Свежий ветер дует с Черного озера (СИ) - "Daniel Morris"

Это последнее слово, казалось, стало решающим, склонив чашу весов на его сторону.

— Он появится, — прошептала девчонка, — в любую минуту появится. Тебе нельзя быть здесь.

— Он с моим отцом сейчас в Министерстве, он не появится, — убежденно возразил Драко, на самом деле вовсе не будучи уверенным в собственной правоте. Гермиона вздохнула, будто решаясь на что-то.

— Ты точно уверен, что хочешь это знать? Если он поймет… Малфой, тебе конец, если он поймет.

Драко кивнул, подумав, почему она вдруг сказала «тебе конец», а не «нам конец»? То есть, она всерьез думает, что если выдаст какую-то нежелательную и важную информацию, касающуюся Темного Лорда, то останется жива?.. Но он не стал ничего озвучивать, открывая дверь и подталкивая Грейнджер внутрь затемненного помещения. Взмахом палочки Драко зажег огни под потолком, мгновенно осветившие уютную спальню. Вот она, заветная комната, к которой Темный Лорд запретил всем даже приближаться.

— Проходи.

— Подожди, — Гермиона замерла на пороге, лицо ее приобрело очень сосредоточенное выражение. — Мне надо поставить блок.

— Блок? Ментальный? — удивился Драко. — Зачем? Я не планировал подвергать тебя легилименции.

— Это не от тебя, — усмехнулась она, и от этой усмешки у него по кожи почему-то пошли мурашки.

— Но ты же не умела этого. Какой-то месяц назад ты говорила…

— Теперь умею, — мрачно перебила его Гермиона. Она прошла в комнату и аккуратно положила книгу на прикроватную тумбу, сама присаживаясь на краешек постели. Драко занял кресло у окна и испытующе осмотрел бывшую однокурсницу. Вопросов к ней только прибавлялось. Как можно было так быстро освоить окклюменцию? Его тетка билась с ним несколько месяцев, прежде чем он смог закрывать сознание, а у Грейнджер были только книги. Ведь так? И тут невероятная догадка посетила Малфоя.

— Это он тебя научил?!

Она кивнула. Драко неверяще уставился на Грейнджер, но та явно не собиралась давать никаких объяснений; она сплела пальцы и положила руки на колени и теперь внимательно их разглядывала. Густая грива волос почти закрывала ее лицо. Грейнджер как будто еще уменьшилась с их последней встречи. Спустя пару мгновений звенящей, напряженной тишины она заговорила.

— Слушай, Малфой, — начала Гермиона, подняв, наконец, глаза, — я расскажу тебе все. Не знаю, в чем твои мотивы, понятия не имею, почему ты ослушался прямого приказа Лорда и торчишь здесь в моей комнате. И не представляю, что будет, если ты кому-либо об этом расскажешь. Хотя нет, как раз это я могу представить, — снова эта усмешка. С каких пор Грейнджер научилась так усмехаться?! — Но я сейчас, видимо, дошла до той степени отчаяния, когда становится просто все равно. Информации о крестражах практически нет в книгах. Но то, что я расскажу тебе, является стратегически важными данными для того, чтобы… уничтожить Волдеморта. Ты точно готов это услышать?

Драко весь обратился в слух, даже, кажется, подался вперед. Гермиона начала, как ему показалось, издалека, но по мере ее рассказа Драко чувствовал, как волосы встают дыбом, а руки холодеют. Она говорила долго, и, конечно, Драко был уверен, что многое она скрыла, но и всего сказанного было достаточно, чтобы понять — дело дрянь.

— Но если все, что ты рассказала, — тихо произнес Малфой спустя, наверное, час, когда Гермиона окончила свою во всех смыслах шокирующую историю, — если это правда… Если все это действительно так, то не логично было бы просто, ну… убить тебя? — да, она всю жизнь была просто раздражающей его грязнокровкой, но даже в ее адрес это звучало немного слишком. Она, тем не менее, не поморщилась, даже слегка улыбнулась.

— Не думай, что эта мысль не приходила мне в голову. Но это неосуществимо. Точнее сказать, это никак не поможет. Он же пытался убить Гарри, но это не помогло. Авадой он просто вытеснил осколок из оболочки. Но неизвестно, сработает ли это со мной, а если и сработает, то какой возымеет эффект. В общем… я в полном дерьме, — заключила Гермиона с горькой улыбкой; ругательство так странно прозвучало из ее уст, что Драко даже вздрогнул. Но в целом не мог с ней не согласиться.

