжение, которое можно было снять с мертвеца, и не смог проехать мимо. Баррески снял металлическую перчатку с руки мертвого гвардейца и, сияя от счастья, возвращался со своей добычей в кабину.

— Классная перчатка, — сказал Грэйл. — Для чего она?

— Силовой кулак, будто не знаешь, — ответил Баррески, слегка удивленный вопросом товарища. — Надеваешь его на руку, он создает силовое поле, и ты бьешь с силой десяти человек. Вроде не поврежден, разве что обшивка слегка обгорела. Никогда не приходилось пользоваться такой штукой, но я видел, как она действует в бою. Уверен, разберусь, как включить.

— Включить? — удивился Грэйл. — Да ты ее еле поднял!

— Когда эта штука включена, — сказал Баррески, — она сама себя поднимает.

В этот момент раздался стук по задней стенке кабины: полковник напоминал, что время не ждет. Грэйл снова нажал на газ, и вскоре они выехали на улицы, относительно незатронутые боевыми действиями. Ехать здесь было немного легче, и укрытий больше. Вокруг располагались дома обитателей нижних уровней улья. Ряды крошечных окон тянулись до самых крыш.

За пару часов им удалось проехать довольно большое расстояние, но потом, как и следовало ожидать, культистов на пути стало больше. Чем глубже они забирались, тем больше врагов попадалось, как ни старался Грэйл их объезжать. Казалось, все передвижения противника сосредоточились вокруг большого черного здания. Очевидно, это был мануфакторум, и, судя по дыму из его огромных труб, он работал.

Сделав полный разворот, Грэйл повел грузовик обратно, в темный жилой сектор. Он остановил машину в тени, куда не доходил свет фонарей, и когда Баррески поинтересовался, в чем дело, объяснил:

— Там полно еретиков. Кто-нибудь из них обязательно нас заметит и начнет задавать вопросы.

Грэйл хотел посоветоваться с полковником Стилом и попросить разрешения покинуть грузовик. Он очень удивился, когда увидел, что его товарищи начали высаживаться из кузова.

— Думаю, ты прав, Грэйл, — сказал Стил. И тут Грэйл понял, что благодаря аугментике полковник прекрасно знал, что происходит снаружи, и наверняка слышал каждое слово водителя. — Слишком рискованно ехать через толпу. Пора двигаться наверх.

Палинев первым нашел лифт.

Следуя приказам Гавотского, ледяные гвардейцы разошлись искать пути, ведущие к верхним уровням улья. Палинев крался вдоль темной улицы, пока не обнаружил, что приблизился на слишком опасное расстояние к мануфакторуму, о котором говорил Грэйл. Он видел, что на освещенной территории толпятся культисты, и старался держаться вплотную к стене, чтобы они его не заметили. Перед ним была лестница. Палинев осторожно поднялся по ней и с разочарованием обнаружил, что она ведет лишь на высокий мост. Он решил разведать путь дальше, но вдруг его внимание переключилось на то, что происходило прямо под ним.

У мануфакторума не было крыши. Похоже, ее отсутствие не являлось результатом военных действий, потому что все шесть стен остались целы. Видимо, это здание было так задумано с самого начала. Внутри него Палинев увидел огромный круглый бак, наполненный чем-то, напоминавшим жидкий огонь. Над ним свисали толстые цепи, закрепленные на полиспастах. Многие из них спускались прямо к баку, вокруг которого с громкими возгласами и песнями бегали сотни культистов. Кое-кто из них работал с рычагами серых приземистых механизмов, нажимая на них в какой-то загадочной последовательности.

От жара огня у Палинева пересохло в горле — и не только от этого.

Военная машина Хаоса работала, производя, как и некогда Империум, железо из богатой руды Крессиды. Теперь хаоситы, используя свои грязные технологии, делали из этого железа оружие, броню и боевую технику. Крессида пала, и ее захватчики вооружались для новых завоеваний.

Двери лифта оказались за углом узкого коридора, вдали от вражьих глаз. Нажав на светящуюся руну вызова, Палинев бросился в укрытие. Послышался лязг и скрежет механизмов кабины, которая поднималась с самого нижнего уровня подулья. Лифт был пуст и, как выяснилось, работал. Палинев, осторожно перейдя мост, направился обратно, чтобы доложить о находке.

Через несколько минут девять ледяных гвардейцев набились в тесную кабину лифта, и Стил нажал одну из самых верхних рун на стене.

Путь наверх, казалось, занял целую вечность. Руны на стене последовательно загорались, отмечая каждый из ста с лишним уровней улья. Палинев, как и все остальные, был начеку, опасаясь, что, если кто-то услышит шум поднимающегося лифта, сможет его остановить, и солдаты, находящиеся в кабине, станут легкой добычей.

У него дрогнуло сердце, когда лифт вдруг остановился, но двери не открылись, и в кабине раздался негромкий, но настойчивый звуковой сигнал.

Гавотский вздохнул.

— Этого я и боялся. Без кода доступа нам не подняться выше. Это сделано, чтобы жители подулья не попадали на верхние уровни.

— Дайте-ка, я посмотрю, — сказал Баррески. Он достал нож, вставил лезвие в вертикальный шов рядом с рунами и со знанием дела отколупнул им панель в стене. За ней обнаружилось переплетение множества проводов. Палинев затаил дыхание, когда его товарищ бесцеремонно запустил в них руки.

Не обращая внимания на искры и треск, которыми машинные духи выражали свое недовольство, Баррески оборвал несколько проводов, звуковой сигнал прекратился, и лифт снова поехал наверх.

— Маленький фокус, которому я научился в детстве, — с ухмылкой произнес Баррески.

Наконец они достигли своей цели. Двери с грохотом открылись, и девять солдат вышли на широкую пустую улицу.

Контраст с нижними уровнями был огромный. Хотя вокруг по-прежнему стояли здания, здесь их разделяли широкие аллеи и площади. Через прозрачные панели в крыше улья, находившейся на десять уровней выше, сюда проникал солнечный свет. Внизу архитектура была строго утилитарной, а здесь имелись статуи, резные колонны, фонтаны и гаргульи. Административные здания отмечались гербом в виде орла над входом. Увидел Баррески и жилые дома с широкими окнами и балконами.

Хаос везде оставил свои следы: многие стены были осквернены нечестивыми знаками, большинство помещений разграблены, некоторые сгорели. И очень холодный воздух, гораздо холоднее, чем внизу, — почти как снаружи.

Стил обнаружил и еще кое-что — инфопанель с белым прямоугольным корпусом на вращающейся подставке. Полковник подозвал к себе Баррески, и тот подтвердил, что это общественный терминал. Его интерфейс был максимально доступен. Встроенные руны читались легко. Вскоре Баррески вывел на экран инфопанели план улья и показал Стилу, как получить подробный план каждого уровня и сектора. Потом он с восхищением наблюдал, как полковник быстро просматривает карту за картой, казалось, даже не прочитывая названия, но Баррески был уверен, что все подробности каждой карты оставались в аугментической памяти Стила.

— Космопорт, — пробормотал Стил, задержавшись на секунду у карты. — Полезная информация. Значит, мы сможем выбраться отсюда, если повезет.