Волшебная ночь в Риме - Элли Даркинс

– Хорошо, я согласна. С удовольствием поеду. – Она почувствовала, как улыбается, ощутила разливающееся по телу удивительное тепло, наполняющее радостью ее сердце. – Рим, Ник. Ты не представляешь, как я счастлива!

Ник наблюдал, как Лили радуется предстоящей поездке в Рим, довольный, что сумел уговорить ее ехать с ним. Сегодня утром ему пришла в голову эта чудесная идея, и он не находил покоя, пока не выяснил все детали. Он еще некоторое время назад запланировал эту поездку, собираясь встретиться с поставщиком тканей, с которым сотрудничал уже несколько лет. А теперь, когда они с Лили решили проверить, к чему может привести притяжение, возникшее между ними, нельзя упускать такую возможность, как поездка в Рим вдвоем.

На какой-то краткий миг у него возникло желание позвонить ее сестре и попросить посидеть с Рози. Но он остановил себя. Ему нужны Лили и все, что с ней связано. Он не мог, просто не хотел притворяться, что Рози не имеет отношения к их жизни. Он сделал несколько звонков, попросил нужных людей об услуге и решил почти все вопросы по поездке еще до прихода в офис.

– Ты мне почти ничего не рассказывала о своей семье, – заметил он, когда они исчерпали все темы, связанные с Италией.

– Особенно нечего рассказывать. – Лили пожала плечами, хотя грусть, омрачившая ее взгляд, говорила об обратном.

– Я знаю, как ты переживаешь, что вы с сестрой не близки.

Ник не понимал, зачем продолжает говорить об этом. Возможно, потому, что сам хотел сблизиться с Лили, по-настоящему узнать ее. Он открыл ей самые ужасные моменты своей жизни, а сам о ней почти ничего не знал. Как они могли пытаться сблизиться, стать больше чем просто друзья, если он знает о ней так мало?

– Это правда, – призналась Лили. – Но, возможно, теперь все изменится.

– У вас вышла серьезная размолвка?

Она покачала головой, отпив кофе. Случайная капля упала ей на нижнюю губу. Ник как завороженный смотрел, как Лили медленно слизнула ее.

– Ничего серьезного.

– А как к этому относятся твои родители?

У нее резко перехватило дыхание, хотя она изо всех сил пыталась это скрыть. Он понял, что переступил запретную черту.

– На самом деле моих родителей нет. Отца я никогда не знала, а мама умерла, когда мне было двенадцать лет.

Ника словно изо всех сил ударили под дых, настолько его пронзила боль за Лили. В то же время он сам хотел бы ударить себя за то, что разбередил ее рану. И зачем только понадобилось ворошить ее прошлое? Если бы она хотела поговорить о своей семье, сама завела бы этот разговор. Правда, ему показалось, что Кейт что-то рассказывала о семье Лили. Если это не ее сестра или родители, кто эти люди?

– Прости, Лили. Не надо было мне совать нос куда не следует. Нам не надо…

– Все в порядке. Я не возражаю против того, чтобы поговорить об этом. На самом деле хорошо, когда иногда кто-нибудь напоминает о маме. Она была доброй и веселой. Этого недостаточно, чтобы описать ее, но я не знаю, как еще… – Лили осеклась и подперла голову рукой, склонившись над столом. – В детстве все было чудесно, но теперь я начинаю понимать, каково это – растить ребенка одной.

Она до сих пор не представляла, как маме это удавалось. Посвящая каждый день уходу за маленькой Рози, она испытывала все большее уважение и признательность к матери. Глядя на собственные усилия, порой задумывалась, почему у нее все было так непросто.

– И у меня была старшая сестра, которая помогала присматривать за мной. Но потом мама погибла в автомобильной катастрофе, и все изменилось.

– Мне так жаль.

Ник не мог поверить, что до сих пор не узнал об этой трагедии ее жизни. Ведь она позволяла ему рассказывать о его собственной потере и горе, ни словом не обмолвившись, что сама потеряла дорогих людей.

– Все не так уж плохо, – заметила Лили, взглянув на него и слегка улыбнувшись. – Было время, когда все казалось ужасным. Но меня отдали в прекрасную семью, и эти люди помогли мне пережить смерть мамы. Вспоминать о ней с любовью, представлять, какой чудесной семьей мы когда-то были. Мне очень повезло, что я обрела людей, которые искренне любили меня и заботились обо мне.

Ника восхищало ее самообладание, но он чувствовал, что история с сестрой гораздо сложнее.

– А Хелен?

– Хелен старше меня. Ей было шестнадцать лет, когда умерла мама, и она оказалась слишком взрослой для приемной семьи. Конечно, ей было очень больно. После гибели мамы она словно пыталась доказать всему миру, что ей никто не нужен. Хотела жить по-своему и заботиться о себе самой. Моя приемная семья всегда была рада ее видеть, мы все хотели, чтобы она жила с нами, но она этого не желала. Мы с Хелен сводные сестры, и со смертью мамы та половина родства, которая объединяла нас, похоже, просто перестала существовать.

Ник снова попытался выразить сожаление, сочувствие, но он так часто произносил эту фразу, что теперь она начинала приобретать вкус банальности. Он не представлял, как удалось Лили переносить эти ужасные удары судьбы и не разучиться улыбаться, вспоминая о своей любимой семье, которой больше не было на свете. Когда он потерял сына, а потом жену, ему казалось, что мир рухнул в одночасье. Словно солнце перестало согревать его своим теплом. Он больше не чувствовал, что живет. А Лили, несмотря на страшное горе, продолжила идти вперед.

– Вы не общались?

– Мы пытались. Я пыталась. Писала ей. Сначала письма, потом сообщения по электронной почте. Иногда она отвечала, иногда нет. В конце концов мои письма стали возвращаться, а сообщения в Интернете не доходили до нее. Иногда она писала пару строк, но это были сухие сообщения. Мне стало понятно, что без меня ей гораздо проще, думаю, я напоминала ей о страшной потере, которую она пережила.

– Но, попав в беду, она пришла именно к тебе. Значит, доверяет и любит.

– Я много думала об этом. И так и не смогла ее до конца понять. Но мне не кажется, что она оставила Рози со мной, потому что любит меня. Возможно, все дело в том, что мы родственники. Возможно, она не хотела, чтобы Рози оказалась в приюте. Ну, или просто не смогла до конца понять, чего вообще хочет для нее. Вероятно, думала, что, оставив малышку со мной, сможет вернуть ее, если передумает. И не важно, кто я для нее, дело лишь в том, что у нас одна мать.

– О, Лили… – Он накрыл ее ладонь своей ладонью и нежно стиснул пальцы. – Не могу поверить, что это правда. Мне кажется, она знает, какой ты необыкновенный человек и позаботишься о ее дочери, не задавая лишних вопросов. Подаришь ей самое счастливое детство, которое осталось в памяти Хелен.

– Возможно.

Лили улыбнулась, хотя Ник заметил блестевшие в ее глазах слезы.

– А как идут дела с… – Он даже не знал, как назвать это. Ситуация с Рози? – С вопросом об опекунстве. Есть новости от соцработников?