Парадокс жнеца. Книга вторая - Алексей Котов

нравилось, на самом деле — разумом если; принимал такое решение сердцем, руководствуясь все тем же желанием сохранить какую-то связь с прошлой жизнью. Да и в ответе мы за тех, кого вместе с собой в блудняк втянули.

В общем, вздохнув громко, показывая Виталику, что разочарован его поведением, я уже перевел взгляд туда, из-за чего собственно и попросил его притормозить. По широкому тротуару навстречу нам шли двое — Гарик и Оксана. Бывший лучший друг и бывшая девушка. Вместе идут, за руки держатся. Даже отсюда видно, что нашли друг друга.

Остановиться, поговорить с ними? А зачем? Все, прошлая жизнь кончилась, здесь новая началась — и что с Гариком, что с Оксаной я не хочу иметь никаких общих дел. Потрачено.

— Чё такое, шеф? Знакомые?

— Ничего, Виталь. Ничего. Поехали.

— Как скажете, шеф!

Броневик, несмотря на желание Виталика исполнить резкий гоночный старт, тронулся месте плавно, разгоняясь быстро, но без рывков. Пара сотен метров, крутой поворот, и подражая интонациями озвучке навигатора Виталя сообщил, что мы приехали, когда подкатил к крыльцу здания штаба.

Одновременно с тем как я развернулся — вместе с креслом, в сторону выхода, дверь-трап сразу же мягко поехала вниз. На улице меня встретили охраняющие штаб варанги, проводили до кабинета, где меня ждал старый знакомый — центурион со шрамом.

Вернее, уже военный трибун — по сути, в мое отсутствие командир легиона. Один из первых людей, кого я встретил в тумане аномалии впервые. При этом лишь совсем недавно имя узнал: Курт До́стал. Чех, с ударением на первый слог. Виталя, правда, уже рассказал, что все остальные произносят его фамилию с привычным ударением на второй, маскируя смыслы. Еще рассказал, что трибун об этом знает, но бороться даже не пытается.

В кабинете, куда нас довели варанги, кроме военного трибуна присутствовали еще Димарко и Питер. Оба серьезно изменились внешне, и не только из-за красных полос по глазам, или отсутствии очков у Питера. Как и Виталя, оба прошли расширенные процедуры улучшения организма, и оба сейчас намного превосходят возможностями обычного человека. Но дело даже не в этом — на обоих кроме тяжести доспехов груз ответственности командиров, что заметно меняет внешность, выражение лиц, манеры поведения и повадки.

Мы здесь собрались для обсуждения плана моей эвакуации после того я поменяю истинное тело, оставшись завтра в монолите перед его обновлением. Все должно проходить в обстановке секретности — людей вокруг монолита «Княжев» сейчас огромное количество, и кто знает, кому и что может прийти в голову лишнего. Опасно, но подумали и решили с Кайсарой, что лучше замену истинного тела не откладывать.

Непосредственно в детали плана меня пока никто не посвящал. Сам я, занятый привыканием к новому телу, разъездами по курортам Терминатора и путешествием по орбите для встречи с Варроном, семьей Геллы, а также другими уважаемыми и важными для общего дела людьми, этого вопроса вообще не касался, оставив на откуп специально обученных людей. И сейчас готовился слушать, что для меня приготовили.

— Итак, операция «Ясон», — произнес военный трибун, показывая мой жилой комплекс на карте-макете Княжева.

— Как? — не понял я. — Ясон?

— Да. Жилой комплекс называется «Арго», как корабль Ясона, — пояснил Курт, судя по взгляду не очень понимая суть вопроса.

Хм. Я всю дорогу думал, что «Арго» — это корабль Одиссея. Хорошо, что вслух ни разу не сказал об этом, неприятно могло получиться. И это мое невысказанное вслух заблуждение подтверждает правильность выбора тактики поведения: по возможности стараться быть немногословным, высказываясь только по делу. Не только здесь, в этом мире, я вообще такой тактикой с детства пользуюсь. Помогает казаться умнее, чем есть на самом деле. Курт между тем вернулся вниманием к карте-макету, не дождавшись от меня комментариев.

— Тотальную зачистку монолита мы не производили, но за три месяца подчистили основательно. Последнюю неделю трудовые команды уже без сопровождения на работы выезжали, ни одного нападения не зафиксировано…

Хорошо, что я не был в курсе приготовлений. Не знаю, как бы себя повел, если бы узнал, что по туману в качестве наживки ходят рабочие команды, провоцируя туманных тварей на нападение.

Вот она, важная деталь, которую не победить секретностью подготовки — угроза мглы. Но Курт выказывал спокойствие: с его слов, если во мгле присутствует угроза, если у монолита есть ресурс для создания туманных тварей, то они не могут не нападать на живых людей, постоянно маячащих рядом. А таких за последние дни в монолите раскатывало немалое количество. Кроме того, Курт акцентировал внимание, что в ходе обновления монолита, когда мгла уже начинает постепенно поглощать окружающие объекты, туманные твари не проявляются. Они к этому моменту теряют силу, становясь частью мглы, постепенно в ней растворяясь. И потому, подвел черту доклада Курт, чтобы исключить лишний риск и минимизировать время, спуск на место будет происходить сверху.

— На парашюте? — не очень понравилась мне идея.

— На тросу. Дирижабль подгоним по координатам, спустим прямо на крышу дома.

Это ж какой длины трос должен быть, и откуда они его взяли. Но откуда-то взяли, уточнять я не стал.

— Путь проверен неоднократно, все нужные двери открыты, ненужные заблокированы, — с этими словами Курт посмотрел на Димарко с Питером. Оба кивнули — похоже, они и занимались.

— После того как обновление монолита завершится, на место, сразу же и с разных точек входа, выдвигаются две эвакуационные группы. Одну поведет Питер, вторую Димарко. Я останусь на границе в готовности реагировать на возможные угрозы извне. Перед эвакуационными командами пойдет десяток стай гоблинов, чтобы, если что вдруг, отвлечь или принять на себя первый удар мглы, если таковой последует. Вопросы?

Вопросов по деталям у меня было немало, обсуждение затянулось. Под конец я и про трос спросил, оказывается провода с линии электропередач скрутили за несколько обновлений, складируя в грузовом доке цитадели как ресурс, заготавливаемый по запросу Департамента материального обеспечения Протектората. Сейчас как раз идет погрузка в дирижабль, который, отклонившись от планового грузового рейса, должен будет завтра утром меня на место доставать. Все с соблюдением режима секретности, с самым узким кругом посвященных в истинные задачи людей.

Обсуждение деталей затянулось более чем на час, после чего я еще — отрабатывая легенду инспекционной поездки, походил по штабным коридорам с умным лицом, потом проехал по лагерю, отдал даже несколько общих и безобидных указаний, акцентировав вниманием на том, что завтра снова приеду проверить. На самом деле приеду, только