Незваная гостья - Синди Холбрук

Джеффри прошел в свою спальню и застыл, увидев на постели кучу сложенного белья, поверх которой лежала записка. Он нахмурился и развернул листок. На нем было написано всего три слова: «Сюрприз от Ами».

Джеффри отбросил в сторону бумагу и взял с постели первую попавшуюся вещь. Ею оказалась его любимая рубашка.

– Черт побери! – пробормотал он. Следующим оказались его брюки. Он с ужасом обнаружил, что одна штанина была теперь почти вдвое короче другой.

– Проклятье!

Под брюками что-то белело. Носовые платки. Джеффри взял один из них, развернул и побагровел от гнева.

– Это уже слишком!

С перекошенным лицом он выскочил из спальни.

– Ами! – заорал он, вбегая в гостиную. Capa и Мелани мирно сидели на диване с чашечками чая в руках. – Что это за чертовщина?

Capa посмотрела ему прямо в глаза и улыбнулась.

– Вы нашли мой сюрприз?

– Сюрприз?! – крикнул Джеффри. – Вы… Вы – ведьма!

– Ведьма? – спокойно повторила Capa. – Как только у вас язык поворачивается говорить такое. Я проработала весь день, все пальцы исколола…

– В самом деле, Джеффри, – вступилась за Сару Мелани, – ты не должен называть Ами ведьмой. Она так старалась…

– О да! Она очень старалась, – мрачно подтвердил Джеффри. Он швырнул одежду на ближайший стул. – Вот, взгляни сама, как она старалась!

Он развернул перед Мелани свою любимую рубашку. Вдоль всего рукава тянулся уродливый, неровный шов.

Мелани широко раскрыла глаза.

– О боже, – прошептала она.

– Конечно, шов мог бы быть и поровней, но уж слишком большая дыра там была. Вы же сами видите, – спокойно сказала Capa.

– Видим, – заверил ее Джеффри, отшвырнув рубашку и хватая брюки. – А это что?

Capa слегка покраснела.

– Джеффри, прошу вас! Если вам не нравится моя работа, то это еще не повод трясти штанами на глазах у всех, да еще во время чаепития!

– Штанами? Они когда-то были штанами! – закричал Джеффри и приложил их к поясу. Одна штанина была вдвое короче другой.

– И как вам только это удалось? – произнесла Мелани дрогнувшим голосом.

Capa поджала губы.

– Может быть, мое шитье и далеко пока от совершенства, но я же только учусь. Конечно, брюки…

– Нет больше брюк, – причитал тем временем Джеффри. – Нет больше моих любимых брюк!

– Но… Но, может быть, их еще можно носить под сапоги? – робко предложила Мелани.

– Да, – с готовностью подхватила Capa, – конечно, под сапоги. Никто и не догадается.

– Не догадается! – простонал Джеффри. – А что вы скажете об этом, мадам?

Он потрясал в воздухе носовым платком, на котором красовались его инициалы, украшенные крупной розой.

– О боже! – воскликнула Мелани. – Какая прелесть!

– Я думала, что с вышивкой платки станут изящнее, – сказала Capa. – Платки без монограмм теперь не в моде.

– Между прочим, прекрасная вышивка, – заметила Мелани.

– Прекрасная? – набросился на нее Джеффри. – Эта ужасная розочка?!

– Где вы научились такому стежку? – спокойно спросила Мелани Сару, не обращая внимания на возмущение Джеффри.

– Не знаю, – ответила Capa. – Не помню. Это произошло как-то само собой.

– А меня сможете научить? – живо спросила Мелани.

– Нет! Не будет она тебя учить! С меня и этих розочек хватит! – зарычал Джеффри, не давая Саре ответить.

– Да, я согласна, цветок здесь не совсем к месту, – согласилась Мелани и обернулась к Саре. – Сами посудите: Джеффри и роза!

Девушки посмотрели друг другу в глаза и расхохотались.

– Боюсь, что роза – пока единственный рисунок, который я вспомнила, – заметила Capa. – Но со временем, возможно, я вспомню что-нибудь другое. Уток, скажем, или… плуги.

– Плуги? – переспросила Мелани, и девушки вновь залились хохотом.

Джеффри насупился.

– Не над чем смеяться, – сказал он и взял из рук Мелани свой оскверненный платок. – Беда в том, что она вышила все мои платки! Все до единого!

– У меня масса свободного времени, – задыхаясь от смеха, ответила Capa. – И я… Я просто хотела показать, чему научилась, как умею шить…

– Шить! – крикнул Джеффри. – Это называется шитьем?! Да это вредительство!

– Джеффри, – сказала Мелани, – успокойся. Нельзя же быть таким нетерпеливым.

– По-твоему, я должен без штанов ходить? – обиженно откликнулся Джеффри и злобно покосился на Сару.

– Вы можете пока носить мою одежду, как только ее доставят, – сказала Capa. – Я вам разрешаю.

И она кротко улыбнулась.

– Проклятье! – простонал совершенно взбешенный Джеффри.

– Джеффри, ты должен извиниться перед Ами, – обратилась к нему Мелани.

– Даже не подумаю, – проворчал в ответ Джеффри. – Мне не за что просить прощения.

Он взглянул на Сару. В ее глазах промелькнуло странное выражение, и Джеффри понял, что она догадалась о том, что на самом деле он имел в виду.

– Я согласна, – сказала Capa. – Вам и в самом деле не за что извиняться. Я уже привыкла к тому, что вы ведете себя как невоспитанный грубиян.

– Джеффри, – нахмурилась Мелани. – Боюсь, ты слишком жесток по отношению к Ами. Ведь она потеряла память. Ей нужно время, чтобы постепенно все вспомнить.

– Начинаю в этом сомневаться, – возразил Джеффри. – Она слишком быстро учится тому, чему ей хочется научиться… Или просто делает вид, что вспоминает, а на самом деле все прекрасно помнит.

– Довольно! – резко сказала Capa и поднялась с дивана. – Хватит с меня! Я давно смирилась с тем, что в этом доме передо мною не извиняются за грубость, но новых оскорблений я больше не потерплю. Прошу простить меня.

Она вылетела прочь из гостиной так быстро, что Джеффри не успел и рта раскрыть. Он стоял посреди комнаты, и вид у него был достаточно глупый.

Мелани осуждающе посмотрела на Джеффри.

– Как это жестоко, – сказала она.

– Может быть, – согласился Джеффри, подходя к Мелани. – Впрочем, все к лучшему. По крайней мере, она перестанет таскать мои рубашки.

– Не понимаю, – сказала Мелани.

– Неважно, – ответил он. – Неважно.

– Ну что ж, – Мелани встала. – Мне, пожалуй, пора домой.

Джеффри поймал ее укоряющий взгляд.

– И ты тоже? – спросил он. – Ты тоже осуждаешь меня?

– И я тоже. Ты слишком многого требуешь от Ами. Она, как мне кажется, старается изо всех сил, а ты не даешь ей ни единого шанса.

Джеффри ничего не ответил, и Мелани покинула гостиную в полной тишине. Оставшись один, он окинул взглядом кучу испорченной одежды на полу. Белый платок с его инициалами и пунцовой розой лежал отдельно и был похож на флаг. Джеффри наклонился и поднял его с пола.

«Что это? Флаг войны или знак перемирия?» – подумал он, положил платок в свой жилетный карман и потянулся к чайнику.