Ветренный красавец - Таня Майклс

— Только вчера сделала. — Сторми с удовольствием приподняла ногу и продемонстрировала ногти, накрашенные нежно-розовым лаком.

— Замечательно. — Оливия быстро изложила свой план, и Сторми побежала менять сорочку на что-нибудь, оставляющее колени открытыми.

Через пару минут Сторми с Чэдом снова были на кровати. На снимке будут только накрашенные пальчики Сторми и крепкие бедра Чэда. А в фокусе — небрежно брошенная на столбик кровати кружевная сорочка.

По задумке Оливии, эта сцена должна была намекать на то, что именно кружевная вещичка привела героев в постель. Такой сюжет внесет разнообразие в ряд однотипных снимков.

Этот день прошел очень интенсивно. Отпустив моделей, Дэн, Оливия и Джастин расставили мебель по местам и выключили лампы. Дэн посмотрел на часы и обратился к Джастину:

— Слушай, я тебе еще нужен, а то у меня завтра…

— Понял-понял. Можешь идти.

— Там внизу еще осталась пара ассистентов, если вам понадобится помощь.

Оливия с Джастином переглянулись.

— Спасибо, здесь мы уже закончили. Беги, учись.

Дэн усмехнулся:

— Конечно.

Студент схватил пиджак и вышел.

— Это было потрясающе, — сказал Джастин, протирая линзы. — Твоя идея.

Он имел в виду фотографии, на которых будут только ноги. На собраниях «Кружевных штучек» много говорили о компаниях-конкурентах, которые экономили деньги, фотографируя только изделия, не привлекая для рекламы моделей. Зато и продавались они не так хорошо, как продукция «Кружевных штучек».

По правде говоря, Оливия совсем забыла о политике компании, когда ей в голову пришла эта идея. Теперь же она испугалась, что ее импульсивный поступок не понравится начальству.

— У нас достаточно других снимков, если Стиву не понравятся эти.

— Они будут великолепны, — ободряюще сказал Джастин. — Хочешь посмотреть на цифровой камере? Фотографии будут позже. Мне надо с ними немного поработать.

— Конечно.

Джастин достал одну из камер и присел на кровать. Матрас прогнулся под его тяжестью.

Она опустилась рядом, скинула туфли и поджала ноги под себя.

Джастин пролистывал снимки, включая один неудачный с Чэдом, и Оливия подумала, стоит ли он затраченных на него денег.

Видимо, Джастин подумал то же самое.

— Может, Чэд и симпатичный, но какой-то деревянный, — прокомментировал он. — Вот, нашел.

В студии было все необходимое оборудование, чтобы улучшить качество, но уже сейчас снимки обещали быть превосходными. Глядя на эти фотографии, покупатель сможет вообразить себя на месте моделей.

— Это даже лучше, чем поцелуи в шею, — высказала свои мысли Оливия.

Брови Джастина взлетели вверх. Оливия поняла, что сказала это вслух, и затрепетала.

— Поцелуи в шею тоже неплохи… — пробормотала она, вспоминая, как Джастин чуть не поцеловал ее. — Просто у Чэда это не получилось.

— Не могу не согласиться. — Их взгляды встретились. — Искры от них не летели.

Ее пульс участился.

На лестнице послышались шаги.

Но эти звуки были за тысячу световых лет отсюда. Вселенная сосредоточилась в этой спальне.

Джастин потянулся за камерой. Его длинные пальцы коснулись хрупкого запястья.

— У тебя правда планы на вечер?

— Нет.

— Ты просто пыталась отделаться от Чэда? Должен сказать, я приревновал тебя к этому выдуманному поклоннику. — Он провел рукой по ее плечу, взял в руки прядь волос и погладил. — Не мог вынести мысли о том, что кто-то другой может касаться тебя.

С невероятной нежностью Джастин обвел кончиком пальца контуры ее губ.

— Целовать тебя так, как я…

Она задрожала:

— У меня не было планов целоваться сегодня вечером.

— Ты передумаешь, — пообещал он.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Разумная женщина остановила бы его, но Оливия в последнее время умом не отличалась. Ее руки сами собой легли на его затылок, а губы раскрылись навстречу поцелую. Все эти долгие часы, пока они помогали моделям разыгрывать иллюзию страсти, Оливия сгорала от настоящей страсти. Желание, которое она так старательно подавляла, вырвалось на свободу. В их поцелуе было больше первобытной страсти, чем нежности. Девушка даже не заметила, как упала на матрас и оказалась прижатой к кровати сильным телом Джастина.

Оторвавшись друг от друга, они судорожно дышали, пытаясь успокоиться. Но разве можно успокоиться, когда его руки проникли под кофточку? Пальцы погладили живот и легли на грудь, которая отчаянно жаждала его прикосновений.

Ей хотелось увидеть Джастина обнаженным.

Оливия потянула за его футболку, открывая плоский живот и золотистые колечки волос на груди. Джастин приподнялся, помогая ей завершить начатое. Он многозначительно посмотрел на ее кофточку, и через секунду она уже лежала на полу. На миг Оливия застеснялась своего простого эластичного лифчика, которому было далеко до откровенных кружевных туалетов.

Но Джастин, казалось, не обратил на это внимания. Он расстегнул застежку, отвел ткань в сторону. Ее грудь открылась его восхищенному взгляду. Оливия тут же забыла обо всем на свете.

— Какая красота, — сказал он.

Накрыв ее груди ладонями, Джастин взял одну чувствительную вершинку в рот. По ее телу пробежала дрожь наслаждения, а внутри все сладостно сжалось.

Инстинктивно Оливия обхватила его ногами. Одна рука скользнула в карман джинсов и сжала крепкие мускулы, обнимая его еще крепче. Джастин сжимал ее груди. Скоро Оливия уже извивалась под ним, обезумевшая от страсти. Наслаждение было болезненно острым. Оливия забыла обо всем.

Ее бедра бессознательно приподнялись. Джастин продолжал целовать ее, в то время как его рука пыталась расстегнуть пояс брюк. Оливия приподнялась, помогая ему избавиться от лишней материи.

С трудом Джастин оторвался от нее, скинул туфли, носки и одним молниеносным движением — джинсы.

Боже мой!

Оливия подозревала, что он хорошо сложен, но вид его, обнаженного, возбужденного, сгорающего от страсти, ошеломил ее. Джастин склонился над ней, опираясь на руки, и, глядя на нее обжигающим взглядом, прошептал:

— Твои трусики.

Этой команде, отданной охрипшим от страсти голосом, невозможно было не подчиниться. Она стянула трусики. Джастин вознаградил эту покорность жарким поцелуем. Оливия застонала.

Никогда она не была такой горячей, как сейчас. Она выгнула спину, поощряя его к дальнейшим действиям. Их глаза встретились. Оливия знала, что никогда никого не хотела так сильно, как Джастина сейчас. Такое бывает только раз в жизни. Он вошел в нее одним уверенным движением, и Оливия замерла от удовольствия.