Незваная гостья - Синди Холбрук

– Все были настолько увлечены ее рассказами, что я решил не прерывать их беседу, опасаясь, что в противном случае они меня просто разорвут на клочки, – сказал Джеффри и рассмеялся. – По-моему, тряпки – единственная на свете вещь, в которой она по-настоящему понимает толк.

– У нее потеря памяти, – мягко напомнила Мелани. – Не может же она вспомнить все и сразу.

Джеффри покачал головой.

– О гусарских костюмах она помнит все, а сама на себе застегнуть платье не может. Забыла, что такое штопать и шить, но прекрасно помнит, куда и как нужно приделывать эти проклятые кружева и перья. А меня то и дело упрекает в невоспитанности.

– Правда? – удивилась Мелани. – Как странно. Интересно, что заставляет ее именно так думать?

– Это все потому… – начал Джеффри и замолчал. Ему очень не хотелось обсуждать этот вопрос в деталях. – Одним словом, она хочет, чтобы я потакал ей, ходил перед ней на цыпочках, рассыпался в комплиментах и позволял ей все, включая эти невозможные платья… Я готов отнести ее назад – туда, где нашел.

– Ты не сделаешь этого, – сказала Мелани. – И сам об этом знаешь.

– Назад, может быть, и не отнесу, – мрачно согласился Джеффри, – но очень хочу, чтобы она сама поскорее исчезла из моего дома.

– Это жестоко. Она одна на целом свете, да еще и без памяти. Она же совершенно беспомощна!

– Беспомощна? – воскликнул Джеффри. – Ну уж нет! Кто угодно, только не она!

Мелани пристально посмотрела ему в глаза, и Джеффри невольно отвел взгляд.

– Ты сам виноват. Слишком далеко с ней заходишь. И при этом постоянно думаешь о ней, изводишь себя. Перестань. Лучше сядь, выпей чаю.

– Вряд ли я успокоюсь от чая, – пробурчал Джеффри, но сел в кресло возле Мелани, взял со столика уже налитую чашку с дымящимся чаем и сделал несколько глотков.

Несколько минут прошло в молчании, затем Мелани нарушила его.

– Джеффри, – сказала он, – а почему бы ей не пожить у нас? Мы с мамой теперь дома, так что не будет никаких проблем.

– Нет, – покачал головой Джеффри, – пусть остается здесь. Я не собираюсь подкладывать свинью твоей матери. И без Ами у вас хватает забот. А то придет к вам в дом и примется первым делом считать звонки на стенах.

– Прости, я не поняла.

– Как-нибудь в другой раз объясню, – вздохнул Джеффри. – Одним словом, я не хочу, чтобы она теперь испортила жизнь еще и вам.

– Понятно, – сказала Мелани и тоже вздохнула. – Но я очень хотела бы хоть чем-то помочь тебе.

– Помочь? – улыбнулся Джеффри. – Помочь здесь может только чудо. Скажи, ты можешь каким-то волшебным образом изменить Ами?

Мелани ненадолго задумалась, а затем серьезно ответила:

– Возможно.

– Брось. Это невозможно, – сказал Джеффри. – Она упряма, как осел.

– Но я могу начать учить ее, – заметила Мелани. – Учить женскому мастерству – готовить, шить и так далее. Может быть, ей просто нужно напомнить, как это делается, и она станет нормальной женщиной.

Джеффри задумчиво смотрел на Мелани. Внутренний голос советовал ему отказаться, но Джеффри не послушался его и согласно кивнул. Сейчас он был готов, словно утопающий, схватиться за любую соломинку.

– Ты правда надеешься на то, что это может удасться? – спросил он.

– Конечно, – улыбнулась Мелани. – Может быть, то, что я предлагаю, и есть единственное средство, чтобы помочь Ами. Она вспомнит, как и что делается, а заодно вспомнит и о том, как важно для женщины уметь шить и готовить и насколько это важнее кружев и перьев.

– Да, – улыбнулся Джеффри. Слова Мелани заронили в его сердце искорку надежды. – Если ты возьмешься ее учить, я буду тебе бесконечно признателен.

Щеки Мелани слегка порозовели.

– Я попытаюсь.

– Попытайся. О большем я и не прошу, – сказал Джеффри. – Просто попытайся.

– Я сделаю все, что в моих силах, – заверила его Мелани. – А теперь успокойся и пей чай.

Джеффри вздохнул, сделал глоток горячего ароматного чая и с улыбкой посмотрел на Мелани. Оба они молчали, и в этой тишине Джеффри почувствовал себя легко и спокойно – впервые за все последние дни.

Capa стояла возле приоткрытой двери в гостиную. Она слышала весь разговор Джеффри с Мелани и была в гневе. Как только смеет этот, с позволения сказать, джентльмен, так расписывать Сару перед своей подружкой? Именно теперь, когда ей показалось, что она сумела пробить брешь в отношениях с этим человеком, когда впервые за последнее время она почувствовала под ногами твердую почву, в этот самый момент он предал ее. Выставил перед другой женщиной как сумасбродную пустышку – это ее-то, Несравненную леди Сару, у ног которой лежал весь Лондон! А она-то сама тоже хороша! Готова уже была учиться готовить, шить… Чушь! Тоже мне – «искусство быть женщиной»!

И теперь они со своей подружкой сидят, пьют чай, довольные собой и своим решением отдать Сару в лапы этой Мелани. Но Джеффри-то, Джеффри-то каков! Расстается с ней, не моргнув глазом, словно не женщину выбрасывает из дома, а ведро с мусором.

Плохо он знает ее! Надеется на то, что его подружка чему-то сможет научить Сару? Ошибается! Учиться придется ему самому!

Capa расправила плечи и, изобразив на лице улыбку, вошла в гостиную. Увидев Мелани, застыла от удивления. Та оказалась очень милой девушкой – невысокого роста, с золотисто-каштановыми волосами и карими глазами.

– Добрый день! – сказала Capa. – Я и не знала, что у Джеффри гости. Надеюсь, я вам не слишком помешала?

– Нет, нет, нисколько, – улыбнулась ей Мелани. Улыбнулась совершенно искренне, дружески. – Мы с Джеффри просто пьем чай.

Capa перевела взгляд на Джеффри, который в ответ громко вздохнул и поставил на столик чашку. Затем вопросительно поднял бровь.

– Милорд, – удивленно сказала она, – вы не собираетесь представить нас друг другу?

– Ну да, конечно, – сказал Джеффри, даже не подумав при этом встать с кресла. – Мелани, позволь представить тебе Ами. Ами, это моя соседка и подруга – Мелани.

Capa прищурила глаза. Эх, будь она на месте Мелани, она бы устроила лорду Грэю разнос за такое знакомство. «Соседка, подруга»! Болван!

Capa уселась на диван рядом с Мелани и выдавила улыбку.

– Много слышала о вас, Мелани.

– И я о вас.

Capa с отвращением покосилась на Джеффри.

– Не сомневаюсь.

– Я так сочувствую вам, – сказала Мелани. – Наверное, это ужасно – потерять память.

Слова Мелани прозвучали так тепло и искренне, что настроившаяся было на скандал Capa решила повременить.

– Понемногу осваиваюсь в этом мире заново, – ответила она и слегка придвинулась к Мелани.

– Простите, что не пришла повидать вас раньше, – сказала Мелани. – Мама навещала свою заболевшую сестру, и ей потребовалась моя помощь.