Свежий ветер дует с Черного озера (СИ) - "Daniel Morris"

Темный Лорд растворился в воздухе. А Гермиона моментально все поняла. Оставшиеся части души стремились друг к другу. Поэтому Нагайна повела себя с ней так странно. Поэтому Лорд так нежен со своей змеей. Поэтому Нагайна так ждет его появления. Поэтому и ей с Темным Лордом…

Паника накрыла Гермиону подобно снежной лавине. Нужно бежать. Срочно. Нужно немедленно найти способ сбежать, пока она окончательно не потеряла себя в этом кошмаре.

========== Глава 12. Малфой ==========

— Ну, чего сидишь, малец?

Его довольно бесцеремонно толкнули в бок. Драко вздрогнул и обернулся, едва не схватившись за палочку, но вовремя опомнился. Оказывается, собрание окончилось, Пожиратели в большинстве своем покинули зал, и Лорда уже не было на обычном месте во главе длинного стола. Младшему Малфою желтозубо улыбался Макнейр. Юноша поспешил нацепить на лицо чуть более расслабленное и по возможности дружелюбное выражение.

— Да все в порядке, — произнес он, поднимаясь и следуя за Уолденом к выходу. — Задумался.

Он действительно задумался, да так, что прослушал большую часть еженедельной повестки. Как бы теперь так осторожно узнать, о чем была речь?.. Драко уловил только пару вещей: Беллатриса и Антонин умудрились поймать кого-то из рыжих предателей крови, но вот кого… Ладно, это не так важно, он постарается узнать позже. Кажется, упоминали, что Уизли тоже приволокут в мэнор, как будто мало тут всякого сброда. Еще Лорд зачем-то куда-то отправился с отцом. В Министерство? Или нет. И мама… Надо навестить ее; она сегодняшнее собрание вообще пропустила, сказавшись больной. Черт! Нужно быть внимательнее. Драко слишком привык, что для Темного Лорда (который в последнее время был в удивительно приподнятом настроении) он подобен пустому месту, что, определенно, не могло не радовать в обычной жизни, но вместе с тем, по понятным причинам, вызывало некоторые опасения и настораживало. Этот расклад мог измениться в любую секунду, так что вот так выпадать из реальности было с его стороны очень опрометчиво.

— Как мы их, а? Повелитель очень доволен, — его снова вырвал из мыслей хриплый голос Уолдена.

— Да, просто молодцы! Эти Уизли давно были занозой в заднице. Жаль не удалось схватить их всех, но и этого уже более чем достаточно, — произнес Драко, кажется, слишком залихватски, и надеясь, что его комментарий окажется, что называется, «в тему». Это же надо было так все пропустить!

На лестнице он распрощался с Макнейром, свернув в коридор, ведущий к покоям родителей, но матери в комнатах не оказалось. Да что за черт? Ему необходимо было узнать правду. Оставался, тем не менее, еще один, последний вариант.

***

Драко широкими шагами шел по коридору четвертого этажа. Грязнокровку он не видел и не слышал уже очень давно, она по какой-то причине не появлялась в библиотеке, но теперь он вознамерился найти ее во что бы то ни стало.

Да, он только что своими ушами слышал, как Лорд прямым текстом сообщил о своих планах на вечер, но все равно в голове надоедливо зудела мысль о том, что он ходит по краю пропасти: Темный Лорд мог появиться буквально в любую секунду, и если застанет у грязнокровки постороннего, то ему точно несдобровать. Но прочитанная в дневнике придурка-магла информация просто не давала ему покоя, он чувствовал, что скоро произойдет что-то чертовски важное. И эта новость — о том, что мама не выдала бессознательного, но вполне себе живого Поттера — была неразрывно связана в его мыслях с Грейнджер и этим странным словом: «крестраж». Первое, что он сделал, прочтя эти топорно составленные записи, — это отправился в библиотеку, но не в ту, что облюбовала грязнокровка на четвертом этаже мэнора, а в другую: что располагалась под полом поместья и, помимо книг, хранила в себе великое множество самых редких и самых разнообразных темномагических артефактов. Но, проведя там почти весь вечер, Драко так и не нашел ни единого упоминания об этом странном предмете (из прочитанного в дневнике он заключил, что речь шла именно о предмете). Поэтому теперь ему как воздух нужны были ответы, за которыми он решительно направился на свой страх и риск.