— Мерлин, Грейнджер, — выдохнул Малфой. — Он не убьет тебя, нет. Но и не отпустит никогда.

Девчонка продолжала улыбаться, глядя на свои сцепленные в замок пальцы.

— Разве что только какой-нибудь Пожиратель-самоубийца поможет мне сбежать.

— Пожиратель? — не понял Драко.

— Ну да. Он рассказал мне о периметре вокруг территории поместья. Преодолеть может только носитель Метки или хозяева. А ты, Малфой, и носитель Метки, и хозяин.

— Я бы на это не решился, даже если бы у тебя был четкий и легковыполнимый план. Но вы, гриффиндорцы, всегда действуете напролом… У тебя нет шансов.

— Я знаю, — спокойно, даже немного слишком спокойно ответила Грейнджер.

Они помолчали. В комнате сгущалась тьма, даже огоньки под потолком, казалось, потускнели. Дождя не было, но тучи, плывущие по темнеющему небу, навевали ощущение тоски.

— Что ты планируешь делать? — поинтересовался Драко, думая на самом деле о матери. Нужно срочно найти ее. Ей нужно бежать, бежать из города, из страны. Как и отцу.

— К сожалению, я давно уже ничего за себя не решаю, — ответила Гермиона. — Но если серьезно, то не знаю, Малфой. Пока — просто жить дальше и… буду смотреть по ситуации. Все это время я была занята обучением, мне хотелось бы продвинуться дальше.

— Зачем он учит тебя? — задал он вопрос не самый насущный, но весьма его интересующий.

— Не знаю. Я думала об этом. Пока самым логичным мне кажется то, что он хочет как можно более подробно изучить свое новое вместилище для осколка на случай, если процесс перемещения затянется.

— Но он мог бы узнать обо всем разом, — возразил Драко. — Да, долго и довольно неприятно (для тебя), но тем не менее.

— Согласна. Думаю, тут что-то еще. Мне ведь действительно удалось кое-чему у него научиться.

Драко вдруг подумал, что пора уходить. Слишком много всего… Слишком многое хотелось обдумать. И поговорить с родителями. Прямо сейчас. Он встал с кресла, и Грейнджер, заметив это, тоже поднялась. Драко знал, что ничем не сможет ей помочь. Ему было жаль ее, и вдруг захотелось поделиться:

— Ты знаешь, сегодня на собрании говорили, что Уизли…

Дверь резко распахнулась, гулко ударившись о стену, и Драко замер, приготовившись к худшему. На пороге, к его удивлению, он увидел не Того-Кого-Нельзя-Называть, а… маму, сжимающую палочку так, что побелели костяшки тонких изящных пальцев; она была бледна и судорожно дышала, как будто только что проделала весь путь от первого до четвертого этажа бегом; из прически выбилось несколько платиновых прядей. Драко впервые в жизни наблюдал мать в таком виде и очень перепугался, шагнув ей навстречу. Грейнджер безмолвно взирала на происходящее. Мать еще секунду смотрела на него, будто пытаясь оценить странную ситуацию, в которой застала сына, но потом подбежала и рывком схватила его за руки.

— Драко, тебе нужно бежать, — произнесла она тихо и быстро, но крайне серьезно. Он знал этот тон, он знал, что это значит. — Темный Лорд… Я совершила нечто ужасное, Драко. Спрячься где-нибудь, ступай, например, к Тео, он может помочь, он пока не в организации. Только не показывайся его отцу…

Он надеялся, что это просто сон, бред, что этого на самом деле не происходит. Мало было прошлых потрясений, теперь это — новое, должно быть, самое ужасное из всех. Сердце колотилось как бешеное, вся кровь отхлынула от лица, а мать продолжала настаивать.

— Время не ждет, милый, поторопись, — убеждала Нарцисса, нервически сжимая его заледеневшие пальцы. — Темный Лорд скоро будет здесь. Я кое-что совершила, он узнал обо всем, и теперь мы все в смертельной опасности.

— Я знаю, что ты совершила, — тихо сказал Драко. — Знаю, что не выдала Поттера. Но откуда он узнал? Что теперь будет?

— Знаешь? — она, казалось, не расслышала или не поняла, но не стала задавать лишних вопросов, так и не ответив на те, что задал он.