То, что сделала Нарцисса, не укладывалось у Драко в голове. И отец был прав, это фактически было равно самоубийству для нее и для всей семьи, если только Лорд узнает. Матери хорошо бы спрятаться, хотя бы на время… И отца в это втянула, рассказав ему. Теперь им обоим надо воспоминания подчищать! Кто мог бы сделать это?

Забавно и странно: проще всего было, разумеется, сначала поговорить с самой Нарциссой, но Драко по какой-то таинственной причине не нашел ее прошлым вечером, как ни искал: он обошел все возможные комнаты и залы поместья, где она могла бы находиться, даже опросил эльфа, но Нарцисса как сквозь землю провалилась! Однако этим утром он застал мать в столовой, но неожиданно к ним за завтраком вознамерился присоединиться и отец, и Драко почему-то не решился начать разговор, хотя теперь понимал, что, должно быть, это решение было ошибочным. Но все же тема «крестража» не давала ему покоя, Малфою казалось, что это и есть ключ, ответ на все вопросы. В том числе — объяснение этого дикого, почти неадекватного поступка матери. Логики не было, но Драко ничего не мог с собой поделать.

Он как раз шел к библиотеке, и — чудо, не иначе! — дверь ее открылась, и в коридор высунулась лохматая каштановая голова, а потом появилась и вся девчонка, сжимающая в ладонях толстый фолиант без названия. Вот он, шанс!

— Грейнджер. Эй, Грейнджер! Стой, — голос Драко разнесся по коридору эхом. Девчонка вздрогнула, глаза ее расширились — заметно было даже издалека, — и она метнулась в сторону своей комнаты. Он ринулся к ней. Портреты удивленно ахали, глубокоуважаемые предки привставали со своих мест, некоторые окликали наследника рода, а он как не слышал.

Грейнджер почти успела добежать до заветной двери, но Драко взмахом палочки захлопнул ее у девчонки перед носом. Она резко повернулась, и юноша на секунду замер в удивлении: на ее лице читалась крайняя степень смятения и ужаса. Это он произвел на нее такой эффект? Он вовсе не собирался так пугать ее…

— Мне нельзя с тобой разговаривать, — скороговоркой выдала она, стараясь за спиной нащупать ручку двери, но Драко угрожающе выставил палочку перед собой. — Предупреждаю, если ты что-то мне сделаешь, то у тебя будут большие проблемы.

— Мне плевать, Грейнджер, мне нужны ответы. Что такое «крестраж»? — он решил оглушить ее информацией прямо с порога, не мудрствуя лукаво.

— Что?…

У нее как будто резко пропал голос, настолько сиплым вышло это ее «Что?». Гермиона, как показалось Драко, побледнела еще сильнее и теперь белизной была сравнима с цветом библиотечной двери. Драко понял, что попал в самую точку: что бы это ни было, это — нечто чрезвычайно важное.

— Крестраж, Грейнджер. Ты чего трясешься? Что с тобой такое?

— Ничего. Я… Я не могу рассказать тебе. Эта информация слишком опасна, — она сжала губы и взглянула на него почти умоляюще. — Ты… Это просто опасно.

Драко прекрасно понимал, что легко не будет, но решил прибегнуть к главному своему козырю, о котором — он был уверен — девчонка была прекрасно осведомлена.

— Грейнджер, я точно знаю, что Поттер жив, и точно знаю, как он выжил и исчез.

Ее глаза округлились, но Малфой уловил еле заметный вздох облегчения. Очевидно, он только что подтвердил какие-то ее догадки. Она хотела что-то сказать или спросить, но он перебил:

— Темный Лорд не знает. Я ничего ему не скажу.

Гермиона смотрела на него во все глаза, и Малфой не решился бы интерпретировать ее взгляд. Неверие? Надежда? Сомнение? Черт знает что. Ее странное полупаническое состояние почти передалось ему; в голове промелькнула шальная мысль пойти на попятный, но он изо всех сил постарался взять себя в руки. Раз уж начал, надо действовать до конца.

— Зайдём в комнату. Нам нужно поговорить. Мне нужно знать, — настаивал Драко, глядя ей в глаза так пристально, как будто старался заглянуть чуть ли не в душу. Ему действительно было необходимо! И он никогда не думал, что придется когда-либо просить о чем-то грязнокровку. — Пожалуйста!